Дервиш
Шрифт:
Простые и спокойные слова деревенской ведуньи так поразили искателей, что они удивлённо замолчали.
– Агафья Тихоновна! – Молчание прервал Пахомов.
– А что это за чудик был у магазина?
– О ком это ты? – Взглянула на него Агафья.
– Ну, который нам так приветливо топором махал!
Агафья не обратила внимания на скабрезную шутку:
– Мишка Спиридонов это, а другой, худой который, брат его, Иван, а здоровый самый - Лёнька Евтухеев! Все наши, подможнинские! И как земля такую нечисть терпит! – Сокрушённо покачала она головой.
– Надо было вам уменьшить популяцию ваших алкашей на пару особей! Зря вы их пожалели! – Пошутил Пахомов.
– Ты думаешь, то, что ты говоришь – смешно? – Агафья возмущённо поставила кружку на стол.
– А что? Что такого я сказал? – Пахомов обернулся к искателям.
– Ты как вместе с ними оказался? – Агафья кивнула на остальных, сидящих за столом ребят.
– Лёша, осади! Всё! Хорош острить! Мы серьёзно разговариваем! – Глеб толкнул Пахомова в плечо.
– Да я ж просто!..
– Всё! Сиди!
– Махнул на него рукой Слава.
– Агафья Тихоновна, спасибо вам за чай! – Торопливо заговорила Вика. – Мы, пожалуй, пойдём уже! Вам отдохнуть надо! И нам устраиваться пора, вечер уже скоро!
– Да вы погодите, не суетитесь! Присядьте пока, успеете!
– Агафья налила что-то из тёмной бутыли в пузырёк и села за стол, поставив его перед собой. Она что-то долго шептала над бутылочкой, потом, наконец, повернулась к искателям:
– Где рана какая, смочите палец и помажьте. Заживёт как на собаке!
– Спасибо, Агафья Тихоновна, спасибо вам за всё! – Искатели попрощались с ведуньей.
– Завтра приходите! Дорогу теперь знаете, голуби!..
Старый дом со скрипучими полами и покосившимися дверями был полон вещей из прошлого, только старенький телевизор был из настоящего времени. Комод с виноградными резными лозами в углах дверок, с серпом и молотом над ручками ящиков, почерневшие стулья и стол с гнутыми ножками, огромные старинные гардины под потолком, держащие простенькие ситцевые шторы, старинный шифоньер с резными рейками, массивный кухонный шкаф с дверками без стёкол, множество фотографий в деревянных рамках на стенах и на мебели, даже на телевизоре стояла маленькая рамка с чёрно-белой фотографией красивой женщины. Трутнёв с Пахомовым загнали джип во двор, проверили свет в комнатах, поставили телефоны на зарядку. Глеб осмотрел старую русскую печку и растопил её. Вика пристроила чайник на чугунную печную плиту и занялась ужином. В маленькой спальне, которую заняли Глеб с Викой, лампочка не горела, Глеб выкрутил другую в кладовке, и сменил сгоревшую. Вика отказалась ложиться на чужую кровать, и Глеб устроил на полу импровизированный лежак на двоих из надувного матраса и спальника.
Вечером, лёжа, он смотрел на виднеющееся в окно звёздное небо, и прокручивал в голове события дня. Он слышал, как быстро засопел в соседней комнате Славик, как рядом тихо и знакомо вздохнула во сне Викуля, и удивился – как они могут спать после всего происшедшего? Звёзды тихо и спокойно мерцали в чёрном бархате неба, предчувствие чего-то таинственного захватило его воображение, как в детстве. Лёгкая и мягкая волна тихо приподняла его над постелью и сознание заскользило в звёздную мглу…
Глава 3. Квартиранты
…Глеб шёл, сопровождаемый группой людей. Они что-то говорили, поддерживая его под руки. Он знал, что он где-то высоко в горах, и шагал, глядя прямо перед собой. Впереди, на уровне земли, клубились облака. Он знал, что там, впереди, пропасть, скрываемая этими облаками. Глеб внимательно присмотрелся и понял, что именно туда, вниз, его путь. И тут перед собой он увидел чью-то руку, держащую то, что его сознание воспринимало как таблетку, но она была размером с тарелку! Чей-то голос доброжелательно говорил ему:
– Прими её! Там ты всё вспомнишь!
– Как я могу её принять? Она такая огромная! – Удивился Глеб.
…Сквозь сомкнутые веки пробивался солнечный свет, разгоняя остатки сна. В лесу, подступающем к самому дому, раздавался щебет птиц, и неутомимая дробь дятла. Изредка вдалеке кричала кукушка. Мимо дома проехал автомобиль, на мгновение заглушив все прочие звуки.
– Подъём!! – Радостный вопль Вики заставил Глеба открыть глаза. – Хватит спать!
Она перекатилась со своего матраса к нему, обняла и поцеловала:
– С добрым утром!
– Привет, солнышко! – Глеб с удовольствием потянулся.
– Надо вставать, умываться! – Улыбалась Вика.
– Конечно, надо, посмотри, на кого ты похожа!
– Ах ты, негодник! Это на кого я похожа?! – Возмутилась Вика.
– Не знаю, это только предположение! – Глеб вскочил. – Я - умываться!
– Я первая встала!! – Вика вскочила вслед за ним.
Они выбежали на улицу, Пахомов возле стоящего на крыльце рукомойника чистил зубы. Глеб подбежал к умывальнику и, набрав в ладонь воды, плеснул ею в Вику:
– Немного утренней свежести!
– Убью! – Вика побежала за ним.
– Хватит здесь бегать, у меня от вас голова кружится! – Пахомов недовольно сполоснул лицо.
– Ты что весь помятый? – Остановился Глеб.
– Ночь не спал! – Ответил Пахомов. – Башка болит.
– Надо было вчера Агафье сказать. – Рассудительно заметила Вика.
– Чего ж ты ей ответил, что всё в порядке?
– А! – Пахомов махнул рукой.
– Ладно, сегодня тебя отведём! – Вика заняла место возле умывальника.
– Не пойду я никуда! Я уже Ношпы выпил! – Пахомов повесил полотенце на верёвку во дворе и ушёл в дом.
После завтрака Вика подошла к Глебу:
– Я хочу к Агафье сходить, мне поговорить с ней надо.
– Сходи одна, я попозже подойду, в салоне только почищу.
– Я, пожалуй, тоже занятие себе нашёл! – Бодро потянулся Слава.
– Надо бы ворота повыше перевесить, а то просели, по земле скребут. Лёша, поможешь?
– Давай, а потом сходим к Агафье, и ей чем-нибудь поспособствуем. – Ответил Пахомов.