Демоны Вальхаллы
Шрифт:
Информационный шок был таков, что многие из легионеров не удержались от ругательств.
– Клянусь четверкой! – пробормотал Вильям, чуть ли не кожей ощущая, как на поверхности монитора тут и там вздуваются пузыри защитного поля, призванные закрыть уязвимые узлы.
Звездолеты корхвеги напоминали иглы, делающие в космосе стежок за стежком. Они перемещались скачками, на мгновение исчезая, а затем появляясь вновь. Через минуту пространство вокруг ломящегося к расположенной неподалеку планете монитора наполнилось сотнями вспышек.
Когда "Зевс" ответил, громадный корпус содрогнулся.
Бой в космосе оказался столь зрелищен и скоротечен, что уследить за ним нетренированный взгляд не успевал. Вильям мог уловить только какие-то отдельные моменты – вспыхнувший метеором вражеский корабль, прорыв защиты в одном из секторов, несколько ракет, поразивших один вражеский корабль…
К счастью легионеров, нашлась добрая душа, решившая, что десантникам знать слишком много ни к чему и отключившая их от БИС.
– Уф, – сказал Вильям, поднимая щиток и вытирая пот со лба. – Так как-то легче…
– Точно, – кивнул Гаррисон. – Не знаешь, что там, за бортом творится, и в ус не дуешь. А тут поглядел – как к крокодилу в пасть!
Но передышка длилась недолго. Монитор, прорвавшись через строй вражеских кораблей, как медведь через облако комаров, оказался возле самой планеты, и Боевая Информационная Система заработала вновь.
На поверхности земного корабля кое-где чернели оплавленные провалы, а один из сегментов двигателя не работал, но и звездолетов корхвеги стало на порядок меньше.
– Видят духи, наша очередь! – сказал Ли. – Всем держаться крепче!
В "брюхе" монитора, опустившегося к самой атмосфере, величаво распахнулось громадное отверстие и из него один за другим начали вываливаться десантные флайеры, похожие на вагоны с крыльями.
– Ох, посбивают нас! – вслух подумал Вильям, а их уже трясло, за стенками флайера ревел огонь. БИС звездолета отключилась, осталась только ротная, и информации в ней было – кот наплакал.
Все звуки перекрыл тревожный рев, комплекс персонального приземления за спиной вздрогнул. Вильям задержал дыхание и ощутил, что падает. Желудок дернулся, попытавшись улизнуть от хозяина через горло.
Открыл глаза, когда КПП работал вовсю. Земля приближалась довольно стремительно, чуть в стороне виднелась блестящая лента реки, еще дальше высились горы, белоснежные пики тянулись к небесам, как любопытные дети, норовящие выглянуть за пределы стратосферы.
Разглядывать пейзаж времени не было. Вильям сгруппировался, его ударило в ноги и, освободившись от тяжести КПП, он перекатился вперед, с хрустом ломая какие-то худосочные "елочки".
Придя в себя, первым делом ощутил запах. Сильный и пряный, он легко просачивался сквозь фильтры, напоминая о богатой на сюрпризы шри-ланкийской кухне.
Оглядевшись, обнаружил, что весь измазался оранжевым липким соком.
– Что за жизнь? – из зарослей неподалеку выбрался Цви, рукав у него был продран и в прореху виднелся нижний, гигроскопичный комбинезон. – И эти люди верят, что сделали нам прививку удачи?
Поднявшись на ноги, Вильям обнаружил, что "елочки", чьи длинные иглы отливают синевой, едва достигают ему до плеч, и что всюду, сколько хватало взгляда, из поросли торчат шлемы легионеров.
– Собираемся и выступаем, – родился в наушниках голос Ли. – Времени мало.
Целью батальона на этот раз стал вражеский космодром, расположенный, если верить данным БИС, в двадцати километрах на юго-восток. С той стороны периодически доносился тяжелый грохот, и земля вздрагивала, как под ногами пустившихся в пляс гигантов.
В вышине что-то блеснуло, свистнуло, легионеры ринулись в стороны, как тараканы от карающей тапки, а в том месте, где они только что стояли, в земле распахнулась воронка. В стороны полетели комья почвы, Вильям ощутил, как что-то легонько стукнуло по шлему.
– Лежать! – успел приказать Ли и тут небо точно ожило. Тысячи блесток вспыхивали в нем, гул разрывов прорывался даже сквозь слуховые фильтры, заросшая "елочками" равнина вздыбилась фонтанами дыма.
– Клянусь четверкой! – пробормотал Вильям, заползая в небольшую ложбинку. Шальной осколок зацепил плечо, и из пореза сочилась кровь.
– Маскировку включить! – сквозь грохот слова лейтенанта Радукану донеслись так четко, будто он стоял в двух шагах. – И не двигаться, хрен вас возьми, замереть!
Вильям коснулся сенсора у основания шлема. Воздух вокруг задрожал, окружающий мир затянула полупрозрачная дымка, похожая на защитное поле, но способная оборонить разве что от нескромных взглядов. О маскировочной системе легионерам рассказывали мало, но ясно было, что сейчас она спешно перебирает диапазоны, выискивая тот, на котором производится наведение падающих с неба смертоносных "гостинцев".
Потемнело так, что Вильям не мог разглядеть ничего, затем посветлело, и стали видны низвергающиеся с неба потоки огня. Впечатление складывалось такое, что в вышине кто-то опрокидывал ковши с расплавленным металлом и пылающие водопады неслись вниз…
Вильяма продрало морозцем и в то же время он невольно залюбовался.
– Где же это сраное прикрытие? – спросил Гаррисон, на мгновение высовываясь из воронки. Вокруг него точно плясал рой сверкающей мошкары и сосредоточить взгляд было трудно.
– Кто же его знает…
Лицо Гаррисона, хорошо различимое за стеклом шлема, исказилось, он зачем-то вскочил на ноги, и тут же за его спиной, прямо из воронки, поднялся взрыв. Человеческую фигуру перекорежило и швырнуло в заросли.
– Эх… – только и сказал Вильям, глядя на то, что осталось от соратника. – Не уберегся, клянусь четверкой…