Чтение онлайн

– Ответь мне, – рычит он мне в губы и меня вдруг на секунду накрывает волной ужаса. Потому что все, приехали! Я чуть было не сделала то, что он мне приказал. С огромным, черт возьми, удовольствием!

Изо всех сил, что у меня остались, я выворачиваюсь из его хватки, потом прикладываюсь плечом к его груди, тут же подскакивая с полки, и пулей выскакиваю из парилки. Чуть не поскальзываюсь на повороте, уже не обращая внимания на то, что чертова крохотная тряпица ничего не прикрывает и несусь дальше – к вожделенному лежаку.

В халат руками не попадаю, ни с первого раза, ни со второго. Чертыхаюсь, хватаю полотенце и наскоро обматываюсь им. А дальше поспешно несусь на выход из этого проклятого места. Но не тут-то было. Из банной зоны появляется Он и смотрит на меня как голодающий на сочный бифштекс. Вот же черт!

Пячусь назад и качаю головой, а он только в такт мне кивает и снова улыбается.

– Ян, уйди! – кричу я и неосознанно прикасаюсь к губам кончиками пальцев.

– Уйду, Ясь. Уйду, – окидывает меня взглядом, облизывает губы и дополняет, – за поцелуй.

– Господи, да что с тобой такое? – почти ору я, в конец, не выдерживая это напряжение.

– Если бы я знал, – выдыхает он и делает рывок в мою сторону.

Прихватывает меня за верх повязанного на мне полотенца и резко тянет на себя. Я пыхчу, вырываюсь, а он вдруг начинает заливисто хохотать, через смех выдавая сущую глупость.

– Только один поцелуй, Ясь. Ну, что тебе жалко, что ли? – и снова на себя.

Короткая борьба и новый приступ веселья с его стороны. Обманный маневр с моей и я изворачиваюсь, а потом с силой пихаю его в грудь, так что он оступается и падает в бассейн. Секунда, но я не успеваю порадоваться своей победе, так как его рука все-таки цепляется за мое запястье, и мы оба тут же погружаемся в прохладную воду.

Шок осознания приходит почти сразу, но в то же мгновение сильные руки подхватывают меня и вытаскивают на поверхность. Я отплевываюсь и кашляю, а этот упырь только снова ржет как конь, откидывая назад голову.

– Пусти, – снова бурчу я.

– Ну, ага, щас, – пронзает он меня своим диким шоколадным взглядом и вновь обрушивается на мои губы.

Глубоко. По-взрослому. До отказа всех тормозных систем в моем организме. Его руки везде, а язык творит какое-то бесстыдство со мной. Рычу с досады, а потом запускаю руки в его шевелюру и отдаюсь на волю этому поцелую, отвечаю ему и слышу его приглушенный стон. От этого тихого звука, что-то внутри меня со звоном разбивается. Наверное, выдержка на пару с гордостью. Потому что как еще объяснить то, что я позволяю ему закинуть мои бедра себе на талию? Как оправдать то, что я захожусь от восторга от того, что делают со мной его наглые пальцы, губы и язык. Как? За гранью понимания, но пульс частит, сердце работает на износ, а кожа предательски пылает и просит добавки.

Не знаю, чем бы все это закончилось и когда, но оторваться друг от друга нас заставил голос дяди Паши, что ворвался в сознание неожиданно и неотвратимо:

– Славка, Ян, вы здесь? – он пока далеко, кричит где-то из спортивного зала. Но это только пока.

И это как электрошок. Смотрим друг на друга и совершенно не понимаем, что же делать дальше. На мне из одежды только съехавшее мокрое полотенце, на нем тоже самое. Если нас застукают в таком виде, то все, тушите свет!

– Живо в парную, выйдешь минут через пятнадцать, – но видя, что я пребываю в шоке, все же встряхнул меня, – Яся, ты слышишь меня?

Активно закивала и затянула потуже полотенце на груди. Минута и я скрылась в жаре сауны, прикрывая в полном ауте глаза и вновь дотрагиваясь кончиками пальцев до истерзанных губ.

Господи, Боже, что это только что было?

Фант-мать-ее-тастика!

POV Ярослава

Из укрытия я выползла не через пятнадцать минут, а все тридцать. Долго отчитывала себя мысленно, бранила последними словами, а потом замирала и вспоминала, все то, что произошло здесь, а потом и в бассейне.

Интересно, много ли он увидел, когда я трусливо покидала парную?

Господи! Какой стыд! Как я теперь ему смогу в глаза-то смотреть? Ужас…

И от этих тухлых мыслей мне становилось еще жарче, чем от горячего пара, исходящего от раскаленных камней русской парилки. По венам бежала вместо крови концентрированная серная кислота, а мозги оплавились и превратились в обугленную кочерыжку. Эх, Ярослава, стыдоба!

Зажмурилась и спрятала лицо в ладонях, но меня все никак не отпускало. Перед глазами услужливо представала картинка его идеального смуглого мускулистого тела в белом полотенце, низко сидящем на бедрах. Пресс, прокачанные бицепсы, широкая грудь, сильные ноги, полностью забитые татуировками ниже колена. Пирсинг в ушах и кожаные браслеты. И запах, что невозможно спутать ни с кем другим, так пах только он один. Потрясла головой и ничего. Стоит перед мысленным взором как живой и улыбается мне, довольный, что в который раз получил то, что хотел.

Караул, ребята! Просто кошмар!

Вышла из парилки и замоталась в тот самый злополучный халат, что успела прихватить, когда убегала из зоны бассейна. Потуже затянула пояс и потопала на выход, отчаянно моля небеса, чтобы все уже разошлись спать.

Но где я, а где везение, правда? Вот, вот…

Стоило мне только подняться на первый этаж из цоколя, как я услышала громкий смех и звучный баритон дяди Паши, который что-то усердно вещал, то ли на кухне, то ли в столовой. Но прошмыгнуть мимо не успела, меня окрикнула мама, что, на мою беду, появилась в проеме.

– Славка, а вот и ты. Иди сюда!

Закатила глаза, вздохнула, но потопала туда, куда звали. Мама до сих пор была в вечернем платье в пол, а отчим в красивом костюме-тройке цвета индиго.

«Красивая пара», – подумала я.

Но неужели сводный не видит, как они подходят друг другу? Эти их взгляды и мимолетные прикосновения – любовь, как она есть. Перевела на него взгляд и задохнулась от боли. Аверин-младший мстительно полировал руку собственного отца, которая обнимала мою мать за талию. А потом перевел на меня взгляд и гадко усмехнулся.

– А, дочка, хочешь холодненького молочка? Упарилась же совсем, – залепетала моя родительница и я поняла, что она слегка под мухой. Как и дядя Паша, кстати. Он тоже прихахатывал и осоловело смотрел на мир.

– Не откажусь, – кивнула я и села за стол.

– А мы тут твоего брата пытали, почему он дома, а не с ребятами, как обещал? – выдал и улыбнулся мне отчим.

– А он что? – задала я встречный вопрос и отхлебнула сразу половину стакана молока, что подала мне мама.

– Говорит, что живот разболелся и решил остаться дома, – отрапортовал мне мужчина.