Чтение онлайн

259. Буддхагхоша считает, что слово дхамма обозначает здесь «четыре благородные истины».

Ощущает её всем своим телом — некоторые комментаторы советуют «телом» (kayena) понимать как namakayena (синоним пашагйра — см. объяснение к строфе 221), т. е. «ощущает её своими духовным и физическим началами». О невозможности слово passati переводить здесь как «видит» см. Beobacht., 162.

260. Сходное место отмечается Радхакришнаном в «Законах Ману», И, 136 и в Махабхарате (Ванапарва, 133, 11 и Шальяпарва, 51, 47).

Старшим (thera) назывался тот бхикшу, который нищенствует, по меньшей мере, десять лет.

265. Отшельник (samana) — любопытный образец ложной этимологии, показывающий, что слово samana выводилось из глагола sam («успокаивать»), а не из cram («трудиться»). В последующих строфах (до 270) содержится ещё несколько этимологий фантастического характера.

268 — 269. Игра слов: muni («мудрец»), топа («молчание») и munati («взвешивает»).

270. Считается, что этот стих обращён к рыбаку по имени Ария (ср. ariya— «благородный»).

271. Достижение самоуглубления (samadhi) рассматривалось не как конечная цель, а как необходимое условие на пути к уничтожению желаний.

273. О восьмеричном пути см. в комментариях к строфе 191. Четыре слова — четыре благородных истины.

274. Вторая половина этой строфы допускает возможность иной интерпретации.

Рагхаван напоминает известную ведийскую параллель относительно пути (стр. 61).

275. В Лалитавистаре Будда называется «великим удалителем тер-ниев».

279. Все дхаммы лишены души (sabbedhammaanatta) — эта формула повторена в Винае, V, 86 и Самъютта-никае, III, 133; IV, 28, 401. Термин анатман (anatta) — лишённый души, лишённый своего я, «непостоянный» — один из сложнейших в буддизме; в известном отношении он противоположен атману (см. комментарии к «Attavagga»). Как указывал Нагарджуна, Будда иногда учил, что атман существует, а иногда, что он не существует; последний взгляд более последователен и ближе к истине, однако его Будда излагал лишь в тех случаях, когда хотел передать слушателям трансцендентальное учение; в остальных случаях, опасаясь ереси нигилизма, Будда предпочитал говорить об атмане, не придавая, однако, этим рассуждениям принципиального характера. См. Радхакришнан, Индийская философия, т. I, М., 1956, стр. 330. Ср. также комментарии Радхакришнана к этой строфе Дхаммапады и С. Regamey, Le probleme du bouddhisme primitif et le travaux de S. Schayer. — ROr, XXI, p. 51.

283. Эта строфа содержит изощрённую игру слов, основанную на том, что слово vana обозначает и лес и желание. С другой стороны, лес можно рассматривать как символический образ тёмных и греховных желаний. Наконец, слово «нирвана» (nibbana), встречающееся здесь же, так включается в игру: нир-вана — «уничтожение желаний». Следовательно, эту строфу можно было бы переводить и так: «Искор ^ните желание (лес желаний)… Страх рождается из желания (из леса желаний)… Искоренив желание (лес желаний)… вы станете свободными». Ср. также строфу 344.

285. Су гата — одно из названий Будды, а также вообще «просветлённых». Ср. татхагата (прим. к 254). См. строфу 419, а такжеДжата-ки, т. I, стр. 183.

287. Здесь опять появляется традиционное сравнение смерти с наводнением.

294 — 295. Эти весьма необычные строфы долгое время смущали исследователей, тем более что происхождение этого отрывка остаётся неясным. М. Мюллер и Р. Чайлдерс, несмотря на комментарии Буддхаг-хоши и на возражения д'Альвиса, готовы были предположить, что истинно благочестивый человек невинен, даже если он убьёт (случайно) отца или мать. В последнее время наиболее авторитетным считается мнение Буддхагхоши, согласно которому 294 и 295 строфы представляют собой развёрнутую аллегорию, в которой мать — желание, страсть, отец — гордыня, два царя — две ложные системы взглядов (sassataditthi — этернализм, вера в вечное существование души и мира, и ucchedaditthi — вера в уничтожение души), царство с подданными — чувственные удовольствия, «человек-тигр» — место, кишащее тиграми, препятствующими достижению блаженства. Наиболее точно соответствие этой аллегории было указано С. Билом в китайской версии Ланкаеатара-сутры (3-я книга). См. S. Beal., р. 5 ff.

302. Китайский переводчик Дхаммапады объясняет это место следующим образом. Некогда семеро бхикшу удалились в уединённое место, чтобы достичь высшей мудрости. После двенадцати лет бесплодных усилий, увидев, как трудно достичь мудрости, и вспомнив все прелести домашней жизни, они решили вернуться домой. На пути к дому они встретили Будду, который и обратился к ним со словами, содержащимися в этой строфе.

Ср. также убедительный комментарий Буддхагхоши к этой строфе: «Странник на длинном пути сансары не встречает ничего, кроме печали…» Поэтому здесь, когда говорится: «несчастье преследует странника», — речь идёт не о бхикшу, а о людях, которые ещё не выбрались из потока сансары.

303. Кто исполнен веры — имеется в виду вера, основанная на знании, а не слепое доверие к основным догмам буддизма.

305. Пусть радуется в лесной чаще (vanante) — в оригинале здесь игра слов; эту фразу можно понимать и так: «пусть радуется уничтожению желаний». Ср. строфу 283 (комментарий).

Учение о преисподней (niraya) в буддизме занимает относительно второстепенное положение. Само понятие niraya в известной степени соответствует и понятию ад, и понятию чистилища. Правда, аналогия с христианским адом ограничивается, как правило, некоторым сходством во внешнем описании. По существу же различия весьма глубоки: niraya — место наказания, в котором искупается грех; наказание заключается в мучительном повторении новых рождений до тех пор, пока карма, вызвавшая это состояние, не окажется исчерпанной; следовательно, niraya преходяща. См. L. Scherman, Materialen sur indischen Visionslit-eratur, Leipzig, 1892; W. Stede, Die Gespenstergeschichten des Peta Vatthu, Leipzig, 1914. Народная этимология этого слова дана в Петаваттху, 53 и в Висуддахимагге, 427.

В переводах слова niraya на европейские языки, как показывают существующие попытки передачи Дхаммапады, наблюдается значительное количество вариантов.

307 — 308. Ср. Виная-питака, I, 4, 1.

Воспользоваться благотворительностью страны — речь идёт о милостыни, даваемой в порядке выполнения религиозного долга каждому бхикшу.

310. Эта строфа, по существу, содержит повторение «четырёх вещей», названных в предыдущем стихе.

313. Пыль (raja) заставляет вспомнить о страсти (тоже raja).

В буддийской литературе слон является символом терпения, сдержанности, самообладания (корни этой символики уходят в индуистскую древность). В Лалитавистаре сам Будда называется «слоном» (naga) или «великим слоном» (mahanaga). Поздняя легенда утверждает, что Будда спустился на землю в виде слона. В Уданаварге этой главе соответствует Ашваварга («Глава о лошади»).

323. Не достичь недоступной страны — т. е. нирваны.

324. С этой строфой связана история о пленном слоне, рассказанная в Дх. А. См. также S. Beal, р. 144–145.