Дитя Меконга
Шрифт:
— Здравствуйте, Ваше Высочество.
Мощный, свитый в полукольцо тёмный хвост на уровне бёдер перетекает в человеческое тело: крепкое и сильное, закованное в тёмную традиционную рубашку.
Тонг ожидает увидеть размытое пятно вместо лица, однако в этот раз ничто не мешает его рассмотреть. Суровые черты, чуть раскосые глаза, широкий нос и тонкие, изогнутые в усмешке губы.
Под ложечкой посасывает от узнавания, а в висках поселяется ломота. Он уже видел это лицо. Не единожды видел…
Только раньше он выглядел гораздо моложе.
— Прасонг, — имя срывается с губ прежде, чем Тонг успевает осознать.
— Даже умерев, вы всё ещё помните моё имя, Ваше Высочество, — улыбка становится чуть более искренней и почти касается глаз. — Я должен быть польщён.
— Вы должны убраться.
— Вы так грубы, Ваше Высочество. Эти люди, похоже, не знают о том, что такое манеры и вежливость.
И снова Тонгу говорят про вежливость. Только на этот раз он проглатывает шпильку, выискивая взглядом Нока и… Находя.
Воспоминания удушливым комом встают в горле, не позволяя ни вдохнуть, ни сглотнуть.
Поза в которой лежит Нок…
— И это помните? Браво, — в голосе слышится колкий смех. — Только лучше бы забыли, Ваше Высочество. Ничего хорошего это вам не принесёт.
Тонг дёргается вперёд, в попытке добраться до Нока и перед ним тут же вырастает стена воды: упругая и твёрдая. Он пробует продавить её ладонями, но она не поддаётся даже на миллиметр.
— Оставьте нас в покое и уходите, — Тонг обжигает нага взглядом. — Просто уходите. Мне всё равно, что было много лет назад. Уже всё равно.
Врёт.
Тонг поджимает губы и нагло врёт в лицо.
Не всё равно. Не тогда, когда Нок лежит у самой кромки воды в той же позе, что когда-то лежала Наоварат. Не тогда, когда всё вокруг повторяет тот момент. Только Прасонг не выглядит больше сгустком тьмы, а в руках у него нет ледяного клинка. Только кровь не сочится из пробитой груди, а между ними, словно стена, стоит вода.
«Я забуду, если Пи Нок останется жив. Я оставлю всё в прошлом».
— Хотите вернуть своего дражайшего Наоварат? Как раньше ходили хвостиком, так и сейчас. Ваше Высочество, какой же вы ребёнок. Я думал, что вы выросли. Столько лет прошло.
— Просто уходите и оставьте нас в покое, — повторяет Тонг, прежде чем снова попробовать продавить водяную стену.
— Не могу. Вы слишком много помните, и вас нашёл Его Высочество наследный принц. Для меня это опасно.
Тонг бьёт по стене кулаком, и брызги разлетаются от его удара.
Один раз. Второй. Третий…
— Не пробьёте, Ваше Высочество. Вы слабы.
И снова насмешка. Она режет не хуже ножа. Вскрывает страхи…
Взгляд Тонга снова скользит к неподвижной фигуре на камнях у воды.
«Он дышит…»
Грудная клетка поднимается и опускается: медленно, с натугой, но отчётливо.
«Там, среди бескрайней воды… Они там были вместе и то чудище отступило» — вспоминает Тонг слова Пла и кулаки его разжимаются.
Кольца на пальце больше нет. Тонг прослеживает этот более светлый участок на коже подушечками пальцев, прежде чем снова положить ладони на стену из воды и прикрыть глаза.
«У меня получится. Должно получиться».
— Что вы делаете?
В голосе Прасонга звучит недоумение, однако Тонг не отзывается, обращаясь внутрь себя, вытаскивая тлеющий огонёк наружу, как делает это обычно в реальности.
Почти неощутимая, превратившаяся в фон, боль становится сильнее. Тонг морщится, чувствуя, как внутри тянет до ломоты, до колкого жжения. И это жжение перетекает в ладони, делая контраст воды и кожи сильнее.
— Как вы?..
Недоумение перерастает в удивление и Тонг усиливает давление, чувствуя, как поддаётся под пальцами вода. Как истончается стена, пропуская…
Через преграду Тонг проваливается так неожиданно, что едва не падает, на мгновение потеряв равновесие.
— Смог, — он криво усмехается, бросая быстрый взгляд на Прасонга, и устремляется к Ноку.
За несколько шагов до цели тот начинает шевелиться, приходя в сознание, и внутри Тонга вспыхивает радость.
«Мы уйдём. Сейчас…»
Чтобы успеть, Тонгу не хватает всего пары шагов.
Тёмная фигура встаёт между ними, а в следующий момент кончик хвоста удавкой захлёстывается на шее Нока и поднимает его вверх, будто тряпичную куклу.
Внутри Тонга всё обрывается, и он делает шаг вперёд, глупо замахиваясь.
Слишком близко, слишком слабо…
Тонг пловец, а не боец.
Руку с лёгкостью перехватывают, а запястье будто тиски сжимают.
— Вы всегда были боевым ребёнком, Ваше Высочество. Но против меня вам не выстоять.
Тонг дёргается в попытке высвободиться, но не преуспевает.