Чтение онлайн

Первое: установление личности женщины, похожей на Светлану Юрьевну. У меня была огромная уверенность в том, что ее биография нечиста. Не так уж просто убить человека, придушив его удавкой. На это способны только глубоко порочные люди, у которых за плечами уже имеется криминальный опыт.

Второе: установление связи между Фокиным и предполагаемой убийцей. Не исключено, что женщина, задушившая Шевелькову, была жительницей Дольска и когда-то проходила по одному из уголовных дел, которые вел Павел Леонидович. Выяснение этих фактов взял на себя лейтенант Будников. В дольской прокуратуре обнаружился его бывший однокурсник.

Третье: проверить Анну Шевелькову на причастность к какому-либо преступлению. Если девушку решили убрать, значит, живая она была слишком для кого-то опасна. Отсюда сам собой напрашивался вывод о том, что путем шантажа Аню заставили совершить нечто противозаконное. Шевелькова чувствовала свою вину касательно гибели Василия Пивнева, боялась, что дело вернут на доследование, поэтому и поддалась на уговоры. Не удивлюсь, если Фокин пообещал ей, что акция будет разовой и больше он ничего от нее не потребует.

За проверку этой версии взялся Кирьянов. Вообще-то Володька обладает неплохими аналитическими способностями, мог бы и сам до всего этого додуматься, но он распылялся среди множества дел, просиживал долгие часы на скучнейших совещаниях и тратил время на писанину различных отчетов. Все-таки Владимир Сергеевич — начальник отдела! Но вчера вечером Киря твердо пообещал мне, что с утра он займется тщательным изучением криминальных сводок.

Я же, раздав приятелям задания, могла позволить себе немного отдохнуть. Только мне все как-то не отдыхалось: аналитический аппарат не отключался. Я все думала, думала, думала… Правда, ни до чего нового не додумалась. Так, занималась толчеей воды в ступе. Необходима была новая, свежая информация. Может, позвонить Кире, спросить, как продвигаются дела? Нет, не буду его отвлекать. Володька ведь обещал, что сам позвонит, как только нароет что-то полезное.

Сидеть дома мне уже было невмоготу, время текло медленно и монотонно. Тогда я отправилась по магазинам. Шопинг оказался каким-то неудачным, я ничего толкового купить не смогла. Позвонила знакомой маникюрше, но она была на больничном. Хотела было пойти на SPA-процедуры — сегодня в салоне не было «окна». Конечно, об этом следовало позаботиться заранее. Но кто же знал, что в моем расследовании нежданно-негаданно возникнет пауза? Никто. А может, заняться генеральной уборкой квартиры или сварить по всем правилам борщ? Признаюсь, я искала аргументы, чтобы отговорить себя от выполнения скучных и нудных домашних дел, но — не нашла. Покурила и обреченно поплелась на кухню, чтобы достать из холодильника мясо. И в этот самый момент зазвонил телефон. Честное слово, я была рада этому звонку, как приходу лучшей подружки, с которой можно часами болтать о том о сем.

Но это была не подружка: позвонил Кирьянов. Еще лучше!

— Таня, ты просто гений! — воодушевленно провозгласил Володька. — И как только ты смогла до всего этого додуматься! Молодчина, что и говорить! Ум-ни-ца!

— Володя, мне, конечно, очень приятно слышать о себе столько лестных слов, но, может, ты перейдешь к конкретике? — сдержанно попросила я. — До чего я додумалась?

— Это не телефонный разговор. Подъезжай в управу, — предложил Кирьянов. — Я тебе все расскажу и покажу на месте.

Разумеется, я просто не могла отказаться и помчалась в городское управление внутренних дел, что называется, на всех парусах.

На этот раз Владимир Сергеевич был в кабинете один. Оказалось, что Леша Будников пока что на трассе Дольск — Тарасов.

— Должен появиться с минуты на минуту, — сообщил Киря. — Представляешь, Леха, как и ты, решил немного изменить свою внешность, чтобы в случае чего Фокин его не узнал и не засуетился.

— Что ж, похвально, — сказала я. — Смышленый мальчик, схватывает все на лету. Надеюсь, от его поездки в Дольск будет толк. А как твои дела?

Кирьянов самодовольно улыбнулся и сказал:

— Таня, а я тоже схватываю все на лету!

— Да? И что же ты схватил? Володя, ну не томи, выкладывай, что там у тебя?

Киря явно напрашивался на комплимент, но я их авансом не раздаю. Хотелось бы сначала ознакомиться с его достижениями.

— Ладно, смотри, вот фоторобот, составленный секретаршей нотариальной конторы. — Киря мгновенно убрал с лица свою лучезарную улыбку и резко придвинул ко мне компьютерную распечатку. — По-моему, на Скиданову она совершенно не похожа! И как это муж их перепутал, не понимаю? Я вот свою жену ни с кем не спутаю. Гм… А ты, Таня, как считаешь? Есть сходство?

Я внимательно вгляделась в лицо женщины, которая, предположительно, задушила Анну. Было в чертах ее лица что-то неумолимо жестокое. Такая вполне могла хладнокровно отправить человека на тот свет. А вот о моей клиентке, которая практически никогда не улыбается, такого не скажешь. Светлана Юрьевна намного обаятельнее.

— Да, двойняшками их не назовешь, хотя обе эти женщины — воплощение одного и того же типа. Обе круглолицые, невысокого роста, полноватые. — Я вспомнила Лизино описание. — Одень обеих одинаково, и, возможно, издалека и в полумраке их действительно не различишь. Кто она?

— Как ты и предполагала, эта женщина — действительно наша «клиентка». Ее зовут Тугарина Лидия Дмитриевна, шестьдесят седьмого года рождения, уроженка города Дольска. В две тысячи втором году была осуждена на три года по сто пятьдесят девятой статье, — суровым протокольным языком провозгласил Кирьянов.

— Значит, она сидела за мошенничество?

— Да. Отбыла полный срок. В настоящее время имеет временную регистрацию в Тарасове, на улице Яблочкова. — Киря назвал номер дома и квартиры.

— Так, что-нибудь еще по ней есть?

— Давай временно о ней забудем и перейдем к сводкам за последние три месяца. Вот, посмотри, я отметил маркером то, что меня заинтересовало. — Киря положил передо мной ворох бумаг.

Я пробежала глазами отмеченные им пункты и, признаюсь, ничего не поняла. Совершенно непохожие преступления — кредиты по подложным документам, угон автомобиля… Я силилась понять, что за всем этим стоит, но так и не сумела. Кирьянов смотрел на меня и тихо посмеивался.