Чтение онлайн

Ирэн подошла к машине. Новая десятка цвета сгущенного молока. Хорошая машина преуспевающей во всем леди. Ирэн не торопилась уезжать. Она подошла к Костикову вплотную и слегка приобняла его. Ее губы коснулись его щеки, обдало незнакомым дорогим ароматом чужой женщины.

– Мне было очень приятно с вами познакомиться, – негромко произнесла она, – надеюсь, что это не последняя наша встреча.

– Не знаю, – ответил Игорь, – пытаясь отстраниться.

Но теплые полные руки с силой обхватили его, а чувственные губы прижались к его губам. Ирэн знала толк в поцелуях.

– Хотелось бы поближе вас узнать, – сказала она отстранившись и засмеялась, – идите, а то ваша благоверная, – она подчеркнула последнее слово, – наверное, уже с ума сходит, думая о том, куда вы пропали.

Игорь перевел дыхание. Эта женщина знает себе цену и вертит людьми как захочет. Пышка села в машину.

– Позвоните, – махнула ему на прощание рукой и тронула машину с места.

Игорь постоял еще несколько минут под дождем и пошел домой.

– Наконец-то уехала твоя подруга, – сказал он, заходя в квартиру стоящей возле трюмо Ирине. – Теперь, котенок, нам никто не помешает, – он протянул к ней руки.

– Помаду вытри, – отстранено произнесла Ирина и скрылась в спальне.

Костиков взглянул в зеркало и покраснел. Понятно, что подумала Ирина, видя на щеке и губах полоски вызывающе-яркой помады Ирэн. Но ведь он не виноват!

Игорь в пятый раз намыливал лицо и тер его. Но все время казалось, что на щеке так и остался след от помады Ирэн. Он понял, что это только все кажется из-за нечистой совести. Ведь в словах Пышки была доля истины. И теперь Игорь мог открыто признаться себе в этом. Он не хотел окончательно закреплять свои отношения с Ириной, не хотел связывать себя окончательно с одной женщиной. Да, он любил Ирину, но этого для брака было мало. Они жили вместе, она стала для него близким и дорогим человеком, но все же Игорь понимал, что он не готов для семейных отношений.

Игорь прошел в спальню. Ирина уже лежала и делала вид, что спала. Он попытался приласкаться к ней, но она не шевельнулась. Костиков не стал настаивать. Ночью он проснулся от того, что ему показалось, что кто-то плачет.

– Ирина, – позвал он, но не получил ответа.

Игорь прислушался. Ирина лежала отвернувшись и ровно дышала.

«Показалось», – подумал он, натягивая одеяло.

Но утром понял, что не показалось. Глаза Ирины были покрасневшими и припухшими.

– Что случилось, котенок? – спросил он.

– Все в порядке, – ответила она безразличным тоном, – мне пора, я уже убегаю.

– Когда вернешься? – спросил он, проходя на кухню.

– Не знаю. Работы много. Закончу, наверное, поздно. И еще я к родителям обещала заехать. Давно у них не была.

– За тобой приехать? – поинтересовался Игорь.

– Не стоит. Возможно, что я останусь там ночевать.

– Понятно, – в груди Игоря зашевелилась злость, – а как же я?

– А что ты? – Ирина притворилась удивленной, – у тебя работа. Когда вернешься, еды в холодильнике полно. Да и Бабуся тебя всегда покормит. Что еще?

– Но ведь ты моя жена, так? И я хочу, чтобы не Бабуся, а ты меня встречала.

– Всего лишь гражданская жена, – уточнила Ирина, поправляя волосы.

– Не знал, что какой-то штамп для тебя столько значит, – Игорь уже не сдерживался, – можешь навещать свою семью сколько хочешь, я для тебя, похоже, ничего не значу.

– Зря ты так, – ровным голосом произнесла Ирина, – я всего лишь заеду к родным.

Не сказав больше ни слова, она вышла за дверь. Костиков остался один. Почему он так разозлился? Из-за того, что она вчера не захотела заниматься с ним любовью? Или здесь что-то еще. Ну, не из-за Ирэн же, в самом деле? Ведь это глупо!

– Глупо, Горяшка, – словно подслушав его мысли сказала невесть откуда взявшаяся Бабуся, – с чужими бабенками целоваться, когда дома своя есть.

Игорь чуть не подскочил. Выходит Бабуся все видела. И не спала она вовсе, а за ним подглядывала.

– Не лезьте хоть вы в наши дела, – грубо сказал он, – сами разберемся.

Бабуся промолчала, что с ей бывало крайне редко и пошла на кухню. Игорь закрылся в кабинете.

Ирина вернулась на следующий день. Радостная и оживленная она разговаривала с Бабусей на кухне, делилась новостями, передавала приветы от своих домашних. Игорь слышал ее голос, но специально не выходил из комнаты, все ждал, что она сама появится. Ирина заглянула и позвала его обедать.

– Не хочу, – бросил он и мстительно добавил, – ты без меня, видно, не очень сильно скучала.

Ирина вспыхнула. Она не ожидала ни таких слов, ни такого приема. А в него словно бес вселился. Он говорил и говорил обидные слова.

– Хватит, – Ирина не могла больше сдерживаться, – перестань.

Она выбежала из комнаты и закрылась в ванной. А Игорь ходил по кабинету, курил трубку и не собирался идти успокаивать Ирину. Себя он тоже считал обиженным. Неизвестно, чем бы это все закончилось, не вмешайся Бабуся. Она пристыдила Игоря, прикрикнула даже на него. Они помирились. Но все равно какая-то трещинка осталась. И он, и она понимали, что их совместная жизнь из-за этой трещинки уже не будет прежней.

Теперь они приглядывались друг к другу, как будто снова открывали для себя неизвестного человека.

Ссоры случались почти каждый день. Мелочи, пустяки. Но все это накапливалось и рано или поздно должно было прорваться. Бабуся тоже вела себя странно. Сначала она очень активно вмешивалась в их ссоры, старалась, чтобы они обязательно помирились. Но в последнее время стала где-то пропадать. Уходила рано, а домой возвращалась поздно.

Даже Ирина заинтересовалась и спросила как-то:

– Где вы все время пропадаете, баба Дуся?

– А в Доме, откликнулась старушка.

– В Доме? – удивилась Ирина, – и что же это за Дом такой.

– Дом, – пояснила Бабуся, – это организация такая. В ней только старички. Если люди одинокие и заботиться о них некому, то они могут в этот Дом прийти, и там о них начинают заботиться.

– Но вы же не одна живете, – не выдержал и вмешался Игорь, – о вас-то есть кому позаботиться.

– Не в том дело, Горяшка, – откликнулась Бабуся, – там самые разные собираются. Кто один живет, это понятно, а есть и такие, кто детей и внуков имеет, а все равно приходит. Старикам тоже между собой пообщаться охота. Там в доме один такой есть, как начнет рассказывать, так остальные все дела свои бросают, чтобы его послушать.