Чтение онлайн

Так что давнее знакомство, да еще и встречи на производственной почве, а "Севмонтажавтоматика" не раз проводила работы по расширению и переоборудованию нефтебазы, помогли установить и деловые контакты.

Договорились о следующем. В привезенном ГКЛ топливе доля естественной недостачи не должна быть выше общепринятой в стране и оговоренной в контракте. При соблюдении этого показателя Фишер получает твердую сумму в рублях с каждой принятой без недостачи тонны. При недостаче менее нормы, получает еще и 10% от стоимости сэкономленного объема. Расчеты ежемесячно.

Заведенный порядок всю навигацию исполнялся неукоснительно. Впервые за всю историю завоза у поставщика не было недостач! Надо сказать, что и с капитанами танкеров и шкиперами наливных барж Иван заключил подобные соглашения. Это удержало их от обычной в практике речного судоходства торговли топливом в береговых поселках. От "ГКЛ" речники получали больше, да и риска никакого, что поймают на незаконном сливе.

Комбинатское начальство недоумевало. В их судах и баржах недостачи зашкаливали, а у ГКЛ были в норме и даже меньше! На их вопросы Борис туманно пояснял о якобы нанятой охранной фирме с вооруженными агентами на каждой барже.

– Вы не представляете в какую копеечку нам это влетает,-сокрушался он.

После того как Иван в Пароходстве решил все вопросы на уровне исполнителей, осталось только получить формальную команду от Генерального директора Пароходства и его подпись под контрактом. К нему поехал Борис - официальный гендиректор "ГКЛ", да и наиболее близкий по возрасту.

Пароходский начальник удивился объемам перевозки:

– Да вы выходите по тоннажу на второе место после Северского комбината. Уважаю. Мои условия знаете?

Борис знал. Ивану все премудрости заключения договоров с частниками обрисовал зам гендиректора Пароходства за "чашкой чая" в ресторане Речного Вокзала.

– Только никаких наличных,- давал указания начальник всех пароходов Борису.

– Спустись на два этажа ниже. Там есть отделение местного коммерческого банка. Вот тебе сберкнижка на предъявителя. Положишь туда. А я пока договор подпишу.

***

1992 - 93гг

Дни олигархов дюже суетливы:

Годами ужас - сколько на кону?

А мне, чтоб сосчитать свои активы,

Достаточно двенадцати минут!

Лев Красоткин

По стране шагала приватизация. Приватизировались квартиры, магазины, бани и пекарни. А главное, приватизировались гиганты индустрии, гордость страны. Все жители получили бумажки под названием "Ваучер". С ним можно было участвовать в приватизации любого госпредприятия. Обычно люди вкладывали свой ваучер в долю предприятия, на котором работали. На черном рынке появилось много ваучеров. Не верившие в приватизацию граждане, спешили избавиться от них. Иногда за бутылку водки. Скупщики аккумулировали у себя "мешки" ваучеров и сбывали их с выгодой.

Миша с Сашей в Москве по просьбе "ГКЛ" прикупили несколько тысяч этих билетиков. Решено было пустить их на приобретение акций "Поляргаза". Это предприятие приватизировалось отдельно от всего Газпрома. Работало оно только на нужды Северского комбината и не сообщалось с общей трубопроводной системой страны.

Часть акций получили за ваучеры, часть скупили с рынка, когда они начали свободное обращение. В результате в распоряжении "ГКЛ" оказалось несколько десятков тысяч акций "Поляргаза". У партнеров на этот счет был свой план. Когда они довели количество акций до 10% от общего выпуска, то получили право делегировать одного представителя в Совет директоров кампании. Так Борис Косов стал независимым, т.е. без определенной должности, членом этого органа, определяющего стратегию развития и деятельности компании.

Повседневное руководство осуществляло Правление во главе с директором. Им был опытный северянин газовщик, строивший промыслы и трубопроводы "Поляргаза" еще с семидесятых годов, Валерий Василиди. Он прошел все ступеньки карьеры от рядового инженера, и последние лет пять возглавлял предприятие.

С Борисом у них установились деловые, хорошие отношения. На ежемесячных заседаниях Совета директоров Косов не раз высказывал здравые суждения, особенно когда речь шла о строительно - монтажных работах, или материально - техническом снабжении.

Через год работы в Совете Борис получил предложение взять на "ГКЛ" трудную и ответственную задачу по завозу на промыслы метанола. Эта техническая жидкость закачивалась в скважины для предохранения их от обмерзания в страшные Заполярные морозы.

Василиди с уважением относился к успехам "ГКЛ" в доставке топлива для комбината. Он разочаровался в способности своего управления снабжения завезти такой сложный товар. Искал поставщика посильнее и более ответственного.

– Прошлую навигацию мои гаврики чуть не сорвали. Завозили уже, когда лед на речках встал. Еле пробились,- жаловался он Борису, - да еще несчастный случай допустили. Всё - таки не уследили, двое матросов с баржи хватанули метанола. Один труп, другой калека.

Метанол - метиловый спирт - страшный яд. Но по запаху и вкусу не отличим от этанола, спирта питьевого. В "ГКЛ" изучили вопрос и согласились.

Так началось многолетнее сотрудничество с газовиками. В следующие навигации везли для газовиков всю гамму нефтепродуктов. И всегда справлялись. Для перевалки метанола с железной дороги на воду выбирали отдельный причал, оцепляли территорию нарядом милиции. Затратно, но ЧП не было.

***

1996г

"Спасение утопающих лучше получается за деньги".

Мудрость 90-х

Вместе с топливом для заказчиков, по контрактам, " ГКЛ" привез несколько тысяч тонн топлива для собственных нужд. Борис предложил, и соратники идею поддержали, строить свою заправку и обеспечивать население топливом в розницу. До этого все частники заправлялись на АЗС комбината. Но ситуация с завозом нефтепродуктов была аховая. Топлива для частников могло не хватить.