Чтение онлайн

Сара, конечно, была простовата, но она с детства находилась при дворе со своим отцом и привыкла заниматься тем же, чем и дети королевы. Вроде и Диана жила неподалеку, соседствуя с королевской семьей, но запала ей хватило ровно на те несколько месяцев, когда она пыталась женить на себе Чарльза. В отличие от Дианы Сара являлась истинным экстравертом — что в данных обстоятельствах помогало ей в общении внутри дворца и за его пределами. Журналисты начали уделять жене принца Эндрю повышенное внимание: она потеснила вечно печальную Диану с первых полос газет. А ведь слава, успех у репортеров и простых людей, была единственным, чем могла похвастаться принцесса…

«Я страшно ревновала, — признавалась Диана. — …Ей действительно нравилось жить в этих местах (Балморал и Сандрингем. — В. Б.), мне же приходилось там бороться за выживание. Я не могла понять, почему ей все дается так легко, думала, она станет такой, как я, — опустит голову и будет вести себя скромно. Но получалось совершенно по-другому. Сара очаровала всех в той семье и сделала это блестяще. Она буквально втоптала меня в грязь… В Шотландии она делала все, чего не могла я. Я думала: „Так не может долго продолжаться! У нее когда-нибудь должны кончиться силы!“ А на меня все смотрели и твердили: „Бедная Диана! Она такая тихая, вечно пытается разобраться в себе, прирожденный интроверт“».

Модные слова «экстраверт» и «интроверт» многое объясняют, но они лишь иллюстрируют способ общения с людьми, предпочтения человека в проведении досуга и то, как он любит работать. Диана по-прежнему не хотела видеть других проблем и опять обвиняла в своих неудачах окружающих. Ее болезни — не вина, а беда, но беда, с которой следовало бороться, а не пытаться анализировать поведение других людей, не имевших к возникновению собственных проблем прямого отношения.

Интересно, что Сара, несмотря на прекрасную уживаемость с королевской семьей, тоже развелась со своим принцем, причем тогда же, когда это сделала Диана. Шуму это наделало куда меньше, но факт остается фактом — в 1996 году во дворце случилось сразу два развода…

В сентябре Гарри отправили в школу, а точнее, в детский садик — Nursery school, — куда до этого ходил его старший брат Уильям. Находился садик в пяти минутах от Кенсингтонского дворца, где жили Чарльз и Диана с детьми. На момент посещения садик, по сведениям «The New York Times», стоил 850 долларов в год, что являлось средней ценой для престижного района, но гораздо выше, чем то, что могла себе позволить среднестатистическая британская семья. Однако до посещения садика Уильямом он не считался каким-то особенным. Диана выбрала его, так как он располагался поблизости от дворца и приглянулся принцессе. «Принц Чарльз получал в детстве дошкольное образование в Букингемском дворце. Но принцесса Диана, работавшая до замужества в детском саду, хотела, чтобы принц получил обычное образование, которое получает английский ребенок. Поэтому они выбрали маленькую, прекрасно организованную школу, которая старается дать детям хороший старт в жизни».

Детей в садике делили на три группы: «лебедята», «маленькие лебеди» и «большие лебеди». В пять лет ребятишки покидали садик, чтобы получить более глубокое образование. К тому моменту они умели петь и рисовать, но читать и писать их специально не учили, только если ребенок проявлял к этому процессу особый интерес. Прессу заранее попросили оставить детей в покое и не переусердствовать в своем желании осветить каждый шаг Уильяма и Гарри в газетах. Изредка, конечно, снимки появлялись, но, видимо, дети не так привлекали читателей, как их родители.

Все окружение Дианы однозначно считает ее прекрасной матерью. Принцессе всегда удавалось ладить с детьми, стариками и инвалидами, то ли оттого, что она была, без сомнения, сильнее, чем они, то ли это был природный дар, которым щедро ее наградили свыше, дабы компенсировать иные проявления характера. На многочисленных фотографиях, запечатлевших Диану с сыновьями, принцесса искренне улыбается, хохочет, ее глаза светятся счастьем.

