Чтение онлайн

— По-своему — да, — кривовато усмехнулся кэп. — Хотя бы тем милое, что их там уже нет — этих хозяев... Предтеч.

— Вы всерьез думаете, что они здесь побывали? — изумился литератор.

— Всерьез.

Капитан поднялся на ноги, отряхнул ладони.

— От них здесь много всякого осталось. Но не думаю, чтобы все это было слишком опасно... Главное, чтобы он не был закрыт, этот выход...

В голосе его не хватало уверенности.

— А он может быть еще и закрыт... — не столько спросил, сколько уныло констатировал Смольский. — Почему же вы до очумения водили нас вокруг этой мышеловки, если знали, что...

— Я ничего не знаю до конца, — нервно оборвал его Листер. — Спрашиваете, почему я сразу не повел вас к черту в зубы? Охотно отвечу вам, господин писатель: мне было страшно.

— Как вам спалось на новом месте? — поинтересовался Ким у федерального следователя, входя в дверь бункера, распахнувшуюся по приказу инфракрасного пультика, зажатого в его руке. — Первые два-три месяца ужасно трудно привыкнуть к этой разнице между двадцатичетырехчасовой системой, принятой по всей Федерации, и здешними сутками...

— Ну, мне не приходится привыкать к таким вещам надолго, — вздохнул Кай. — Единственное неудобство — не забывать поставить будильник на нужное время. Но оставим сантименты на более подходящее время. Как я понимаю, у вас есть для меня новости...

— Вы правы, — согласился Ким. — Целых две — хорошая и плохая.

— Садитесь, — Кай освободил место на диване от распечаток и топографических снимков, — и начинайте с плохой. А я пока приготовлю вам что-то вроде чая. Из того, что нашел здесь на кухне.

— Итак — плохая, — начал Ким, опускаясь на расчищенную для него посадочную площадку. — Ранарари напрочь отказываются от вашего участия в экспедиции к месту захоронения «Ганимеда». По всей видимости, боятся какой-нибудь... неадекватной реакции. В общем, они туда направляют комплексный отряд из «чертей» и сукку...

— Сукку? — удивился Кай.

— Сукку, — повторил Ким. — Бродячая Цивилизация. Их «караваны» проходят через систему Инферны примерно один раз в двадцать лет...

— А эти сукку — что? Во всей документации, которую я успел прочесть, они упоминаются как цивилизация, установившая регулярный обмен информацией с Инферной. И только. — Недоумение все еще жило в голосе следователя.

— Очень существенно то, — кисло улыбнулся Ким, — что с Земной Цивилизацией цивилизация сукку так и не нашла общего языка... Вопрос этот сложный. Тут мне приходится говорить с чужих слов. Ходят слухи, что некоторое время назад «черти» пытались создать на планете своего рода «противовес» Диаспоре землян. Да-да — они уже тогда почувствовали, что там — на Фронде — они проглотили слишком большой кусок. Гораздо больше, чем им удалось бы переварить... Тогда-то и был открыт почти свободный доступ для сукку на планету. И они не замедлили появиться в здешних краях. Знаете ли, этакие деловитые гномы с бульдожьими физиономиями. Но, в общем, ничего из этого не получилось. Нас — Homo sapiens — здесь уже несколько миллионов, а сукку — от силы полмиллиона. И никакой тенденции к росту численности. К тому же у них — совершенно иная психика... Ментальность... Если земляне прилетают сюда затем, чтобы получить непыльную и хорошо оплачиваемую работу, имея в перспективе такой вот красивый домик, как те, на которые вы уже нагляделись, пока мы колесили по городу, и солидный счет в солидном банке, то... то у сукку все наоборот. Даже не наоборот, а вверх тормашками! А мы, равно как и ранарари, наивно полагали вначале, что сукку также свойствен здоровый эгоизм, стремление к обогащению и, вообще, «ничто человеческое им не чуждо» — как бы смешно это ни звучало в данных обстоятельствах. Но все пошло прахом, когда «чертям» пришлось иметь дело с реальными сукку, а не с их образом, созданным коллективным воображением. Для них работа на Инферне оказалась чем-то вроде обряда искупления, отрешения от совершенных грехов через труд и покаяние. Производительность труда у них оказалась довольно высокой, но только в некоторых, весьма специфичных областях. Так что союз Инферны с Бродячей Цивилизацией угас, не успев разгореться как следует. Но отношение к Человеческой Цивилизации у сукку почти полностью задано ранарари... И нам не скоро удастся разрушить тот стереотип, что им вбили в голову здесь, на Инферне... Так что не удивляйтесь их — сукку — несколько враждебному к нам отношению. А они здесь подворачиваются часто. Вне спецлагерей, там — на континенте. Этот Мир тесен...

