Чтение онлайн

— Есть еще одна, единственно заслуживающая внимания вещь, но когда в течение шести месяцев держат на «голодном пайке», едва ли полезно для здоровья мужчины подробно распространяться о ней.

Дикстер ответил хмурым взглядом.

В обычных условиях и Блэйр, и Дикстер, возможно, неплохо ладили между собой, но изоляция на несколько месяцев от внешнего мира подрывает любые нормальные отношения.

— Не считай кредиты, покуда тебе их не заплатили, Ларри, — улыбнулся Килтон. — Планета еще не оценена по достоинству. Некоторым из нас придется здорово потрудиться.

Похоже, это замечание разрядило обстановку.

— Ну вот и славно, крестьяне, — заявил Блэйр. — Ты, Курт, ищешь золотишко, Дуг станет искать зверье. А я буду наблюдать.

На самом деле Блэйр помогал обоим: Дикстеру — отбирать образцы почвы, Килтону — экземпляры местной флоры и фауны и делать фотографии.

Геологический отчет содержал благоприятные выводы. Хотя планета довольно молода, здесь есть все необходимые металлы для потенциальной индустриальной колонизации, запасы топлива, радиоактивные элементы, уголь и нефть.

Экологический отчет, однако, требовал больших подробностей. Довольно легко было определить, что биохимия планеты близка к земной, и колонистам не потребуется завозить сюда земную флору и фауну. Местные формы жизни оказались вполне съедобными. Но от эколога требовался более тонкий подход к делу. Исследовательские архивы ломились от отчетов о планетах с земноподобной биохимией, которые, тем не менее, были мало пригодны для срочной колонизации. То хищники чрезмерно крупные и опасные, то вдруг находятся организмы, само существование которых несовместимо с человеком. Дуг знал: местная экология пребывает в состоянии такого хрупкого равновесия, что земная колония может стать детонатором планетарной катастрофы. Даже небольшое нарушение в планетарной цепи питания может наделать много бед.

Здесь не наблюдалось ничего подобного, но…

Килтон установил два среза под два микроскопа. Этого не может быть. Однако было.

Два одинаковых клеточных среза от двух одинаковых самок свирельных ящериц.

Две ящерки идентичны, орган в орган.

Но две клетки различны.

Ибо образованы двумя совершенно различными видами протоплазмы.

Килтон поскреб в затылке. Выражаясь функционально, всякая высшая форма жизни обычно разделена на два пола. Но здесь на клеточном уровне существовал… третий пол?

Но это еще вовсе не ответ. Самцы и… назовем это «самка А» имели идентичную клеточную структуру. Отличие наблюдалось в «самке Б». Тот же самый вид, но другая протоплазма.

Килтон знал, что положительный отчет невозможен, пока он не докопается до истины. Он должен набрать статистические данные. Каков процент самок «типа А» и каков «типа В»? И что это означает?

Здесь, кажется, должен быть образец… Клетки самца и «самки А» отличаются от клеток представителей других видов фауны, как и ожидалось.

Но «самки Б» животных всех видов имеют одинаковую клеточную структуру и одинаковую протоплазму…

Так что это?

Организм, который проходит стадии насекомого, рептилии и млекопитающего? Организм, который в различных стадиях имитирует все другие организмы планеты?

Начался дождь. Крупные капли, как в барабан, били по древолистьям, из которых были сделаны крыша и стены хижины. И все же это был мягкий, ласковый дождь — мирный, как и все прочее на этой планете.

Килтон вздохнул: наверно, так приятно провести оставшуюся жизнь здесь. Успокаивающее тепло женщины… Будет ли у меня шанс еще когда-нибудь найти похожую на нее?

Такую же, но настоящую.

Килтон попытался вызвать в себе ненависть к спящей. Она была иной, чужой и чуждой формой жизни. Она даже не была человеком. Для доказательства достаточно лишь взять хороший микроскоп. Он представил себе начальную стадию ее жизни: бесформенная лужа протоплазмы под мертвым древолистом в лесу… Не получилось. По последним данным, все женщины и мужчины рождены из бесформенного комочка слизи. И разве это действительно важно, что одни формируются в самом человеческом организме, а другие, как, например, эта женщина, зародились и выросли в гигантском… назовем его коконом?

С ее слишком человеческими руками, обнимающими его, с ее запахом, куда лучше, чем человеческий, — ну какое Килтону дело, какова там биологическая ситуация?!

Он вспомнил, как обнаружил первое озерцо телеплазмы и свою первую реакцию. Отвращение.

На лесной почве, под упавшим древолистом, Килтон увидел примерно четырех футов в диаметре серо-зеленую лужу полупрозрачной желеобразной протоплазмы, а по ее краям и в отдельных местах поверхности — пузыри и коконы различных размеров: от горошины до арбуза. Внешний вид не оставлял сомнений, что коконы образованы из того же вещества, что и желатиновый комковатый студень, напоминавший блевотину.

Килтон радировал корабельному роботу, и через двадцать минут механизм прибыл — гусеничный танк с десятью стрелочными «руками», оснащенными газовыми и механическими резаками, ковшами, сверлами и манипуляторами. Робот взрезал вокруг лужи почву на глубину, примерно, в полтора фута, затем узконаправленным газовым резаком подрубил дерн, завел под них четыре манипулятора и осторожно, словно блюдо с молочным поросенком, внес протоплазму в кормовой люк.

Килтон вернулся к кораблю верхом на роботе.

— Что за чертовщина? — отворотив нос от желеобразной блевотины, проворчал Ларри Блэйр. — Тарелка студня больного крупом в острой форме?

— Я еще не вполне уверен, — ответил Килтон, — но, возможно, это как раз та ложка дегтя в бочке меда этой планеты.

— ?

— Помнишь, я как-то говорил о существовании здесь самок двух типов: «А» и «Б»?

— Да. Ну и?..

— Я сделал клеточный срез одного из коконов, и оказалось, что он состоит из протоплазмы «типа Б».

— Ну и что? — раздраженно спросил Блэйр.