Дневник
Шрифт:
Грэйс похлопывает по незанятому стулу рядом с собой и предлагает:
— Мисти, иди сядь. У тебя безумный вид.
Мисти спрашивает:
— Кого убили ООБЗС?
Океаническое Объединение Борьбы за Свободу. Которое сожгло Питеровы граффити во всех пляжных домах.
Твои граффити.
— За этим я и здесь, — говорит детектив. Вынимает блокнот из внутреннего кармана куртки. Раскрывает его на столе и готовит ручку к письму. Продолжает, глядя на Мисти:
— Не возражаете ответить на пару вопросов?
О вандализме Питера?
— Прошлой ночью был убит Энджел Делапорт, — говорит он. — Возможно, это кража со взломом, но мы ничего не исключаем. Все, что нам известно — он был насмерть зарезан во сне.
В ее постели.
Нашей постели.
Сначала Тэбби мертва, потом жива. Последний раз Мисти видела Тэбби на этом самом столе, накрытую простыней и бездыханную. Сначала колено Мисти сломано, потом здорово. Когда-то Мисти могла рисовать — теперь не может. Возможно, Энджел Делапорт был парнем ее мужа, но теперь он мертв.
Твоим парнем.
Тэбби берет мать за руку. Ведет Мисти к свободному месту. Выдвигает стул, и Мисти садится.
— Прежде чем мы начнем… — говорит Грэйс. Тянется через столик, чтобы шлепнуть детектива Стилтона по манжете, и продолжает. — Через три дня открывается художественная выставка Мисти, и мы рассчитываем увидеть там вас.
Мои картины. Они где-то здесь.
Тэбби улыбается Мисти и просовывает ладонь в руку бабушки. И кольцо с оливином сверкает зеленым на белом полотне скатерти.
Глаза Грэйс моргают в сторону Мисти, и ее передергивает как человека, влезшего в паутину, подбородок поджат, а руки ощупывают воздух. Грэйс говорит:
— В последнее время на острове бывало столько несимпатичного, — набирает воздуха, ее жемчуга вздымаются, потом она вздыхает и добавляет. — Надеюсь, художественная выставка даст нам всем свежий старт.
24 августа …С половиной
В ЧЕРДАЧНОЙ ВАННОЙ Грэйс набирает в ванну воду, потом выходит и ждет в коридоре. Тэбби остается в комнате следить за Мисти. Караулить собственную мать.
Просто на заметку: за одно это лето будто прошли целые годы. Годы и годы. Эта девчонка, которую Мисти видела в окно флиртующей. Эта девчонка будто незнакомка с желтизной на пальцах.
Мисти говорит:
— Серьезно, не стоит тебе курить. Даже если ты уже умерла.
Чему не учат на худфаке — так это тому, как реагировать, когда узнаешь, что твой единственный ребенок собрался разбить тебе сердце. Нынче, когда в ванной только Тэбби со своей матерью, возможно, дело дочери — выводить мать из себя.
Тэбби разглядывает свое лицо в зеркало ванной. Облизывает указательный палец и поправляет контур помады. Говорит, не глядя на Мисти:
— Ты бы осторожнее, мать. Нам ты больше не нужна.
Вытаскивает сигарету из пачки в кармане. Прямо на глазах Мисти щелкает зажигалкой и затягивается.
Трусы болтаются и висят мешком на тощих ногах. Мисти стаскивает их под юбкой и сбрасывает с туфель, со словами:
— Мертвой ты мне нравилась куда больше.
На руке с сигаретой у нее кольцо от бабушки, оливин вспыхивает зеленым в свете лампочки над раковиной. Тэбби нагибается, подбирая с пола окровавленную клетчатую юбку. Держит ее двумя пальцами и говорит:
— Бабуле Уилмот нужно, чтобы я подготовилась к художественной выставке.
Уходит со словами:
— К твоей выставке, мать.
В ванне порезы и царапины от столового ножа забиваются мылом и жгутся до того, что Мисти скрипит зубами. Засохшая кровь окрашивает воду в ванне в розовый цвет. Из-за горячей воды снова начинается кровотечение, и Мисти портит белое полотенце, измазывая его красными разводами, пока пытается вытереться.
Со слов детектива Стилтона, в полицейский участок на континенте сегодня утром позвонил какой-то мужчина. Он не назвался, но сообщил, что Энджел Делапорт мертв. Он сказал, что Океаническое Объединение Борьбы за Свободу будет убивать туристов и дальше, пока их толпы не прекратят насиловать местную окружающую среду.
Серебряная посуда размером с садовые принадлежности. Бутылки старинного вина. Старые картины Уилмотов — ничего не взяли.
В мансарде Мисти набирает телефонный номер мамы в Текумеш-Лэйк, но на связь выходит оператор гостиницы. Обрыв кабеля, говорит оператор, но его скоро починят. Внутренний телефон все еще работает. Мисти только не дозвониться на континент.
Когда она заглядывает под край ковра, конверта с чаевыми там нет.
Кольцо Тэбби с оливином. Подарок на день рожденья от ее бабушки.
Предупреждение, которое Мисти пропустила мимо ушей: «Беги с острова, пока можешь».
Все эти тайные послания, которые оставляют люди, чтобы их не забыли. Эти способы, которыми мы все пытаемся обратиться к будущему. Мора и Констенс.
«Ты умрешь, как только с тобой покончат».
В номер 313 попасть довольно легко. Мисти была горничной, — Мисти Уилмот, королева среди сраных рабов. Ей известно, где раздобыть отмычку. Номер двойной, королевская кровать с видом на океан. В каждом гостевом номере одна и та же мебель. Стол. Стул. Комод. На багажной стойке — открытый чемодан какой-то летней особы. Слаксы и цветастый шелк висят в ванной. Сырое бикини переброшено через шнурок душевой занавески.
Просто на заметку — здесь лучшая работа по оклейке обоев, какую Мисти видела в жизни. Плюс — бумага неплохая, эти обои в 313-й комнате: пастельные зеленые полоски чередуются с рядами розовых махровых роз. Дизайн, сделанный при печати под древность. Обработанные чаем, чтобы казаться пожелтевшими от времени.
Выдает их то, что бумага слишком безукоризненна. Слишком незаметны швы, слишком высокая четкость и точность, сверху донизу. Слишком хорошо у них подобран стык. Определенно не работа Питера.