Шрифт:
Ничего нельзя предсказать.
Поэтому самые лживые люди – футурологи. Они надувают свои умные щеки, морщат свои крутые лбы и сообщают нам, что человечеству грозит гибель от перенаселения. К двухтысячному году на Земле останется мало свободных для жилья мест, люди примутся толкаться локтями, возникнут кровопролитные войны за место в очереди за водкой, и земные ресурсы будут вычерпаны до дна.
Есть и другие прогнозы. Экологические и индустриальные об увеличении озоновой дыры или о наступлении зимы из-за замутнения атмосферы.
Вы об этом читали? Вы об этом слышали?
Не верьте!
Разумеется, Земля погибнет. И в ближайшем будущем. Но ни один футуролог не догадывается, отчего. Потому что действительная угроза Земле сегодня не очевидна. Она, можно сказать, путается под ногами, отчего и разглядеть такую мелочь трудно.
Укус каракурта опаснее, чем укус слона!
Ввиду трудностей, переживаемых городом Великий Гусляр вследствие неразумно проведенной ваучеризации, либерализации и приватизации, властям приходилось искать способы раздобыть денег. Тем более что оставшиеся без зарплаты работники секретного предприятия № 12, о существовании которого в городе стало известно лишь в последние годы, особенно после первой демонстрации его сотрудников, постоянно стоят с красными флагами у Гордома, требуя возвращения старого гимна Советского Союза под названием «Интернационал». Демонстранты даже поют порой первые строки гимна:
Вы жертвою пали в бою роковом
Отмстить неразумным хазарам...
А у окна своего кабинета стоит демократично выбранный новый главгор Леонид Борисович Мощин, патриот, русофил, радикал, глава движения за возвращение Шпицбергена в Великогуслярский район, известный не только в Вологде, но и в Москве.
Денег в городе нет, идеи иссякли, рейтинг падает...
В кабинет вошел пенсионер Ложкин, сохранивший острый критический ум.
– Пора отмечать юбилей, – сказал пенсионер. – Пополним казну, прославимся.
– Ты о чем, хороший мой человечище? – спросил Леонид Борисович.
– Надвигается дата.
– Подскажи какая, старик, – попросил Мощин, указательным пальцем поправляя очки, съехавшие на кончик острого носа.
– Судя по Андриановской летописи, – продолжал Ложкин, отбивая такт своим словам ортопедической тростью, – в 1222 году от Рождества Христова потемкинский князь Гаврила Незлобивый «пришех и истребих» непокорных обитателей города Гусляр.
– Так давно? – удивился Мощин.
Он подвинул к себе органайзер и записал в него дату. Потом поинтересовался:
– А он почему потемкинский? Фаворит?
– Это от села Потьма, соседнего района, – ответил Ложкин. – В те времена Потьма была центром небольшого княжества.
– Любопытно, очень любопытно, – сказал Мощин и занес сведения в органайзер. – Продолжайте.
– Сейчас в разгаре какой год?
– Девяносто седьмой.
– Теперь вычитаем!
Мощин долго шевелил губами, нажимал кнопочки в своем органайзере, и родил интересную идею:
– Нашему городу исполняется 775 лет!
– Это юбилей, – сказал старик Ложкин.
– Какой такой юбилей? Разве это тысяча лет? Разве это сто лет?
– Москве 850 как отпраздновали! Весь Кремль зайками и мишками обставили, – возразил Ложкин. – Нам тоже допустимо. Бейте в набат! Вызывайте главного редактора городской газеты, давайте интервью кому ни попадя. Ищите спонсоров.
Мощин ходил по кабинету, заложив руки за спину и горбясь от мыслей.
– А в какое время года? – спросил Мощин.
– Князь Гаврила Незлобивый в декабре нас штурмом брал, – ответил Ложкин. – Тогда зимой легче было технику подвозить, летом грязь непролазная.
– Это правильно, – похвалил Мощин наших предков. – Собираем актив.
На следующий день газета «Гуслярское знамя» вышла под шапкой:
«ВЕЛИКОМУ ГУСЛЯРУ 775 ЛЕТ! ДОГОНИМ И ПЕРЕГОНИМ МОСКВУ!»
Корнелий Удалов сказал своему другу Минцу:
– Тоже мне, круглая дата! Через год снова справим, да?
– Народу нужны зрелища, – ответил Минц. – Нужнее хлеба, не считая колбасы.
Мощин совершил ряд дальних и ближних поездок. Собирал деньги на юбилей. Дали многие, но понемногу: Вологодская администрация, Академия вредителей леса, банк «Неустройкредит», Министерство культуры, Ассоциация малых народов Севера и ряд коммерческих структур.
Конечно, если бы Мощин догадался, то денег у Ассоциации не стал бы брать. Гусляру еще национальных проблем не хватало.
Деньги стекались в Гусляр тонкими ручейками. Их было недостаточно.
И тут на прием к Мощину пришел Глеб Неунывных.
Это был небольшого росточка дядечка, в одежде черного цвета на пять размеров больше, чем надо. Галстук ему тоже был велик.
Посетитель уселся на стул и достал визитку, вырезанную из янтаря, с золотыми буквами:
«Глеб Неунывных, генеральный президент ООО «Чистюля-онал».
– Зачем пожаловали? – спросил Мощин.
Посетитель был крутой, денежный и опасный.
– Зима наступает, – сказал генеральный президент. – Снегопады, заносы. Катастрофа! Юбилей придется отменить.
– Зачем же отменять? – усмехнулся Мощин. – Народ съедется. Может, даже из дальнего космоса. Спонсоры есть.
– Спонсоры не помогут, – сказал посетитель. Глазенки у него злобно сверкнули. – Спонсоры в снегу утопнут. У вас в городе уборка не организована.
– Опять же ошибка! – радостно засмеялся Мощин. – У нас в наличии два уборочных комбайна...
– Без запчастей.
– Три грузовика для вывоза.
– Водку возят.
– Целая армия дворников.
– Пьет ваша армия.
– Может, и пьет, но когда город говорит: «Надо!», они отвечают: «Есть!»
– Будем чистить, – сказал генеральный директор. – Поможем. Обеспечу уборку города на период зимы. Почти бесплатно.