Чтение онлайн

— Кто именно? — ослабляю галстук.

Софья не самая лучшая секретарша, но старается. Молчание в эфире, и через несколько минут Софья испуганно шепчет:

— Роман Сютин, руководитель департамента благоустройства. Какой-то он сердитый.

— Он всегда сердитый.

— Почему?

Любопытство Софьи ставит меня в тупик, как и ее желание выкрасть из моего пруда жабу.

— Жизнь у него такая. Сердитая.

Переключаюсь на первую линию, и Роман без лишних приветствий переходит к вопросу моего проекта, который маринуют в мэрии уже полгода. Требует, чтобы я выделил кусок земли у будущего торгового центра в Ясенево под небольшой сквер с зелеными насаждениями.

Важно задобрить общественность. Очень уж она против новых “храмов потреблядства”, а лавочки с фонтанчиками и кустиками ее обрадуют. Моими деньгами будут выполнять план по озеленению.

— Что еще?

— Про детскую площадку не забудь, — слышу, как Роман зевает. — Как-то так.

Особой радости от того, что проект сдвинулся с мертвой точки, не чувствую. Я зол. Меня хотели нагнуть раком, отыметь без смазки и вынудить перепродать землю, но, видимо, не предполагали, что у меня есть пара тузов, которые я удачно и вовремя разыграл с Иваном. Но в свое оправдание скажу, что я честно пытался решить проблему через взятку. Каламбур, однако.

— Софушка.

— Да, Мирон Львович?

У Софьи очень нежный и мелодичный голос, а стоны звучат песней. Вызвать бы ее сейчас и зассадить по самые яйца, но не буду торопиться. Она еще не восстановилась и не осознала того, что стала женщиной. Да и планы у меня на эту скромницу особые. Вновь завести до состояния течной суки и исследовать глубины ее милой попки. Ты у меня, Софушка, и от анала кончишь.

— Мирон Львович? Кофе? — голос наигранно серьезный.

Я по сути купил Софью за высокую зарплату и, вероятно, зря склонил к подобным продажным отношениям. Она испытывает ко мне симпатию и, возможно, даже влюблена. Некрасиво с моей стороны использовать наивную девочку, но есть в совращении деньгами и сексом что-то сладкое и тягучее. Как далеко она зайдет, ведомая моей игрой?

— Мирон Львович?

Анжела, падаль неверная, тоже в первое время казалась мне ангелом, а на деле — лживая шлюха. Возбуждение обращается в злость.

— Мирон Львович? — Софья распахивает и врывается в кабинет. — Вас удар прихватил?

Встревоженно смотрит на меня.

— Дверь запри, Софушка, и подойди.

Краснеет и хмурит бровки. Поздно, милая, ты согласилась на сделку. И нет в этом ничего особенного и предосудительного. Деньги решают многие проблемы и дают возможность купить даже человека. Утоли мой голод.

Щелкает замком и решительно шагает, вскинув подбородок. Прелесть. Попытки сыграть передо мной заносчивую шлюху, преисполненную достоинством, в который раз умиляют. Ну, посмотрим, насколько в этот раз тебя хватит.

— Ближе, — разворачиваюсь в кресле к молчаливой Софье. — И спиной ко мне.

С осуждением вздыхает и подчиняется. Могла бы для приличия уточнить, что я задумал, но она птичка гордая, пусть и оказалась в когтях хищника.

Поглаживаю округлую попу Софьи и неторопливо поднимая юбку, оголяя ее стройные ножки. Сипло выдыхает. Собираю прямой и узкуий подол на талии в складки и недовольно щелкаю языком. Я вроде дал явный намек, что предпочитаю кружевное белье, а не белые трусы без единой рюшечки.

— Снимай.

Оглядывается и морщит носик, но подчиняется. Осторожно переступает через скинутые трусики, которые я тут же под возмущенный возглас бросаю в урну под столом.

— Мирон Львович!

— Ходи без трусов, — сердито рявкаю на изумленную Софью. — Либо кружева, либо голая задница. Третьего не дано.

Не могу сдержать улыбку. С задранной юбкой Софья выглядит трогательно. Щурится и хочет спрятать голую попу, но я качаю головой.

— В исходную позицию, Софушка.

Отступает, и в мгновение ока, довольно грубо, прижимаю ее к столу. Вскидывается, и я ныряю рукой между ее бедер. Замирает, когда я с нажимом провожу по влажным складкам и давлю на упругий бугорок.

— Мирон Львович… — зажмуривается и краснеет стыдливой вишенкой.

— Да ты вся мокрая, — рисую круги под глухой стон.

Софья выгибается в пояснице и бесстыдно раскрывается под моей ладонью. Улавливаю легкий трепет ее плоти и уверенно проскальзываю в горячую щель.

Вздрагивает и всхлипывает. Нежные ткани сжимаются от вторжения, и я медленно веду пальцы из опухшей промежности к тугому колечку мышц. Смазываю густыми девичьими соками крепко сжатый анус.

Испуганно замирает. Едва сдерживаю себя от того, чтобы грубо и жестко взять Софью. И неважно в какое отверстие. Если она сейчас взбрыкнет, то меня точно накроет.

— Расслабься, Софушка.

Со сдавленным и сиплым вздохом жмурит глазки, и кольцо мускулов разглаживаются. Уверенным движением проникаю указательным пальцем до последней фаланги в узкую дырочку и веду рукой назад, чтобы вновь вторгнуться в теплые и тугие глубины. Софья тихо поскуливает, но не вырывается, подчинившись моим грязным ласкам.

— Мирон Львович…

Испуганно шепчет Софья, когда я проталкиваю два пальца. Сглатывает, и я проскальзываю до костяшек, вырывая болезненный и томный стон. Из нее ручьем течет смазка и тянется вязкими нитями к полу.

— Ах ты, маленькая шлюшка, — веду рукой назад, а затем в очередной раз вторгаюсь в срамную щель.

Софья тихо вскрикивает и закусывает губу, зажмурившись. Громкий стук, и сфинктер крепко сжимает мои пальцы влажными и скользкими тисками. Софья порывается встать, но я давлю свободной рукой ей между лопаток.

— Мирон Львович! — недовольный голос Марии Ивановны отдается спазмами во чреве моей жертвы.

Медленно веду пальцами по кругу разминая и растягивая анус стыдливо всхлипывающей Софьи.

— Софья у вас? — строго интересуется женщина за закрытой дверью.

— Да, Мария Ивановна, — спокойно отвечаю и дергаю рукой.

Пальцы обхватывают мягкие спазмы, которые нарастают и судорогами прокатываются по телу раскрасневшейся Софьи. Выгибается в спине, вскинув голову, и в немом крике раскрывает рот, царапая ноготками столешницу. Силки ее ануса слабеют, и она в слезах стыда прячет лицо в ладонях.

— Мирон Львович, — не унимается Мария Ивановна, — мне срочно нужна подпись!