— Стало быть, от той экспедиции — к «Ганимеду», мы не можем ждать особой благожелательности в выводах? — скорее констатировал, чем спросил Кай.

— Нет, не можем, — вздохнул Ким.

— Надеюсь, что они хотя бы найдут «пепел» в целости и сохранности, — Кай свел кончики пальцев «домиком» и некоторое время рассматривал получившееся сооружение.

— Не смею приставать к небу с лишними просьбами, — с горьковатой иронией произнес он, — но было бы неплохо, если бы им вдруг удалось взять след той тройки.

— Палладини — Кириллов — Смольский? — уточнил Ким. — Скорее всего их будет больше. Я имею в виду конвойных или проводников. Смотря по обстоятельствам. Но спутниковая съемка и съемка с гелиопланеров наблюдения сейчас неэффективна — на Аш-Ларданаре туман. Те из Диаспоры, кто постарше, придают этому туману какие-то особые, чуть ли не мистические свойства. Но там и без мистики опасностей и бед хватает. Если ваши приятели живы, то они непременно нарвались либо на Продавцов, либо на «стервятников». В обоих случаях в самом скором времени с нас — точнее с Большого Джонни — начнут трясти выкуп...

— Если бы речь шла о привычных мне бандах, орудующих на Харуре или на Мелетте, я бы поддержал такое предположение, — пожал плечами Кай. — Но в здешних делах я — совершеннейший «чайник». «Стервятники»... Продавцы камней... Что это за группировки? На кого они ориентированы? Какое отношение имеют к «пеплу»?

— Временами — самое непосредственное, — заверил его Ким.

— Тогда просветите меня хоть немного на этот счет. — Кай всем своим видом изобразил внимание к собеседнику.

— Собственно, это — здешние бродяги, — Ким хрустнул суставами пальцев. — Маргиналы. Но довольно хорошо зарабатывающие маргиналы. Там — на Ларданаре — при каких-то непонятных процессах возникают специфические образования. Их здесь принято называть Камни — с большой «К». Им приписывают массу разных магических свойств, но все это — не для простых смертных. Чтобы с Камнем таким говорить, надо обладать какими-то сверхъестественными способностями...

— Это действительно так? — поднял левую бровь федеральный следователь.

— Не знаю, — пожал плечами Ким. — Здесь много всяких заморочек... Невозможно за одну человеческую жизнь разобраться даже с самыми докучными из них. Камни активно покупают на черном рынке. Но Продавцы и «стервятники» работают на разных хозяев. Продавцы ориентированы на внутренний рынок — на самих ранарари. А «стервятники» сбывают свою добычу на сторону. Мне не удалось вычислить — кому. Но с планеты они уходят.

— А почему вы этим вообще интересовались? — осведомился Кай.

— Мне известно несколько случаев, так сказать, бартерного обмена: «пепел» на Камни, — Ким изобразил в воздухе сложную фигуру. — И есть доказательства, что такая торговля осуществляется и по другим схемам. В общем, все это — вещи взаимосвязанные. Ну да ладно — это все теории.

— Это теории, — согласился Кай. — А теперь выкладывайте вашу вторую новость — ту, что получше.

— Мне приказано доставить вас, господин следователь, в студию подпространственной связи, — Ким сверился с часами, — через полчаса. И еще: Манич из своего «ночного полета» принес на хвосте любопытную новость — объявился ваш друг Раковски. Живым и здоровым. Говорят, он кого-то ищет. Как вы думаете, следователь, кого бы это?