Шрифт:
Роджер Желязны
Дева и чудовище
Великая смута настала, потому что настала пора решения. Старейшины выбрали кандидата и жертвоприношение было назначено, несмотря на протесты Райлика, старейшего.
– Не надлежит нам капитулировать и в этот раз, - заявил он.
Но ему не ответили, и молодая девственница была отведена в туманный грот, где ее накормили листьями забвения.
Райлик смотрел на это с разочарованием.
– Так не должно быть, - настаивал он - Это не правильно.
– Так было всегда, - отвечали другие.
– Каждую весну и каждую осень. Всегда так было.
– И они бросали встревоженные взгляды на небо, где солнце начинало утро, разливая повсюду свой свет.
Бог уже шествовал по великому лесу.
– А теперь давайте уйдем, - сказали они.
– А вы когда-нибудь думали о том, что можно остаться? И посмотреть, что делает Бог-чудовище?
– с горечью спросил Райлик.
– Хватит с нас твоего кощунства! Пошли!
Райлик пошел за ними.
– С каждым годом нас становится все меньше, - сказал он.
– В какой-то момент у нас просто никого не останется, чтобы принести в жертву.
– Значит, в этот день мы умрем, - сказали остальные.
– Так зачем тогда тянуть?
– спросил Райлик.
– Давайте дадим сейчас бой, и не будем ждать, пока нас совсем не останется!
Но остальные только отрицательно качали головами, жест, который Райлик наблюдал уже в течение многих веков. Все они уважали возраст Райлика, но никто не разделил его мыслей. Они бросили назад всего лишь один взгляд, когда солнце высветило фигуру бога на прекрасном скакуне и со смертоносной пикой наперевес. В пещере, где рождались туманы, дева забила хвостом из стороны в сторону, бешено вращая обезумевшими глазами под юными пластинами бровей. Она почувствовала божественное присутствие и начала низко реветь.
Они отвернулись и продолжали свой путь по равнине.
Когда они приблизились к лесу, Райлик остановился и поднял свою жесткую лапу, как бы пытаясь удержать какую-то мысль. Потом он сказал:
– Кажется, я еще помню время, - сказал он, - когда все было по-другому.