Чтение онлайн

– Пей, что видишь. Чао.

Я полез в бар и вытащил бутылку сухого шампанского и мартини.

– Ты все это собираешься выдуть? – поинтересовалась Надя, сладко потягиваясь.

– Я думаю, ты составишь мне компанию.

Я пододвинул журнальный столик и расставил на нем бутылки и бокалы.

– Ну-ну, и что это будет за коктейль?

– Называется «Холодная Мэри».

– Почему «холодная»?

– Фригидная потому что. Для горячей не хватает коньяка.

– Не хочу. Смеси с коньяком слишком подлые. Когда я пьяная, я себя не контролирую.

– С каких это пор? На моей памяти ты еще за себя отвечала.

– А теперь нет.

– И чем это опасно для меня?

– Неизвестно.

– Между нами, я пообещал Франю тебя не касаться.

– Врешь!

– Он меня предупредил, чтобы я к тебе не лез.

– Врешь!

– А как ты думаешь, почему он вывел меня в кухню?

– Дебил!

За это мы и выпили. После двух бокалов я почувствовал существенное облегчение, мои нервы успокоились, и в милой болтовне с Надей прошел весь вечер. Но даже когда она наконец ушла спать, я не сомкнул век.

Франь вернулся поздно ночью. По его счастливому лицу можно было догадаться, что облава удалась.

– Ну, все! – воскликнул он. – Фирме пана Ромка настала амба! Что ты там лакаешь? Налей и мне.

– Рассказывай, не трави душу.

Он упал на кушетку с бокалом, жадно глотнул и сказал:

– Мы остановили машины на соседней улице, дальше пошли пешком. Милиция окружила все три дома, а потом выбила двери. Эти жлобы даже не защищались, их на раз-два скрутили, вещественные доказательства – две кассеты – нашли там, где ты указал. И конец!

– Ну, и кого вы загребли?

– Пана Ромка. Пана Зеня, его жену, еще этого медведя Макса… Ну, там еще была служанка, но мы ее отпустили… Старуха. Еще какая-то девочка спала. Ее мы не трогали.

– Подожди, а фрау Ольга?

– Фрау Ольга? – переспросил Франь, и у меня сразу стало кисло на душе. – Какая фрау?

– Там была еще одна женщина. Из них всех она, возможно, самая опасная.

– Никакой женщины мы не видели. В первом доме был пан Роман, Макс и служанка. Во втором только какая-то девочка. А в третьем – Зень и его жена.

– И вы всюду смотрели?

– По всем комнатам, по всем углам.

– А там, где спала девочка?

– Но там никого не было!

– Под кроватью смотрели?

Франь наморщил лоб и передернул плечами.

– Черт его знает… Должны были смотреть.

– Ясно. Она выскользнула.

Неясная тревога вдруг охватила меня.

– Франь, поехали!

– Куда? Я спать хочу.

– Я говорю: поехали! Это не шутки. Или ты хочешь проснуться с перерезанным горлом?

Он вытаращил глаза, но я блефовал как раз удачно. Он молниеносно собрался, прихватил пистолет, и мы тихонько, чтобы не разбудить Надю, вышли из дома.

– Куда ехать? – спросил он в машине.

Я назвал больницу.

– Заберем оттуда одну девушку.

Франь тяжело вздохнул.

Я подергал входные двери, откуда-то приплелась заспанная дежурная, и я показал ей десять рублей.

– Понимаете, я утром еду в командировку. Должен увидеться с женой.

– Хоть бы конфет купил, – буркнула она. – С пустыми руками к жене идет.

Я помчался наверх, перепрыгивая через две ступеньки. За столом дремала знакомая врачиха. Когда я коснулся ее рукой, она вздрогнула и заморгала глазами.

– Почему вы среди ночи?

– Я должен забрать ее.

– Она спит.

– Ничего.

– Хорошо, только не шумите.

Я вошел в палату. В ночной тишине было слышно равномерное дыхание. Но оно было только одно. И Дзвинке оно не принадлежало.

Когда я коснулся ее, то не сдержал горестного восклицания. Дзвинка была холодной. Я не верил самому себе и прижал пальцы к ее шее. Шея тоже была холодной и пульса под пальцами я не почувствовал.

Женщина, лежавшая рядом, проснулась.

– Что случилось? А-а, это вы?.. Она спит. Ей медсестра сделала укол.

– Когда?

– Н-не знаю… давно… Я только-только засыпала…

Я выбежал в коридор и позвал доктора.

– Посмотрите на нее… Мне кажется, она не дышит.

Доктор включила свет, пощупала руками тело и кивнула.

– Она умерла.

– Вы сделали ей укол?

– Я не делала никаких уколов.

– Это не она, – сказала женщина. – Та была черноволосая. С улицы падал свет, я ее рассмотрела. Она сделала укол и сразу вышла.

– Вы никуда не отлучались? – спросил я врачиху.

– Нет, я сидела здесь все время… Разве что… Погодите, меня позвали вниз.

– Кто позвал?

– Она сказала, что… словом, что она лечилась у нас и попросила меня спуститься и подождать… Что она хочет меня отблагодарить… Но так, чтобы никто не видел…

– Когда это было?

– Ну, где-то в двенадцать с чем-то. Я спустилась, подождала минут десять и вернулась обратно. Теперь все понятно.

Я двинулся к выходу.

– Тело можете забрать завтра вечером, – сказала вдогонку доктор. – Я оформлю все бумаги. Но… одну минутку…

Я остановился.

– Может, не будем поднимать шум? А то получится, что я виновата? Я бы хотела обойтись без милиции.

– А та женщина?

– Из ее палаты? Она мне многим обязана.

– Хорошо.

– Тогда напишите, что отказываетесь от вскрытия.

Я написал. Рука у меня дрожала. И хотелось как можно скорее выскочить из больницы на свежий воздух.

Врачиха благодарила и еще что-то лопотала, семеня за мной до самого выхода, но я не слушал ее. Сейчас мне нужно было что-то решить, а страшная грусть переполняла все мои мысли. Я еле пришел в себя, когда сел в машину.