Чтение онлайн

Рукодельницы пытались уговорить ее разрешить им поехать вместе с ней. «Текумзея II» стоял в незнакомом доке; собравшись на палубе, Джуд и судовая команда хмуро смотрели в небо на улетающий вертолет, ставший уже размером с точку.

– Мне нужно раздобыть машину, – сказала Лили Энн.

Лаэм уже занялся этим, – ответила та. – Он знаком с начальником береговой охраны – у них какие-то общие дела, как я понимаю, – и уже договаривается насчет того, чтобы тебя отвезли в Герц. Хочешь, я сяду за руль?

Лили решительно замотала головой:

– Я справлюсь.

Ей не терпелось поскорее отправиться в путь. Каждая секунда сейчас – это секунда вдали от Роуз.

Рукодельницы собрались вокруг нее единым огромным объятием, прекрасно понимая, что времени попрощаться и расцеловаться с каждой из них у нее не было. Но Лили ощутила общий вес, общую массу своих подруг и их детей, способных, как ей показалось, доставить ее на своих плечах до самого Мельбурна.

– Лили, мы тебя любим!

– Мы с тобой!

– Ты только позови!

– Просигналь, что нужно прислать!

– Сообщи нам, как только что-то прояснится!

– Обязательно, – обещала Лили, спокойно и решительно; глаза ее были сухи, любовь и поддержка придали ей сил. Отстранившись, она направилась в конец дока. Станция береговой охраны – белый домик с красной крышей – примостилась рядом с маяком из белого кирпича на небольшом холме, поросшем пушистыми соснами.

Лили совершенно выдохлась, взбираясь по ступеням. Ей предстояло долгое путешествие, и поездка на машине была самой несложной его составной. В домике станции находился Лаэм, он разговаривал с начальником, одетым в белую униформу. Молодому сотруднику береговой охраны поручили добыть автомобиль, и он уже въезжал на полукруглую площадку, шелестя колесами по гравию.

Лили заторопилась; машина на месте, нужно только запрыгнуть в нее, и парень отвезет ее в Герц. Она прошла мимо Лаэма, понимая, чем обязана ему, но сейчас у нее не было времени, чтобы выразить свою благодарность. Уже открывая дверцу машины, она немало удивилась, когда молодой охранник выключил зажигание и вылез наружу.

– Не уходите, пожалуйста! – взмолилась она. – Нам нужно ехать. Пожалуйста, довезите меня…

Молодой человек нерешительного вида немного смутился.

– Мэм… – начал было он.

– Подвезите меня, будьте так добры… Я опаздываю, мне нужно как можно скорее попасть к дочери…

– Садитесь в машину, Лили, – сказал Лаэм, открывая для нее дверцу.

– Спасибо, Лаэм, – торопливо поблагодарила она. Что бы она без него делала! – Попросите его поскорее довезти меня, только скорее…

Лаэм не ответил. Он закрыл за ней дверцу и начал о чем-то говорить с сотрудниками береговой охраны, стоявшими тут же, – но время же идет! Зачем он задерживает водителя! Лили наблюдала за тем, как трое разговаривали, передавали ключи, опять что-то говорили, – боже, ну сколько можно! Ей хотелось закричать. Когда Лаэм открыл дверцу у водительского места, взгляд ее был холоден, как лед, беспощаден, как кинжал. В глазах стояли слезы – злости, ярости, отчаяния, – потому что болтовня этой троицы означала для нее задержку аренды автомобиля, и это накладывалось на испорченный день рождения Роуз и на тот факт, что у нее сдает сердце.

– Господи, Лаэм, – сказала она, – мне же нужно ехать!

– Я знаю, Лили, – ответил он, усаживаясь на место водителя и дотягиваясь здоровой рукой до дверцы с намерением захлопнуть ее. Затем он повернул ключ, и двигатель заработал.

– Вы собираетесь везти меня в пункт проката? – удивилась она.

– Нет, я собираюсь везти вас в больницу, – сказал Лаэм.

– Но это же в Мельбурне. – Она все еще не понимала, что происходит, по-прежнему прикидывая, сколько времени понадобится на то, чтобы взять в прокате автомобиль, и никак не могла взять в толк, как Лаэм не может понять, что ей предстоит проделать еще один лишний шаг на пути к Роуз.

– Знаю, что в Мельбурне.

– Лаэм…

– Начальник береговой охраны – мой друг, – ответил он. – Это его личный автомобиль. Он предоставил его нам, чтобы я отвез вас в больницу.

Лили все еще плохо соображала, но постепенно до нее начинало что-то доходить; между тем он вырулил на дорожку, ведущую к маяку, прибавил скорость, вышел на шоссе и повернул к югу, на Мельбурн. Это был спортивный автомобиль с приводом на четыре колеса и полками для багажа; заднее сиденье было сплошь забито буями, нейлоновыми канатами с намотавшимися на них засохшими водорослями и щетками мидий; там же лежал огромных размеров проблесковый маячок.

– А как же начальник обойдется без машины? – с сомнением спросила Лили.

– Он сказал, что воспользуется фургоном.

– Почему вы все это делаете?

– Потому что вам нужно в Мельбурн.

– Но я вполне могу вести сама.

– Туда нужно попасть быстро. И, честно признаться, у меня вовсе нет уверенности в том, что вы сейчас в состоянии вести машину.

– Но это вовсе не ваше дело, – заметила Лили.

Лаэм промолчал и прибавил газу. Лили невольно съежилась в надежде, что ее фраза прозвучала не столь неблагодарно. За окнами мелькали километры; по одной стороне дороги вытянулись сосны и дубы, по другой – бескрайняя гладь воды. Даже с берега можно было увидеть китовые фонтаны в заливе. Лили вспомнила выражение лица Роуз, взгляд ее зеленых глаз, когда та впервые увидела Нэнни. Лили даже прикрыла глаза, чтобы подольше удержать этот удивительный момент.

Очнувшись, она взглянула на Лаэма.

– Простите меня, – сказала она.

– Прощаю, – ответил тот. Он внимательно следил за дорогой, словно ему было вовсе не до разговоров. Темные серо-голубые глаза сосредоточены. Солнце мелькало сквозь стволы и сучья деревьев, окаймлявших дорогу, и в этом мерцании его глаза казались то яркими, то темными, то снова яркими.

– Я серьезно, – сказала Лили. – С моей стороны было свинством так говорить. Я вовсе не хотела бы показаться неблагодарной.

– Мы раньше никогда не ездили по этой дороге? – спросил Лаэм.

Она поняла, что он имеет в виду.

– Да, ездили, – ответила она. – И с тех пор я всегда очень сожалела об этом.

Он мельком взглянул на нее.

– Но причина вовсе не та, что вы думаете, – продолжала она. – Просто я не люблю быть кому-то обязанной, в том числе и вам.

– Вы мне ничем не обязаны, – сказал он, – ни в каком отношении.

Дорога летела вдоль побережья, и Лили смотрела на залив. Она знала, что он говорит правду. Он никогда ничего от нее не ждал – никогда, ничего. Но после того, что Лили пришлось пережить, – еще до рождения Роуз, до приезда в Кейп-Хок, – она утратила доверие к людям. Когда-то она верила, что в душе все люди добры, что они стремятся помогать друг другу. Ведь именно так ее вырастили.