Чтение онлайн

Эта фраза неприятно резанула Лине слух.

Так обычно разговаривали приблатненные типы, которых Лина видела множество, а в последний раз - у себя в квартире, причем при обстоятельствах совершенно экстраординарных. Она внимательно посмотрела на Прынцессу, и та, почему-то смутившись, отвела взгляд.

–  Может быть, это у тебя неприятности?
– спросила Лина.

–  У меня?
– Прынцесса передернула плечами.
– Нет, у меня все в порядке. Так что там у тебя, колись!

Колись…

И опять внутри Лины дернулась какая-то непонятная ниточка.

–  А как ты зарабатываешь на жизнь?
– неожиданно для самой себя спросила она.

–  Я?
– Прынцесса широко открыла глаза, и в них опять мелькнуло что-то чужое, незнакомое.

–  Да, ты, - Лина отодвинула в сторону пачку сигарет, освобождая место для пива и стаканов, которые принес официант, - мы ведь живем, едим, одеваемся, а для этого нужны деньги.

–  Интересно ты со мной разговариваешь, - Прынцесса прищурилась, - неужели после такой долгой разлуки у тебя не нашлось другой темы?

–  Прости, - Лина налила себе пива, - у меня действительно неприятности, причем очень серьезные, поэтому меня кидает в разные стороны. Могу укусить.

–  Да, ты можешь, - Прынцесса усмехнулась, - ты такая!

–  Да, такая…

Лина отпила немного пива и неожиданно для себя обнаружила, что оно хорошо идет и в двенадцать часов дня.

–  Хорошее пиво, - сказала она и отпила еще.

–  А ты мне не верила, - Прынцесса улыбнулась и поднесла к губам пенный стакан, - ну, я слушаю.

–  А слушать особенно нечего, - Лина закурила и выпустив дым, задумчиво посмотрела на огонек сигареты, - видишь ли… Видишь ли, у меня убили мужа и маму.

–  Как… - Прынцесса выронила стакан, и он, упав на булыжники, со звоном разбился, - еще и маму?

–  Да.

Лина, не узнавая себя, поманила официанта пальцем и этим же пальцем молча указала ему на разбившийся стакан. Раньше она никогда не вела себя так по-барски, а точнее - по-хамски. Но сейчас с ней происходило что-то непонятное, и ее, как она правильно выразилась минуту назад, кидало из стороны в сторону. Но официант ничуть не удивился ее барскому жесту, наоборот, это послужило для него сигналом, говорящим о том, что девушки не просты, и он расторопно принес новый стакан, а осколки разбившегося ловко собрал на поднос и исчез.

–  Еще и маму… - повторила она и, глубоко затянувшись, вдруг удивленно посмотрела на Прынцессу: - А откуда ты знаешь про мужа?

Она хотела хотя бы теперь называть Максима мужем, да, собственно, именно мужем он ей и был. Как говорится, браки заключаются на небесах, а уж там-то они с Максимом были именно мужем и женой, и никак иначе.

–  Да я не знаю про него, - Прынцесса снова отвела взгляд, - просто… Просто мужей иногда убивают, они же мужчины, у них свои дела, но мать…

–  Маму убили не здесь, а в Америке. Лина почувствовала, как у нее предательски задрожала нижняя губа, и, чтобы скрыть это, она торопливо поднесла ко рту стакан. Прынцесса внимательно смотрела на Лину, и ее глаза становились все более чужими.

–  А еще меня хотели изнасиловать милиционеры, а потом в квартиру вломились бандиты. Вот такая у меня жизнь.

И Лина прерывисто вздохнула. Прынцесса откинулась на спинку стула и посмотрела на Лину со странным выражением.

–  Почему ты на меня так смотришь?
– спросила Лина, заметив это.
– Тебе меня жалко?

–  Жалко? Нет, это не то слово. Просто я думаю о том, что беда действительно не приходит одна. Видишь ли… Если бы мне было тебя жалко, я не позвонила бы тебе.

Лина удивленно посмотрела на Прынцессу и не узнала ее.

Перед Линой сидела совершенно чужая, молодая и красивая женщина.

–  Ты спрашиваешь, как я зарабатываю себе на жизнь?
– спросила Прынцесса и криво усмехнулась.
– Я тебе отвечу. Мою жизнь оплачивают мужчины.

–  Ты… - ошеломленной Лине было трудно произнести то, что она хотела.
– Проститутка?

–  Ну, дорогая моя, - Прынцесса подняла черную тонкую бровь, - проститутки на Искровском стоят. А я просто беру любого мужчину, который… У которого есть деньги. И заставляю его высыпать эти деньги к моим ногам. А потом оставляю его. И, можешь мне поверить, я не сближаюсь с противными богатыми старичками. Мои мужчины молоды, красивы, смелы и… Мужественны. Так что - все путем.

–  Все путем… - повторила Лина.
– Раньше ты так не разговаривала.

–  Раньше много что иначе было. И вообще много чего было.

Прынцесса посмотрела на Лину сузившимися глазами и медленно спросила:

–  Скажи… Ты помнишь выпускной вечер?

У Лины остановилось дыхание, и из самого запретного уголка ее сознания, из самого темного подземелья, из запертого на все самые строгие запоры слоя памяти всплыло воспоминание, уже одиннадцать лет бывшее ее мрачной тайной…

Это случилось на школьном выпускном вечере.

Как и всегда, после торжественной части праздник обретения свободы переместился в спортзал, и начались танцы. Девушки были в красивых бальных платьях, юноши - кто в чем, но тоже постарались принарядиться. Первые полчаса, прежде чем бал превратился в обычную дискотеку, в зале звучали вальсы и прочие классические бальные танцы.

Родители Лины в свое время отдали девочку на художественную гимнастику, а потом - в школу бальных танцев. Лина умела танцевать по-настоящему.

Вальс - пожалуйста, фокстрот - пожалуйста, танго - легко!

И это было не топтание под музыку, а настоящий танец с фигурами, с изящными движениями рук, в общем - в этой части бала Лина была настоящей королевой. Учителя приглашали ее наперебой.

Особенно старался учитель физкультуры, тридцатилетний спортивный блондин, давно положивший глаз на девушку. В свое время он тоже посещал танцкласс, поэтому Лина, видя в Вадиме умелого партнера, охотно и с радостью танцевала с ним.

Вадим Пеньковский любил молоденьких девочек и пошел работать учителем физкультуры в школу именно поэтому. Где еще можно было на совершенно законных основаниях трогать, поддерживать, обнимать и вообще елозить руками по молодым девичьим телам?