Девушка в чёрном
Шрифт:
– Нет. Совсем не из-за этого. – Ответила Би’Джей и с силой опустила ногу на её живот. Издав утробный звук, женщина прижала руки к животу и согнулась. – Это тебе всё за смерть моей давней подруги Вероники Гарп. Помнишь такую?
С трудом переведя дыхание, Анжела приподнялась на локте и, посмотрев на Каролину уже начинающим многое понимать взглядом, проговорила:
– Я помню Веронику. И мне её очень жаль. Но я не виновата в её смерти. Это мой брат подсадил её на Филпит. И я очень злилась на него из-за этого. Правда.
Зловеще усмехнувшись, Би’Джей наклонилась к ней и резко выбросила правую руку вперёд, сильно ударив её кулаком в лицо. Коротко вскрикнув, Анжела прижала ладонь к глазу и, поморщившись, снова застонала. Её разбитые губы разошлись в болезненной гримасе, обнажив плотно стиснутые испачканные в крови зубы. Тоже поморщившись от боли, Каролина выпрямилась и потрясла ушибленной кистью.
Она сдерживалась, чтобы не достать пистолет и не пристрелить раньше времени лежащую перед ней на полу избитую женщину. Желание Каролины убить её стало намного сильнее после того, как она спасла ей жизнь. Она до сих пор никак не могла успокоиться. Ведь получалось, что убив директора ночного клуба, Би’Джей не только спасла жизнь Анжеле, но ещё и отомстила за смерть её погибшего брата, который даже больше был виновен в смерти её подруги Вероники, чем сама Анжела.
Не выдержав, Каролина достала из-за пояса «Илен-34» и направив его на смотревшую на неё заплаканными глазами Анжелу, сказала:
– Легко свалить всю вину на мёртвого человека. Я знаю, что он виноват больше тебя. Но его здесь нет. А вот ты есть. Тем более, ты тоже виновата. Ты приносила ей дозы. А они её убивали. И не только её одну! Вы стольких людей погубили! Сволочи! Поэтому я и вышла на тебя. Та авария была неслучайна. Я всё спланировала, чтобы втереться к тебе в доверие, а потом внедриться к вам, чтобы вас уничтожить!
Покачав головой, Анжела сплюнула на пол сгусток крови и проговорила:
– Уничтожить команду Конрада будет не так просто, как ты думаешь.
Би’Джей наклонилась к ней и, уперев глушитель ей в щёку, сказала:
– Это уже мои проблемы. Но ты мне расскажешь всё, что мне нужно знать.
Указательный палец Каролины на спусковом крючке напрягся. Понимая, что нажав на него чуть сильнее, она может убить Анжелу, так ничего от неё не узнав, Би’Джей взяла себя в руки и, убрав пистолет от её лица, медленно выпрямилась.
– Давай рассказывай всё! – Приказала она, отойдя от неё на шаг. – Быстро!
– Зачем мне помогать тебе, если ты меня всё равно убьёшь? – Спросила Анжела, смотря на неё уже с вызовом. – Какой для меня в этом смысл?
– Ну, во-первых, твоя смерть тогда будет не настолько болезненной. – Не задумываясь, ответила ей Би’Джей. – А во-вторых, у тебя будет шанс сделать перед смертью доброе дело. Так ты хоть частично искупишь свою вину перед Вероникой.
Подумав немного и придя к выводу, что терять ей действительно больше нечего, Анжела согласно кивнула и начала говорить. Она рассказала Каролине всё, что знала о поставщиках и поставках Филпита. Полученную от неё информацию Би’Джей сочла очень полезной, но это не заставило её передумать убивать Анжелу.
Каролина считала, что Анжела должна понести наказание за смерть Вероники и многих других умерших от Филпита людей. Поэтому, дослушав её до конца, Би’Джей направила на неё свой «Илен-34» и выстрелила. Из-за навинченного на ствол пистолета глушителя выстрел прозвучал, как тихий хлопок. Откинув назад простреленную голову, избитая женщина распласталась на полу, раскинув руки в стороны и уставившись в потолок застывшим взглядом остекленевших глаз, между которых теперь находилось сочащееся стекающей по лбу тонкой ярко-красной линией кровью пулевое отверстие.
Гостиница «Уют родного дома».
Город Эрлайн. 18:00 вечера.
Вытерев тыльной стороной ладони, в которой был зажат пистолет стекающую по щеке слезу, Каролина медленно откинула голову назад, прислонившись затылком к висевшему на стене пушистому ковру и, прикрыв глаза, судорожно вздохнула. Она сидела на кровати в своём гостиничном номере, прислонившись спиной к стене и при этом положив руки на согнутые в коленях и слегка разведённые в стороны ноги.
Би’Джей сейчас было очень тоскливо, и она не знала, что ей нужно сделать, чтобы прогнать овладевшую ей тоску прочь. Нет, она тосковала не из-за того, что убила Анжелу. Причины здесь были в другом. Каролина в последнее время начала замечать, что с ней стало происходить что-то нехорошее. Она чувствовала, что начала становиться жестокой. А ведь раньше она такой совсем не была. И это её беспокоило.
Каролина догадывалась, что всё это началось после проводимых ей операций по поиску похищенного спутника. На её прежней работе в ФРС бывало нелегко и во время начавшегося отпуска она взялась за предложенное мистером Труменом задание, отказаться от выполнения которого она не могла себе позволить.
Когда похищенный спутник был почти найден, генерал Трумен разыграл перед ней своё предательство и куда-то исчез. В ГРК посчитали её предательницей, а в ФРС отказались от неё, так как побоялись связываться с ГРК. Её потом оправдали, но в итоге всё закончилось очень плохо. Ларри Трумен, который на самом деле не был предателем трагически погиб, а шпионский спутник пришлось уничтожить, чтобы он не попал в руки к врагам. Видимо череда этих событий очень сильно на неё повлияла.
«Боль от предательства и потерь сделала моё сердце чёрным». – Подумала Каролина, чувствуя, как горячие слёзы текут по щекам. – «Раньше я всегда старалась спасти жизнь, а теперь я убиваю. Но убиваю только тех, кто действительно заслуживает смерти. Грабители на дороге, торговцы оружием и наркотиками должны быть уничтожены! Убивая их, я спасаю множество жизней! Просто я уже не агент ФРС и действую не в рамках закона. Я теперь сама себе закон и действую соответственно!
Да, убив директора ночного клуба, я спасла жизнь Анжеле, но только потому что она мне была нужна. И за её погибшего брата я не мстила. Я убила наркоторговца, который заслуживал смерти! Но теперь я убила саму Анжелу и я не остановлюсь, пока не уничтожу всю команду Конрада! Да, моё сердце стало чёрным. Но только с чёрным сердцем можно закончить это дело! Но мне всё равно больно от этого. Я никогда не хотела становиться жестокой. Я ещё в детстве мечтала стать хорошим человеком».
В то время, когда Каролина начала вступать в тот период взросления, при котором её юное тело в области груди и бёдер стало приобретать уже более женственные округлые формы, а подмышечных впадин впервые коснулось острое лезвие бритвенного станка, она задала себе вполне взрослый для своего всё ещё детского возраста вопрос: «Каким я буду человеком, когда стану взрослой?» Она тогда, конечно, надеялась, что хорошим, но сейчас смотря на себя и на свои поступки со стороны, она начинала сомневаться в том, что оправдала о себе свои детские надежды. Но плакала она сейчас не только из-за своего почерневшего сердца. Просто она была сегодня у Томаса Гарпа.