Чтение онлайн

Что он пытался увидеть, когда смотрел на нее? Она не знала, но ей нравилось то, как он на нее смотрел. Ей было интересно, был ли он одинок здесь, в школе, со всей этой ответственностью, не имея никого, с кем можно было поделиться. Может, она могла бы облегчить его бремя, взяв себе литературные классы. Он очаровал ее. Что побудило мужчину из самой Англии неизвестно куда стать директором в частной школе из шестидесяти учеников? Был ли он разведен, или Лайрд и Кристофер лишь предполагали? А если был - что произошло? Она приехала с ним в Америку и возненавидела жизнь здесь? Он бросил ее? Она бросила его? Гвен, безусловно, могла разделить чувство брошенности. Они должны обсудить это, узнать друг друга. Если директор Йорк был наполовину так хорош и благороден, как говорит о нем мистер Прайс, то подружиться с ним пойдет ей только на пользу. Если он был королем, и студенты были его рыцарями, конечно же, он мог принять леди ко двору.

Гвен вернулась в свой дом после ужина и стала перечитывать "Большие Надежды" в третий раз. Ей не понравилась эта книга в старших классах. Но преподаватель в колледже открыл эту книгу для нее заново, показав ее секреты. Сейчас она любила ее и надеялась, что и мальчики полюбят ее тоже.

Она была настолько поглощена чтением, что стук в дверь чуть не заставил ее сердце выпрыгнуть из груди, снова.

– Прекрати это, Гвен, - упрекнула она себя. Она так может и привыкнуть к тишине у подножия этих гор. Глубоко дыша, пытаясь успокоить бешеный ритм сердца, она подошла к двери и открыла ее, ожидая снова увидеть на крыльце Лайрда и Кристофера. Но нет, по ту сторону стоял директор Йорк. И речи быть не может об успокоении. Ее сердце забилось еще быстрее в его присутствии. Ей действительно придется многое обсудить со своим сердцем об этой дурной привычке.

– Почему, скажите на милость, вы это сделали?
– возмутился директор Йорк. Даже в восемь часов вечера в субботу на нем был одет костюм-тройка, в то время, как на ней джинсы и майка.

– Сделала что?

– Открыли дверь.

– Вы постучали.

– Да, но сначала, вы не спросили кто за дверью. Я мог быть убийцей, в конце концов.

Гвен посмотрела на него, прищурившись.

– Если бы на моем крыльце стоял убийца, вы думаете, он бы сказал мне об этом?
– спросила его Гвен.

– Вы должны спрашивать, прежде чем открывать дверь.

– О, прекрасно, - произнесла она, захлопнув дверь у него перед носом.

Снова послышался стук в дверь.

– Кто там?
– спросила она игривым тоном.

– Джек Потрошитель, - прозвучал ответ.

Она открыла дверь.

– Господь Всемогущий, юная леди. Вы хотите собственной смерти, - произнес он с выражением абсолютного разочарования на лице. Абсолютное разочарование на его лице выглядело так красиво, что она решила разочаровать его еще раз.

– Мне он кажется довольно интересным. Я бы с удовольствием с ним поговорила

– До или после того, как он вас убьет?

– Одно из двух. Не хотите зайти, директор?

– Это было бы крайне неуместно.

– Мистер Прайс был здесь ранее сегодня и помог мне с плитой. С мистером Рейнольдсом мы завтра будем пить чай.

– Мистер Прайс и мистер Рейнольдс оба вдовцы и старше.

– В то время как, вы молоды, красивы и одиноки, и ваши студенты пытаются найти вам жену, - парировала Гвен.

– Ничего из вышеперечисленного не является правдой, - сказал он выпрямившись.

– Я позволю себе не согласиться, - заметила Гвен.

– Я стар, уродлив и был женат.

– Вы не выглядите старше сорока лет, вы очень привлекательны, и мальчики любезно предоставили мне информацию о том, что вы разведены. Это делает вас одиноким, нравится вам это или нет.

Директор Йорк сделал глубокий вздох, чтобы успокоиться.

– Мисс Эшби.

– Вы можете называть меня Гвен, - сказала она.

– Мне не нравится это имя, - подчеркнул он холодно.

– Вы хотите его изменить?

Он посмотрел на нее, прищурив глаза.

– Я думаю, я мог бы называть вас Гвендолин?

– Можете, - сказала она.
– Гвендолин Энн Эшби, к вашим услугам.

– Тогда мисс Эшби.

Директор Йорк оставался на ее крыльце, выглядя привлекательным и сердитым одновременно. Она, вероятно, потеряет сознание, если когда-нибудь увидит его улыбающимся. Такое событие будет стоить травмы.

– Я пришел сюда по делу, - сказал он, наконец.

– Да?

– Да. Однако, я не могу вспомнить по какому.

– Может, выпить со мной чаю?

– Я бы никогда не пришел к вам на чай. Это крайне...

– Неуместно?

– Именно.

– Конечно. Хорошо известно, что чай вызывает пристрастность и страстное желание.

Глаза директора расширились от удивления.

– Я учитель английского, - напомнила она ему.
– Я знаю длинные слова. Вы вспомнили зачем приходили?

– Еще нет.

– Может, вы пришли обсудить то, как неловко, что ваши студенты пытаются нас свести.

– Нет, не для этого.

– Вы хотели быть любезным и узнать, как я обустроилась? Спросить меня, нужна ли мне помощь, или, может, вы могли бы сделать мое пребывание здесь еще более приятным?
– спросила она. Может целоваться на ее диване в гостиной? Последний вопрос она не озвучила.

– Нет, это тоже не то.

– Я так не думаю.

Директор Йорк пристально посмотрел не нее.

– Что?
– спросила она с притворной невинностью.
– Вы же не зашли просто увидеть меня?

– Нет... нет, конечно, нет.

– О чем я думала?

– Вы обустраиваетесь?
– поинтересовался он, по-видимому, уже не пытаясь вспомнить причину своего визита.
– Могу я чем-нибудь помочь?

– Нет, все хорошо. Мне здесь очень нравится. Я думала, что буду скучать без интернета и телевизора. Но это странно... я чувствую, будто могу здесь яснее мыслить.

– Вы можете услышать здесь свои мысли. Хотя, это не всегда желательно.

Гвен облокотилась на дверной проем и скрестила руки на груди.