Демон-хранитель
Шрифт:
– Как я от нее устал, кто бы знал!
– пожаловался он Азу.
– Вечно что-нибудь натворит. Они с Джеймсом стоят друг друга. Всеблагая Тьма! Родственники вампира прибыли?
– Нет еще. Но клан требует жизнь виновника. Они не знают, что Поттер принадлежит тебе, иначе бы не были так категоричны, как чертовы невыносимые, ублюдочные засранцы.
– Что за клан?
– Северный, с Андалауса.
– Это такие красноглазые блондины?
– Если грубо, то да. Там и рыжие попадаются, но редко. Что делать будешь? Люцифер…
– Его Темнейшество пусть занимается своими делами, - отрезал Балти.
– Предложу им охотничьи угодья в мире Джея.
– Не слишком ли?
– Тоже верно. Посоветуешь что?
– Я бы отдал им равноценного.
Балтазар демонстративно оглянулся, как будто ища кого-то.
– Меня что, постоянно сопровождают готовые к инициации молодые сильные маги?
– Ты мог бы…
– Джеймса я отдать не могу, хотя и очень хочется. Он – отец моего теперешнего воплощения. Станет им через… четыре года.
– Опять скачешь во времени?
– недовольно констатировал Азазель.
– Доскачешься когда-нибудь. За все нужно платить.
– Я готов платить почти любую цену, если мои принцы будут живы. В моем будущем они умерли, а меня это, как ты понимаешь, не устраивает.
Азазель уже даже открыл рот, чтобы что-то сказать, как в комнате появилась переливающаяся всеми цветами радуги большая прозрачная бабочка и произнесла:
– Послы пострадавшей стороны под цитаделью.
– Проводи их сюда, но так, чтобы они ничего лишнего не увидели.
Странное существо исчезло, а Азазель тяжело взглянул на Балтазара и выложил на стол сферу с душой развоплощенного вампира.
– Умоляю тебя, молчи, ладно? Я сам с ними поговорю.
– Отдашь им Джея, и я тебя убью, - буднично пообещал Зар, устраиваясь в кресле удобнее.
– А если они на моих принцев позарятся, которые сейчас во дворе гуляют, то и весь их клан – тоже. Вместе с миром. И мне неважно будет, что они просто хотели их понюхать, пощупать и ничего такого в виду не имели. Ты понял меня?
Азазель ухмыльнулся и снова закурил. Через минуту дверь открылась, и в нее вошли три удивительно красивые женщины. Та, что стояла впереди, долго смотрела на так и не поднявшегося с места Балтазара, а потом мелодично рассмеялась:
– Ну, да, кто еще мог послужить причиной гибели моего младшего сына? Только ты, Балти.
– Не знал, что ты – глава клана, - фыркнул демон, наконец, поднимаясь с места.
– Ну, в постели все равны, - улыбнулась красноглазая блондинка с угольно-черными бровями и ресницами.
– Надеюсь, ты не объявишь, что погибший – и мой сын тоже?
– спросил Балтазар, целуя подставленную щеку. – У меня нет детей в этом времени.
– Нет, арун, это был не твой сын. Это сын Зитавта, и он родился таким же неудачником, как его отец.
– Давай начистоту, Рарати, - Балтазар снова уселся в кресло.
– Что ты хочешь за этого… сына Зитавта?
– Ночь с тобой, арун, - лукаво прищурилась вампирша.
– Я не торгую собой, как бы странно это ни звучало, - ухмыльнулся демон.
– К тому же я под sexsus ban* и могу спать только с супругами.
– О, кто та героическая женщина, решившаяся, наконец, завязать узлом твой… твою распущенность?
– Мужчина, Рарати, - тепло улыбнулся демон.
– Вернее, совсем еще мальчик.
– И ты… позволил?
– Как видишь.
***
– Ставлю на дроу, - тихо сказал Люциус Северусу.
– Они все-таки к эльфам ближе.
– Глупо делать ставки из любви к братскому народу, - возразил Северус.
– Вампир явно сильнее. И говори на эльфийском, потому что на нас уже оглядываются.
Бой внезапно прекратился, стоило принцам приблизиться.
– Так-так, - сказал на общем наречии красивый гнедой кентавр, нетерпеливо переступая копытами.
– Эльфы. Вы новенькие?
– А ты – комендант академии?
– не смолчал Северус.
Люциус только мысленно вздохнул. Судя по нахмурившемуся копытному, ссоры не избежать.
– Оставь этих остроухих зазнаек, Троравт, - подал голос дроу.
– Темный и Светлый. Надо же, какое странное сочетание. Да еще, судя по ауре, любовники.