Для сыновей Диана сделала много. В первую очередь она действительно правильно понимала проблемы воспитанного во дворце Чарльза и постаралась, чтобы ее мальчики умели «общаться с людьми, творить добро открыто и сердечно, а не исключительно из чувства долга». «В то время вся ее жизнь вращалась вокруг Уильяма и Гарри. Ей нужно было отвезти их в школу, а потом постараться освободиться, чтобы забрать детей или хотя бы быть дома к их возвращению… Она приезжала утром в школу в обычном костюме, без макияжа, высаживала сыновей, здоровалась со всеми… Если кто-то из родителей сообщал: „Мы хотели бы пригласить Уильяма завтра вечером в гости“, она чаще всего отвечала: „О, замечательно!“ Ее дети всегда могли общаться с друзьями».

Свободное время Диана проводила с сыновьями тоже именно так, как виделось ей в собственных детских мечтах, так, как она когда-то проводила его в любимом Парк-хаусе с младшим братом. Вместо «торжественных чаепитий с камердинерами, сандвичами с помидорами и огурцами» (еще Оскар Уайльд описывал пресловутые cucumber sandwiches, подаваемые к чаю в английских аристократических семьях) дети с мамой поглощали ее любимые тосты с фасолью и смотрели телевизор. Надо отдать должное Чарльзу, он тоже проводил много времени с сыновьями, правда, занимаясь с ними совсем другими делами: катал их на пони, возился с ними в саду… В сентябре Чарльз и Диана всегда вместе провожали детей в детский сад и школу.

Журналисты запечатлели кадры первого посещения Гарри детского садика. Забавный мальчуган весело помахал репортерам рукой (куда менее застенчиво, чем это делала его мама) и бодро потопал к входу, отказавшись от помощи старшего брата, пытавшегося взять его за руку. После этого Диана посетила два мероприятия и вернулась за сыном в садик. Гарри посмотрел в бинокль на толпу журналистов и уселся в машину. Наверное, проще было водить детей в сад пешком, но членам королевской семьи приходилось даже на коротких расстояниях пользоваться машиной.

К сожалению, еще в январе Диана уволила няню Уильяма, которая проработала с ним четыре с половиной года. Причина была надуманной, и потому многие считают, что принцесса удалила няню из-за ревности: мальчик на самом деле очень любил ее. «Уильям сохранил теплые воспоминания о няне. Он приглашал ее на свое восемнадцатилетие и на праздник в честь двадцать первого дня рождения».

В 1987 году родители, конечно, еще пытались скрывать от детей разногласия, раздиравшие их семью. Они уже начали потихоньку путешествовать отдельно, не заботясь о согласовании дат отъезда и приезда: например, Чарльз мог с детьми уехать отдыхать, а Диана присоединялась к ним позже, или наоборот. После визитов пара могла разъехаться в разные стороны. При этом Чарльз не пытался менять свои старые привычки: в школу мальчиков он не водил, и, отправив их туда в сентябре, по обыкновению уезжал в Шотландию. Диана просила его остаться с семьей, на что Чарльз предложил отправить детей в местную школу возле Балморала.

Если вернуться к лету того же года, то довольно много места газеты отводили описанию отдыха Чарльза с Дианой и детьми в Испании. На Майорку семью пригласила испанская королевская чета, и хотя обе семьи не отличались на тот момент крепостью уз, внешне они дружно делали вид, что все в порядке. После даже писали, что король Хуан Карлос приударял за Дианой, а она флиртовала с ним назло неверному Чарльзу. Сложно сказать, но на тех немногих кадрах, которые были сняты летом в Испании, Диана очень много внимания уделяла Гарри и совершенно игнорировала Чарльза, испанского короля и его жену. Она вела себя очень отстраненно, прижимая к себе младшего сына, не глядя по сторонам. Уильям в основном держал за руку отца, либо брал за руки обоих родителей. Также он пытался «воспитывать» Гарри, забирая у него собачку, которую тот старался приподнять. Фотографии двух королевских семей, сделанные тогда журналистами, запечатлели одинокую Диану, прижавшуюся своей щекой к щечке сына, потерянного Чарльза, крепко державшего за руку Уильяма, и вполне довольного жизнью, загорелого короля Хуана Карлоса с семейством…