Чтение онлайн

– Нет, не понимаю, – закосил я под дурака, хотя все мое тело вспыхнуло адским огнем от ревности, а Рябова, откинув голову рассмеялась.

– Я бы с тобой тоже отожгла, Стас, у меня как раз предки в отпуске. Но ты не хочешь, ведь так? – прикусила нижнюю губу Оля и наклонилась максимально близко к моему лицу, а потом, неожиданно, лизнула меня в уголок рта.

Интересно девки пляшут по четыре штуки в ряд.

А теперь самый важный вопрос – как послать девчонку, которая сама себя тебе предлагает так, чтобы она не обиделась? Да уж, дела…

Но от ответа меня, как ни удивительно, спасли Седых и его прихвостни, что вломились развеселой гурьбой в библиотеку, сразу же натыкаясь на меня и Олю.

– О, какие люди! – похабно ухмыльнулся Тимашов.

– Не обращай внимания, просто я Алишера бросила еще в прошлом году, вот он и бесится до сих пор, – на ухо прошептала мне Рябова.

– Да плевал я на твоего Алишера, – пожал я плечами и снова углубился в книгу, но текст не желал откладываться на подкорке по понятным причинам.

– Ну чо, Тупой, смотрю по Аринке мы нашли общий язык, но ты не вкуриваешь, да? Твой потолок – это, максимум, Моль. Усек? – гневно шипел надо мной Седых, дойдя до нашего стола.

– Оля, встала и отошла, – процедил тут же Тимашов.

– Идите в баню. Ясно вам? Оба! С кем хочу, с тем и общаюсь! – не обращая внимания на библиотекаря и учеников, закричала Рябова.

– Выбирай, или ты сейчас же уходишь отсюда со мной, или, между нами, навсегда точка! Мне надоело смотреть как ты трешься рядом с этим нищебродом, – подошел и схватил девчонку под локоть, но она тут же стряхнула с себя его руки.

– Ребята, можно потише? – заблеяла женщина из-за стойки.

– Исчезни! – тут же рыкнул на нее Седых.

– Ты как с женщиной разговариваешь? – поднялся я на ноги, – Она тебе в матери годится.

– Мне в матери годится моя мать, понял? А это неразумение всего лишь библиотекарь и она годится в матери разве что тебе или еще какому-то неудачнику, – не сбавляя тона и мерзко хихикая, произнес блондин, а я просто выпал в осадок. Нет берегов, просто нет.

И в этот самый момент в гулкое помещение зашел директор школы – Владимир Владимирович Грецкий. Высокий и седой мужик, до боли похожий на Сталина. Смотришь на него, а так и слышится: «расстрелять!».

Капец!

– Седых, Тимашов, Шумов, Рябова – в мой кабинет. Живо! – развернулся и был таков, а я выдохнул и завалился на свой стул, принимая благодарный кивок от библиотекаря.

Вообще, неделя была спокойная. Жвачку из волос Тани мы достали, а потом даже съели по мороженке в парке. Работу в тот день я прогулял, но оно того стоило. Таня была прикольной, хоть и страшно зашуганной девчонкой. А еще очень умной, очень! И у нее не было друзей. С девочками дружить я не умел, там, уж простите, у меня был совсем другой интерес. Но Таня виделась мне в совсем другом свете. Да, наверное, я ее жалел. Она тоже была из небогатой семьи, мама тонула в бутылке. Там же плавал и ее отец, но добрый спонсор решил взять будущее Тани на себя. Она его никогда не видела, кстати. Просто после очередной олимпиады с ней связалась «Золотая Лига» и пригласила на обучение по формату «все включено».

Еще что? Ну, так и сказать нечего. Толмацкая морозилась. Моя злость на нее прошла и опять чувства захватили меня с головой. Но как подступиться, если мы все время на виду, а после занятий она уезжает домой или прячется в стенах школы до победного конца?

Засада.

Знал бы я только, что это не предел. Ведь с понедельника погода в Москве портилась и нам по расписанию, вместо обычной физкультуры на улице, поставили бассейн. Чтоб он был неладен. И вот тут пошло-поехало.

Я никого не видел, кроме нее. Не воспринимал человеческую речь. Не соображал ровным счетом ничего! Просто ступор и, наверное, даже слюнка капала. Господи, прости! Но, ребята, там была пушка, а не фигура. Я смотрел и поверить не мог во все эти изгибы. Песочные часы, длинные и стройные ножки, грудь…

Ох, я был как подорванный!

И все. Опять нон-стопом в голове: я ее хочу, мне она нужна, плевать на ее желания, плевать на всех и вся. Перевоспитаю. Моя прелесть!

Черт, я превратился в одержимого!

Но в моем сумасшествии были и плюсы – я все-таки раздобыл номер ее телефона. Помогла все та же учительница химии, ее наивность и мое вранье. Всего-то и надо было – наплести женщине, что я оставил дома телефон, а мне срочно надо связаться с Ариной, так как аж завтра нам необходимо сдать теперь уже общую работу по физике. И вуаля – готово! Память у меня отменная, запомнить одиннадцать заветных цифр так вообще – раз плюнуть.

И теперь осталось только решить: писать ей анонимно или нет.

Дилемма.

POV Стас

«Арина! Срочно зайди в кабинет медика!»

Знаю, это была игра ва-банк, но, честно говоря, я не придумал ничего лучше, да и еще я страшно скучал по прикосновениям к ней. Ведь моя строптивая блонда больше меня к себе не подпускала, смотрела свысока, да и вообще делала вид, что я не более, чем грязь под ее ногтями. Поэтому и пришлось идти на хитрость. Напиши я ей банальное «привет» и разговор сведется в никуда, а потом мне светит пожизненный бан в ее адресной книге.

Не вариант.

И вот он я, спешу после уроков туда, где точно знаю, на нас не наткнется никто в этой школе – непроходной коридор, удобные диванчики и, самое главное, в это время нас тут не потревожат – медик на обеде.

Я как маньяк притаился за углом и принялся ждать, когда рыба моей мечты клюнет на меня. Пять минут, а потом и десять прошло. Я начал волноваться. А потом она появилась, спеша и поправляя модный рюкзак на плече. Волосы слегка растрепаны, один гольф немного сполз с изящной коленки, пиджак расстегнут, как и две пуговицы на блузке. Видок – полный улет! Будто после нашего бурного, страстного, сводящего с ума поцелуя. Боже, ну вот о чем я думаю вообще?

Припустил за ней и встал в проеме, ожидая, когда она повернется и заметит меня. Я планировал хотя бы нормально поговорить. Скоро сентябрь истечет, а мы так и топчемся на месте, где я перманентно пускаю на нее слюни, а она воротит от меня свой царский нос. Для начала мне от нее нужны эмоции, любые, но только не ненависть. А дальше, я уж знаю, что делать.

Дернула ручку на двери и поняла, что закрыто. Повернулась и сердце мое пропустило удар, а потом заныло, когда она вздрогнула и скривилась. Не люб я ей, видите ли. Зараза!