Чтение онлайн

– Я бы порекомендовала, все же поспешить, а то мы в этом мире и так застряли... Все-таки кое-кто, кое-что может обезумев от горя натворить. Ведь так говорила Алинилинель? И очень спешила... А время течет. Нам еще реанимировать Елинотонеля.

Понимая, что забвение уже не вернешь, разве что приставить к башке дуло револьвера и застрелиться, я снова открыл глаза, уставившись на сонмы звезд, украшающие местные небеса и вопросил:

– И сколько мы здесь?!

– Ну, если посчитать с самого начала, когда вы Хозяин переползли порог этого мира, то выходит что уже более сорока четырех часов...

– Сколько?!!!
– удивился я.
– И когда же столько натикало?

– Во время вашей первой отключки, и реанимации после инсульта, около восьми часов, потом, во время считывания информации с мозгов Василиска - двенадцать, ну и самый большой отрезок, реанимация и последующая чрезмерная радость, по поводу воскрешения Алинилинель, выплеснутая несколько раз, и связанные с нею выпадения в осадок... Там вы отличились, прозанимавшись "деятельностью" тринадцать с копейками часов, и если бы не пришла в себя я, не осознала что, это может затянуться и не вернула, все как было, то, наверное, занимались бы досихпор...

– А почему ты сразу не сообщила?!

– Ну...
– смутилась Мантикора.
– Меня тоже вырубает... Ваши эмоции, плюс эйфория, помноженная на полный спектр ощущений...

– Понятненько...
– смутился я.

– И потом, я опасаюсь, что сейчас в себя придет ваша возлюбленная, и все пойдет по новому кругу, Хозяин...

Я вздохнул, и признал, что все-таки в словах Мантикоры есть зерно истины, и скорее всего так бы и произошло, поскольку я уже сейчас об этом невольно подумываю.

Я сел, предварительно аккуратно сняв с себя, счастливо посапывающую Алинилинель. После чего, не давая себе отвлечься на ее прекрасное, в обрамлении поблескивающих в свете звезд платиновых волос, тело, нехотя встал и накрыл ее краем покрывала. Она не просыпаясь, сквозь сон улыбнулась, и продолжила свое пребывание в царстве Морфея. Чтож, пусть поспит, а у меня есть работа, которую неплохо было бы закончить к моменту ее пробуждения. Елин конечно может и еще подождать, ничего ему не сделается, но время не терпит. Пора реанимировать.

Я осторожно вытащил из-под края покрывала, свои трусы, и крайне изодранные джинсы, скептически осмотрел, и, пожав плечами, натянул как есть. Теперь по сравнению со мной большинство бомжей одеты с большим вкусом и весьма экстравагантно. Посоперничать в своем рванье я не могу с ними лишь по запаху. Надеюсь никогда и не буду...

Решив, что пока этого будет вполне достаточно, а не то я точно разбужу Алинилинель, я подпрыгивающей походкой направился к Елину. Приятно быть намного сильнее и легче чем обычно. Чувствуешь себя пушинкой с возможностями свернуть горы...

Подойдя к нему, я опустился на колени и всмотрелся в его ногу, весьма условно прикрытую живописно разодранными джинсами, причем даже похлеще чем у меня, выискивая наиболее открытый и глубоко израненный участок. Остановившись на месте, где какой-то Иероним умудрился доковырять до кости, я обратился к Мантикоре.

– Мурка?
– позвал я.

– Да, Хозяин?
– услужливым голосом отозвалась она.

– Я готов, участок выбран, трансформируй, но не всего меня...
– я на мгновение задумался, - тут у Елина присутствуют глубокие раны, так что менять зубы не нужно, он и так качественно изжеван, а лишь только разблокировать клетки, отвечающие за специфическое слюноотделение. Думаю, этого будет вполне достаточно.

– Я с вами полностью согласна Хозяин, выполняю. А вы сконцентрируйтесь точно также как в предыдущем случае.

– Сейчас попробую...
– ответил я неуверенно.

– Вспомните о его гастрономических качествах, - почувствовав это, стала направлять Мантикора, - в прошлый раз вы размышляли как настоящий гурман.... И если в это случае вы зайдете немного дальше, то я готова сразу же отрастить вам зубы, поскольку в выборе полностью солидарна. Елин однозначно вкусный. И без ноги будет выглядеть просто шикарно. А там когда-нибудь подлечим, при условии, что он начнет вести себя хорошо, в чем лично я очень сильно сомневаюсь. А так у него будет отличный мотив...
– мечтательно произнесла она.
– Да и без ноги сильно не нашкодишь...

Я одновременно и улыбнулся и поморщился.

– Мурка, хватит так шутить. Это были не мои эмоции, а лишь то, что осталось от Иеронима и неожиданно всплыло из подсознания.

Все равно Хозяин, вы становитесь все лучше и лучше... А вот когда начнете развешивать по деревьям лю-юде-ей!!!...
– вывела она, убежав в мечтаниях куда-то не в ту сторону.
– Они всегда на ветру так приятно колышутся...

– Мурка!!!
– одернул я ее.
– Я таким никогда не стану!
– А потом секунду подумав, я тихо добавил, - очень надеюсь...

Я некоторое время просидел в молчании, разом растеряв настроение, и задумываясь о будущем. А ведь Мурка права, я очень сильно изменился. И что странно, для себя совершенно незаметно. Воспринимаю все как будто бы так и должно, и вроде бы так всегда было... Поразмышляв так, я даже сам себе показался странным. И тут же всплыл вопрос, который подозреваю, меня будет мучить еще не один раз - а что дальше?! Обрисованная картинка будущего, слишком ярко запечатлелась, представившись в моем воспаленном воображении. Действительно, все тенденции говорят о том, что я могу стать и таким. Беспощадным деспотом, по сравнению с которыми известные мне до селе могут показаться, жалкими и совершенно ничтожными. А их ужасные деяния - слабыми, безвкусными и без капельки воображения. По коже пробежался морозец. Даже язык слегка онемел. Вот меня проняло... Ладно, постараюсь, чтобы так не случилось, и пора возвращаться к нашим рваным баранам... Точнее к одному.

Как ни странно, размышления помогли, так как впечатлившись, лицезрением "аппетитной" ноги и обрисованной Мантикорой специфической картинкой, мой рот переполнился слюной, видимо так отреагировало проснувшееся подсознание Иеронима, и я недолго думая, склонился и пролил ее в углубление открытой окаменевшей раны, заполнив повреждение до самых краев.

Сразу же пошел процесс. Плоть стала менять свой цвет, на глазах преображаясь и приобретая вместо мертвенно пепельного, свою родную живую окраску, на месте раны краснея, а кожу окрашивая в приятный телесный оттенок. Полностью естественный, разве что - слегка бледноватый. Оно и понятно, освещение не то, да и состояние желает быть лучшим...