Шрифт:
Игорь Парфенчук
День мурка
Вступление
Уважаемы читатели! Уже доказано, что наш мир многомерен. То, что происходит вокруг, одновременно происходит с вами уже в другой ситуации. Другой вариант событий, в которых вы сейчас участвуете, разворачивается в параллельном измерении. И не только другой вариант, но множество, десятки и тысячи разных вариантов, о которых даже полет вашей смелой фантазии и представить не может!
Высший разум, создавший нас, проверяет вас в различных ситуациях. В доброте и зле, любви и ненависти. Путем проб и ошибок каждый индивидуум выбирает единственно правильное решение.
Иногда параллельные миры соприкасаются, и тогда наступает де жа вю.
В книге описаны события из параллельного мира, в котором персонажи, вели себя так, как описано. Возможно, вели себя неправильно. Но не нам их судить. Рано или поздно они все осознают и примут единственное правильное решение, и поведут себя иначе в другом измерении.
И если вы в этой книге местами узнаете ваших знакомых, себя и ваши поступки – то это всего лишь соприкосновение параллельного мира. И вам решать было это или нет.
Города, описанного в книге, на современной карте страны не существует. Люди с названными именами, конечно же есть на этой планете, но не примеряйте ваши схожие имена к описанным событиям.
При изложении всего ниже происшедшего, никто из людей и животных не пострадал. И даже не участвовал во всех событиях. По крайней мере, в этом измерении.
Пролог
Меня турнули с работы. Так славно начавшаяся врачебная карьера внезапно оборвалась. А я еще подумывал о диссертации! Врач – психолог – кандидат околомедицинских наук! Правда, гордо звучало бы! И с каким уважением ко мне относились бы люди! Может даже, впоследствии, и к ордену представили: «За выдающийся вклад в развитии перспективного направления молодой ветви науки, оказывающей неоценимое влияние на организм человека». Но нет – не судьба! Злодейка, все – же. Отвернулась от меня вместе с медицинской фортуной. Промозглый февраль: дождь, снег, гололедица, и я в этом холоде. Безработный.
«За умышленно – издевательские действия, нанесшие физический ущерб пациенту», – гласило в приказе об увольнении. А всему виной один больной, который так увлекся моей методикой, что при вечернем молении разбил себе лоб. Но поскольку это было поздно вечером, решил в больницу не обращаться. А на утро у него началось воспаление. В ране скапливался гной. Пришлось сделать надрезы для выпуска накопившейся жидкости. Остались шрамы в виде двух пересекающихся линий, напоминающие букву «Х».
Ну и ясное дело – человек испортил себе внешний вид. И вынужден был ходить в постоянно накинутом капюшоне с низко опущенной головой. Это сейчас – весной. Ну а летом, наверно, ему придется одевать повязку с кожаным черным очком на центр лба. Или смириться с клеймом, и не одевать повязку. Больной, по излечении подал на меня жалобу, за что меня и турнули.
– Как то так, – развел руками наш главврач, зачитывая мне приказ, – абсолютно ни чем помочь не могу.
– А я ж ему говорила!, – вставила свои пять копеек наша кадрица, подсовывающая приказ шефу на подпись. И ехидно заулыбалась.
– Котика не забудьте, когда будете собирать свои шмотки!
Стыдно перед семьей, которая, впрочем, об этом печальном событии и не догадывалась. Как и прежде считала меня главным кормильцем, достойным всяческого уважения. Благо кое – какие личные сбережения у меня оставались, которые я выдавал за получку.
Каждое утро, я как обычно вставал в шесть утра, принимал душ, завтракал, чистил зубы, и….. «шел на работу». Это для семьи. А в действительности: вначале самостоятельно искал место применения своим навыкам в разных организациях, но потом решил обратиться в городской центр занятости.
Там я встретил нашу кадрицу. Оказывается ее тоже ушли. «За недальновидную кадровую политику, ставящую под угрозу процесс излечения».
Этот факт выяснился чуть позже, когда мы столкнулись в коридоре центра занятости. Нам обоим дали направление в вагонное депо. Ей – инспектором отдела кадров, мне – инженером – технологом.
– Здравствуй Люда! Привет от Мурка!
– Здравствуйте!, – и быстро засеменила от меня.
– Коллега! Куда вы!, – прокричал ей в ответ, а сам подумал: – Все возвращается.
Определили меня в технический отдел. Так сказать – ознакомиться с документацией, чертежами, инструкциями. Набраться разных железнодорожных терминов, запомнить должности и фамилии всех ниже и вышестоящих руководителей, А уж потом…? А что потом? Мне так и не объяснили.
Новые коллеги – инженеры – технологи оказались на вид добродушными людьми. Высокая, но упитанная Ира лет пятидесяти, такой же по плотности, но чуть короче начальник техотдела Вова и где – то моих лет, или даже моложе – Таня. Встретили меня хорошо. Напоили чаем. Расспросили о семье. Спросили, какие обязанности вменил мне главный инженер, Вова тут же попытался скинуть на меня часть своих. Положил мне на стол кучу папок со своего стола, но получил сначала моральный отлуп, в вежливой форме, а потом, после того, как товарищ не понял, и физический – грубый, в виде скидывания его папок с моего стола на пол. Потом все дружно разбежались по производственным делам: Таня в магазин за пряниками, Ира домой – проверить, как ведет себя внук. Вова что – то точить в токарный цех, оставив меня в гордом одиночестве.
Прочтение и изучение малопонятного материала меня напрягало. А потому я решил отсканировать выделенные мной места и составить себе конспект. На занятиях буду читать с бумажки. Чем я хуже любого руководителя, выступающего на собраниях? Или «проффессора», которому подчиненные сочинили диссертацию? Я хоть сам себе конспект составляю! А если будут вопросы от моих учеников, обрублю раз и навсегда:
– Здесь не место для дискуссий! Слушайте и конспектируйте. Вот так! А то всякие вопросики мне задавать тут будут!
Названия, какие: полувагон, вагон. Ну, вагон понятно. А почему полувагон? Что пол вагона? Объяснили: полувагон, значит вагон без крыши. Теперь понятно. Хотя я бы назвал три четверти вагон. Так было бы правильней! А деталей: башмак, триангель, фрикционный аппарат. О последнем я молчу. Навевает ассоциации о детородном органе мужчины. Это ж сколько места в голове нужно иметь, чтоб все это запомнить. Наверно придется потесниться моим врачебным знаниям.
Было это 8 февраля прошлого года, а спустя две недели после моего устройства в вагонное депо, все и случилось….