Деспот
Шрифт:
Покачиваюсь от слабости, и Мирон мягким рывком усаживает к себе на колени.
— Все же посиди.
— Мирон Львович…
— Буду скучать по Мирону Львовичу, — вглядывается в лицо.
Порываюсь встать, но я вновь и вновь оказываюсь на коленях. На четвертый раз под смех Мирона в переговорную входит Виталий, который шагает к нам и кладет на стол паспорта и красную гербовую бумагу с печатью. Пялюсь на “Свидетельство о заключении брака” и поднимаю взгляд на Виталия, который широко улыбается:
— Поздравляю, пупсики.
Мирон берет мою правую ладонь и нанизывает на безымянный палец гладкое обручальное кольцо поверх того, что искрит благородными гранями.
— Но…
— Что? — вкладывает в ладонь второе кольцо и замирает с приподнятой правой кистью.
— Ты меня уволил, — подцепляю кольцо и в замешательстве надеваю его на безымянный палец Мирона.
— Я придерживаюсь патриархальных устоев, Софушка, — меланхолично отвечает он и протягивает вперед руку, разглядывая кольцо на пальце, — теперь твоя работа — быть послушной женой, любящей матерью и ненасытной тигрицей в постели. Справишься?
Хватаю паспорта со стола и пролистываю до штампов.
— О, черт.
— Совет и любовь, — Виталий приглаживает лацканы пиджака и шипит, — сколько вы мне нервов вымотали, и сколько еще сожрете.
— Сделай вид, что рад, — Мирон фыркает ему в спину, а я перевожу взгляд с одного штампа на другой.
— Я рад, Мирон Львович, и эта радость сведет меня в могилу.
— А как же тридцать дней? — удрученно кладу раскрытые паспорта на свидетельство о браке.
— Мне пошли на встречу, — Мирон щелкает меня по носу, — никаких тебе тридцати дней. Ишь ты.
— Ты деспот, — пораженно шепчу я. — Подлый эгоист.
— Это для тебя новость? — его рука неторопливо поглаживает меня по бедру. — А теперь, Софушка, иди. Позвони в мэрию и назначь Афанасию Петровичу встречу с Сютиным.
С трудом вспоминаю, кто такой Сютин.
— Сердитый мужик с сердитой жизнью, — шепчет на ухо и щиплет за бедро.
— Точно.
Встаю и, пошатываясь на ватных ногах, иду мимо Виталия и пустых кресел. В голове звенит и я не замечаю ничего вокруг. На автомате звоню в мэрию, переговариваюсь с секретаршей Сютина. Она долго возится с записями, выискивая среди них график встреч шефа. Я слушаю ее взволнованное дыхание, шуршание бумаги, и невидящим взглядом смотрю в монитор ноутбука.
— В следующий вторник в три часа дня Роман Семенович свободен.
Делаю запись, пишу письмо на почту главного инженера проекта и предупреждаю его о встрече через звонок.
— Ясно, — зычно отзывается Афанасий Петрович и бросает трубку.
Сижу в тишине и набираю маму, которая отвечает сразу и радостно щебечет в трубку, когда слышит мой голос:
— Софа!
— Ма, вышла замуж.
— Что?! — ее голос из ласкового щебета обращается в рявк. — За кого?!
Это у нее профессиональное. С учениками она тоже мило и ласково беседует, а когда они наглеют, то на смену вежливой и улыбчивой учительницы приходит громкий и разъяренный надсмотрщик.
— Ма, за босса, — смотрю на кольца и прячу руки под стол. — Сегодня подали заявление и сегодня же нас поженили. Ма, я не виновата.
— Какой босс?
— Тот, который риелтор.
Молчание, и я едва слышно попискиваю:
— Ма.
— Господи…
— Ма…
Трубку вырывает незаметно подкравшийся Мирон и прикладывает ее к уху, привалившись к столу:
— Доброго времени суток. Корольков Мирон Львович, без пяти минут ваш зять. Очень приятно, Зинаида Павловна. Нет. Что вы, какие шутки? Да, сегодня поженились. Зачем дать тридцать дней, когда можно решить все за один?
Замолкает и через секунду, почесывая кадык, говорит:
— Ясное дело, что будет венчание. Мне же мать всю плешь проест. Вы тоже верующая? Замечательно. Обижаете, Зинаида Павловна, куда мы без вас? Да. Естественно. Кстати, ждите в гости. Стоило нам познакомиться до, а не после загса, но так получилось. С вашей дочерью иначе нельзя.
— Мы не поедем к мои родителям, — в ужасе гляжу на расслабленного и умиротворенного Мирона. — Нет!
— Был рад вас услышать, — он уворачивается от моей руки и кладет трубку.
— Ты с ума сошел? — я сама не узнаю свой голос. Скрипучий и испуганный.
Кидает на меня беглый взгляд, смотрит на наручные часы и шагает к двери:
— Все, поехали.
— Куда?!
— К теще и тестю. Три часа туда, три часа обратно и к ночи вернемся.
— Мирон!
— Если ты хочешь провести бурную супружескую ночь в отчем доме, я не против, — он с улыбкой оглядывается. — И даже за. Я за разнообразие.
Глава 33. Ни единого шанса
Сидим на кухне за круглым столом, накрытым белой скатертью с милыми оборками по краю. На стене тикают квадратные белые часы с крупными черными цифрам, а сквозь тюль на окне пробиваются оранжевые лучи вечернего летнего солнца. Мама молчит, папа мрачно шевелит усами и хмурится на Мирона, который совершенно не смущен и не стеснен.
На газовой плите свистит пузатый чайник. Мама подскакивает, выключает конфорку и разливает по чашкам темную и крепкую заварку, а затем, плеснув кипятка поверх, вновь садится за стол.
— Мы вас не ждали так скоро, — говорит она и беспомощно смотрит на меня.
— А он всегда внезапный, — отвечаю я.
— Ты беременна? — хмуро спрашивает папа.
Только беременность могла бы объяснить ему, почему я так скоро и неожиданно выскочила замуж.
— Нет.
— Да, — говорит Мирон и похрустывает крекером. — Мальчик.
— Ну-ка, встань, — папа кивает и недоуменно смотрит на мой плоский живот, а затем на Мирона.
— Так недели еще нет, — отвечает тот.
Мама с подозрением вглядывается ему в глаза. Я тоже придерживаюсь мнения, что он безумен.
— Я не сумасшедший.
— Но… — аккуратно начинает мама.
— Гадалка Рамона нагадала мальчика, — сажусь за стол и делаю маленький глоток чая.
— Наша мамка тоже любит по гадалкам бегать, — папа зло усмехается.
— Андрей! — мама пихает его локтем в бок.