Чтение онлайн

Мстительно сверкая своими обалденными глазищами, она двинула в сторону парт и уселась на самую первую, ну а я уж сразу к ней. Так максимально близко, как позволяли правила приличия, хотя мне и было на них плевать.

– Ну и чего ты сопишь как паровоз, злюка?
– не удержался я от вопроса, пока она рывками выкладывала из своей сумки тетрадь и письменные принадлежности.

Она не отвечала мне, а только продолжала демонстрировать мне свою ярость. Господи ты боже мой, ну какая конфета, а!

– Агата, чем я провинился?
– да я упертый баран.

– Своим существованием, - сказала, как отрезала и принялась упорно что-то строчить в своей тетради.

Я ее решил пока больше не трогать и тоже смиренно углубился в записи. Но какая тут может быть учеба, когда рядом сидит такая аппетитная девочка? Да и время капало, а я не продвинулся ни на шаг. Непорядок так-то!

– Насчет экскурсии не передумала?
– спросил я спустя минут двадцать.

– Нет, - ответила она и посмотрела прямо мне в глаза, потом окинула мои руки, сплошь забитые татуировками, пирсинг в носу и ушах, феньки, скривилась и продолжила, - и не передумаю.

Я вздохнул и склонил голову над тетрадью. Ладно, лобовая атака не помогла. Это факт. Пойдем другим путем. Рано или поздно, но я найду к ней подход.

Так и закрутилось. Я каждый день, с утра, на пару приносил ей сладкий презент. То набор макарун ручной работы, то разноцветные донаты, то коробочку Синнабон, то самую большую упаковку Рафаэлло или корзину с шоколадом, но особого эффекта не наблюдалось.

Она даже на меня не смотрела, когда я перед парой ставил на стол рядом с ней свои сладкие подношения и просто делала вид, что меня не существует в этом мире. А по окончании пары просто вставала и уходила, напрочь игнорируя то, что я ей подарил. В итоге макаруны и донаты сожрали Ромка и Ян.

– Господи, Боже ты мой, Демид, ты такой милашка!
– закатывая глаза, с полным ртом вещал Ветров, - В следующий раз тащи побольше этой сладкой фигни, твоей Агате плевать, а вот мне очень даже заходит.

Я же только потирал переносицу и судорожно соображал, как еще я могу пробиться под толстый, непробиваемый панцирь этой невыносимой стервы.

Остальные свои подаренные, но не принятые сладости, я начал уносить ей на большую перемену в столовую. Она несколько раз пыталась прятаться от меня, но, к счастью, у нее ничего не получалось. Мы каждый божий день теперь ели вместе, а ее ярые приспешники даже удивляться перестали.

Вот и сегодня я притащил забытые на столе Синнабоны и водрузил их на общий стол. Пусть хоть друзья ее ко мне симпатией проникнутся.

– Налетай народ, а то моя Агата опять не оценила презент, - девчонка фыркнула и отвернулась, а вот ее товарищи такой щепетильностью не отличались и уничтожили пирожные за пару секунд, не обращая внимания на грустные глаза Аверина и Ветрова.

Так и повелось. Я выказывал расположение Агате, а поедали это все какие-то посторонние типы. И я начинал не на шутку злиться и паниковать. Ведь шел уже десятый день моих бесплодных ухаживаний из положенных четырнадцати. А воз и ныне там!

Я писал ей тонны сообщений каждый день, романтический бред, приглашения и признания, но она упорно меня игнорировала. Ни одного ответа, ни одного привета. Не девчонка, а долбанный кремень.

И вот я сижу, смотрю на нее, на то, как за столом сметают, подаренную мной Агате, корзину с шоколадом ручной работы и не понимаю, что еще мне сделать, чтобы до нее достучаться.

Впереди было два выходных, потом еще три дня и все, спор можно считать проигранным. Но и хрен бы с ним! Страшно признать, но это уже не было просто спортивным интересом. Я реально хотел, чтобы она хотя бы раз посмотрела на меня с чем-то большим, чем простым, вымораживающим до глубины души, безразличием. Я такую непробиваемую вообще не встречал, никогда. П-ф-ф, да блин, девчонки сами на меня всегда вешались. А как раскачался и забился татуировками, так вообще пищать начали. И тут эта нос воротит. Да так натурально воротит, зараза неприступная!

Мы сидели вместе всю эту неделю, я таскал ей сладкое, закидывал кучей сообщений, пытался таскать ее неподъемный рюкзак. И по нулям.

И вот, после последней пары, уже с психа, выходя из аудитории, я краем уха услышал, как она, говоря по телефону, сообщает кому-то, что в институте задержится, так как ей нужно еще заглянуть в библиотеку.

Вот так подарок небес! О, моя девочка, мы заглянем туда вместе!

POV Демид

Тут же нацарапал парням сообщение, чтобы меня не ждали и быстро стартанул в библиотеку. Если Агата выкатит мне претензию, что я ее преследую, то крыть будет нечем - я тут так-то первый нарисовался. Зашел в просторное помещение, пахнущее знанием, бумагой и деревом и юркнул за самый крайний стеллаж с книгами, усаживаясь на подоконник и принимаясь ждать свою злюку.

Она появилась минут через двадцать, и я даже начал паниковать, уж не другую ли библиотеку она имела в виду Но обошлось. Присела за пустой стол, разложила свои тетради и двинулась к картотеке, затем что-то спросила у библиотекаря и направилась в мою сторону. Я быстро напялил капюшон на голову и пониже склонил голову к коленям, пытаясь не привлекать к себе лишнего внимания. Но она свернула в соседний пролет с книгами и принялась медленно водить взглядом по разноцветным корешкам.

Я понял, что мне пора выходит из укрытия, когда заметил, что Агата нашла искомое и теперь пытается на носочках дотянуться до нужной книги. Коротышка совсем, куда ей такое достать. Да уж, ей точно без моей помощи не справиться.

Встал, быстро обогнул стеллаж с книгами, подошел к ней и в одно движение подхватил ее за талию, усаживая себе на плечо. Господи, какая же она пушинка!

Агата тут же приглушенно вскрикнула и вцепилась своими ручками в мои запястья. Ну как же приятно!

– Ты что себе позволяешь, Громов?
– а шипит на меня как змея натуральная. Ну что за девчонка такая несговорчивая мне попалась, а? Я ей помогать пришел, а она на меня только злость выплескивает.

– Ну а чего пропадать метру девяносто пять чистой мужественности? Давай, хватай свою книженцию и пошли уже грызть гранит науки.

Агата что-то проворчала себе под нос, но нужный том схватила и тут же дуксанула меня кулачком по плечу, приговаривая:

– Все, Громов, снимай меня!

А я не могу! Я же ее одной рукой за талию придерживаю, а другой прихватил за, облаченное в капрон чулка, бедро и отпустить теперь никак не получается. Дорвался! Там на границе ажурной резинки и нежной, бархатистой кожи я и задержал свою наглую конечность, сглатывая и ощущая, что весь дрожу от охватившего меня огня. Агата, ну что же ты со мной делаешь?