Чтение онлайн

— Не морите себя голодом, — сказал он ей.

— Я ем, — ответила она. Он ей не поверил.

В прошлом месяце Джо принесла в больницу фотоальбом, чтобы развлечь Сэма, и, когда Билл вошел в палату, она показала фотографии и ему.

— Это отец Сэма и Джона. — Джо застенчиво улыбнулась. — Наш непутевый обладатель уникального гаплотипа.

Она с гордостью вручила ему снимки. Дуглас Маршалл где-то на берегу моря. Дуглас Маршалл на фоне льдов.

— У него была навязчивая идея, — объяснила Джо. — Она и сыну его передалась. Он мечтал найти Джона Франклина.

Имя Франклина благодаря статье Джо в «Курьере» в последнее время часто упоминалось в прессе, и Эллиотту казалось, что он уже знает все подробности той трагедии. Джо с Кэтрин были уверены, что Джон отправился в Арктику, на остров Кинг-Вильям, поэтому статья о болезни Сэма появилась и в канадских газетах. К поискам Джона были привлечены все организации, имеющие какое-либо сообщение с теми краями. Фотография Джона висела в канадских аэропортах.

В тот день Джо пребывала в приподнятом настроении.

— Он вернется, — говорила она. — Он хороший парень. Обязательно приедет.

Но Джон Маршалл не объявлялся. Прошел месяц, а от него по-прежнему не было ни слуху ни духу.

Билл Эллиотт видел, что Джо с тех пор опять сникла. Ему очень хотелось сообщить ей то, что было известно ему. Однако профессиональная этика не позволяла Эллиотту сказать ей, что подходящий донор выявлен и этот донор — Джон.

Об этом знали только сотрудники Банка Джеймса Норберри и лечащий врач, то есть он сам. Необходимость хранить тайну тяготила его.

К дому Джо Эллиотт вернулся без десяти девять. Съемочная группа уже прибыла. Глянув в распахнутую дверь, он увидел в глубине холла Джо с Сэмом на руках. Его головка лежала у нее на плече. Заслышав шаги Эллиотта, Джо обернулась.

— Здравствуйте, Билл, — с улыбкой поприветствовала она врача. — Вы едва не пропустили великое событие. Мы решили снимать в саду.

На лужайке под кустом сирени стояли стулья.

— Все устроено очень профессионально, — заметил Билл Эллиотт.

— Да, — согласилась Джо. — Только бы мне самой ничего не испортить.

— У нас все готово, — сказал режиссер, когда Джо с Сэмом на руках вышла в садик.

Джо опустилась на стул перед камерой, поправила юбку и удобнее усадила на коленях Сэма.

— Готовы? — спросил режиссер.

— Да, — подтвердила Джо.

— Мотор!

Джо выпрямилась, глядя в камеру.

— Это мой сын, — с улыбкой начала она. — Его зовут Сэм. Три месяца назад мы обнаружили, что он болен.

Эллиотт закрыл глаза. Но все равно перед ним стоял образ этой женщины и ее ребенка.

— Как и любой двухлетний ребенок, — продолжала Джо, — Сэм любит попадать во всякие переделки. А я, как и любая мать, стараюсь вызволить его из беды.

Камера показала крупным планом Сэма, и в саду наступила пугающая тишина. Еще совсем недавно он был симпатичным озорным мальчиком с соломенными волосами и поразительно голубыми глазами. Но в ближайшие выходные на телеэкранах в каждом доме появится совсем другое лицо — не озорное и не симпатичное. Сэм облысел, кожа у него пожелтела.

На глазах Билла Эллиотта выступили слезы. Он быстро вытер их, надеясь, что этого никто не заметил.

— Но на этот раз я не могу отвести от него беду, — говорила Джо. — У него апластическая анемия. Ему необходима пересадка костного мозга.

Она замолчала, пытаясь справиться с волнением, потом вновь вскинула голову и добавила:

— Положение очень тяжелое. Сэму нужен донор. Донор костного мозга.

Джо посмотрела на режиссера. Тот знаком давал ей понять, что на этом месте они покажут фотографию.

— Это Джон Маршалл. Единородный брат Сэма. Возможно, он является подходящим донором для Сэма. — Она нерешительно улыбнулась. — Но дело в том, что мы не знаем, где сейчас Джон, и потому обращаемся за помощью к вам. Джон — студент археологического факультета. Раньше он жил и учился в Кембридже.

Режиссер подал знак рукой, и камера вновь сфокусировалась на Джо.

— Если кто-то из вас видел Джона Маршалла, сообщите, пожалуйста, нам. Мы с Сэмом очень на вас надеемся. Джон может быть и в Англии, и за границей. Он высокий, светловолосый и… В общем, он очень похож на своего отца, Дугласа Маршалла.

Неслышно ступая по траве, Билл Эллиотт приблизился к месту съемок.

— Банк Джеймса Норберри подыскивает доноров костного мозга для таких больных, как Сэм. Миллионы людей со всего мира предлагают свои услуги в качестве доноров, чтобы спасти чью-то жизнь. И если вы тоже хотите стать донором или видели где-то Джона Маршалла, пожалуйста, позвоните по указанному на экране телефону. И… — она прикусила губу, — всем большое спасибо. Благодарю за внимание.

В половине десятого съемка была окончена. Сюжет предполагалось пустить в эфир в воскресенье перед вечерними новостями.

— Вы здорово держались, — похвалила Эллиотта Джо, когда съемочная группа уехала.

— Вы просто не видели вчерашнего материала, — возразил Билл. — Мне показали черновой монтаж. Оказывается, я хожу как утка.

Джо рассмеялась:

— Вовсе нет, на утку вы не похожи.

Она подняла глаза к окну спальни — там захныкал Сэм.

— У него высокая температура.

— Мне пора, — сказал Эллиотт. — С детьми я вижусь только раз в две недели по воскресеньям, и они меня уже ждут.

— Должно быть, нелегко это, — посочувствовала она. — Ходить в чужой дом к собственным детям и все такое.

— И видеть на своем месте другого, да, тяжело.

Они вместе пошли на кухню.

— Джо, — обратился к ней Эллиотт, — если донор найдется, вам придется поехать для трансплантации в Лондон, в детскую больницу на Грейт-Ормонд-стрит.

— Я рада, что вы в это верите.