Чтение онлайн

– У меня все хорошо готовят: и мама, и Натка…

– Стой. Натка! Я же не рассказала тебе самого главного! Сенсация! Бомба! Ты же помнишь, твоя Натка позвонила мне вчера и сказала, что Гох ее третирует, что он заявился к ней пьяный, ругается и не собирается отдавать машину… Я понимаю, конечно, с машиной мы переборщили, но все равно… Он должен был каким-то образом скомпенсировать ту пошлость, которую позволил себе в ее отношении… И что, как ты думаешь, я увидела, когда пришла к твоей сестре?

– Понятия не имею… Надеюсь, они с твоим коллегой не подрались и моя сестра в порядке?

– Рита, по-моему, у них любовь…

– Что?! Что ты говоришь, Арина? – Рита с трудом сдерживала улыбку. Она представила себе лицо Арины в тот момент, когда она увидела Натку в объятиях Гоха. Неужели ее предположения оказались верными и у сестры с журналистом начался самый настоящий роман? – Как ты поняла это?

– Да я же не слепая! Во-первых, Натка встретила меня с поросячьим визгом, она радовалась, как ребенок, моему приходу и призналась, что позвала меня нарочно, чтобы разыграть… Конечно, они были навеселе, выпили не одну бутылку шампанского…

– И ты решила, что у них все серьезно?

– Во всяком случае, об этом мне шепнула сама Наташа.

– Представляю, в каком положении ты оказалась! Да уж, Наташа явно не вовремя решила с тобой пошутить. Но, с другой стороны, она, я думаю, решила продемонстрировать тебе свою благодарность за твое участие в этом деле…

– Ты не обижайся на меня, Рита, но, по-моему, твоя сестра – особа, мягко говоря, легкомысленная.

– Может быть. Ты уж извини мою сестру, что она так сорвала тебя… Все равно это лучше, чем слезы… В сущности, Натке всегда не везло с мужиками. Кто знает, может, именно с твоим журналистом она и найдет свое счастье!

– Ты сама-то веришь в то, что говоришь?

Они рассмеялись.

– Ну, так мы решили? Мы можем поехать прямо сейчас на Ленину квартиру?

– Поедем…

Пока Арина на правах доверенного лица хозяйничала на кухне, готовя чай, Рита обследовала каждый метр квартиры. Задержалась в спальне. Прямо напротив кровати в красивой золоченой рамке висел незамысловатый пейзаж. Рита горько усмехнулась, вспомнив свой разговор с Леней. Она тогда спросила его: «Как там портрет Кати? Он мне недавно приснился…» И он ответил просто: «Отлично. Как открываю глаза – он передо мной…» Стало быть, прежде портрет дочери висел в спальне, напротив кровати, и Леня, проснувшись, действительно мог любоваться портретом дочери. Портрет занимал на стене больше места, чем пейзаж, о чем свидетельствовали и более темные, сохранившиеся под портретом обои, представляющие собой сейчас словно затененную четкую рамку вокруг картины. Судя по контрасту между выцветшими обоями и теми, что были под полотном, портрет действительно висел в спальне долгое время, и Леня, должно быть, уже привык, проснувшись, первым делом видеть изображение своей дочери. В настоящее время портрет висел в гостиной.

– Ты не знаешь, у Лени нет домработницы?

– Не знаю, я, во всяком случае, ничего об этом не слышала… Но ты посмотри только, какая квартира! В ней убираться – одно удовольствие.

– Думаешь, этим занималась его дочь?

– Думаю, они делали все вместе. Я повторюсь, если скажу, что знаю Леню совсем мало, но вижу, как он любит порядок, как быстро управляется в кухне, движения его точны до автоматизма.

– Вот они, плюсы холостяцкой жизни…

– А я так думаю, что это не зависит от того, холостой мужчина или нет. Все дело в нем самом. Многие холостые мужчины превратили свои жилища в помойки… Мне приходилось бывать в таких квартирах, когда я брала интервью или собирала материал… И крыс видела на кухне, и тараканов, марширующих по стенам и дверям… Брр!.. У меня все готово. Думаю, мы можем выпить чаю в кухне?

– Конечно… Подожди… Что это?

– Рекламный журнал какого-то туристического агентства. Я листала его в первый день, когда мы с тобой сюда пришли… Не знала, чем себя занять… там отличные фотографии. Знаешь, сейчас в каждом доме можно найти ворох подобных журнальчиков. Все хотят куда-то поехать…

– Я тоже хочу. Да и Марку отдохнуть надо. Думаю, если я возьму этот журнал на день, Леня и не заметит…

– Да уж, ему не до этого…

Рита сунула глянцевый журнал в сумку, мысленно моля бога о том, чтобы ее догадка не подтвердилась. Она ловила себя на том, что постоянно думает об этом. Случайно ли оказался в гостиной этот журнал (быть может, Леня нашел его в своем почтовом ящике) или нет?..

– Ты так и не заглянула в Катину комнату… Может, посмотришь, а потом будем чаевничать? А то вдруг Леня вернется, а мы с тобой там… роемся в Катиных вещах… Неудобно будет…

Рита согласилась, тем более что ждала этого предложения.

Чистая, светлая девичья комната. Красный диван, большой письменный стол с полочками, в которых, помимо книг и учебников, – китайские фарфоровые куколки в бархатных и шелковых платьицах, плюшевые милые зверюшки, засушенные букетики, на подоконниках – ухоженные, с влажной землей, комнатные растения (Леня, вероятно, поливал их автоматически, как делал и многое другое), прозрачные розовые шторы, под ногами – слегка вытертый желто-красный ковер. Запах в комнате нежилой. Хотя едва пробивается аромат каких-то сладких духов… В ящиках письменного стола – аккуратные стопки бумаги для записей, блокноты, ключи, пластиковые и стеклянные браслеты, бусы, коробочки с жевательной резинкой, шариковые и гелевые ручки, сломанные золоченые часики, ароматизированные бумажные салфетки, тюбики с кремами – ничего интересного… В гардеробе, на отдельной полке, шкатулки с драгоценностями (золотые и серебряные украшения современного, молодежного типа – геометрические, угловатые, собранные бессистемно, набор случайных, безвкусных, на взгляд Риты, сережек и колец, браслетов и цепочек с подвесками). На других полках – аккуратно сложенные вещи, все дорогое, почти новое, вызывающих расцветок. На плечиках – курточки всех видов, от кожаных до бархатных, две норковые шубки – гладкая и стриженая. Внизу в коробках – обувь. Все в порядке, вычищено, закутано в мягкую объемную ткань. Явно девочка была воспитана на хорошем примере отца, не терпящего беспорядка. У Риты создалось впечатление, что и самой Кате жилось в этой комнате комфортно и спокойно. Ей не могло не нравится все то, что окружало ее, – вещи, чудесный вид из окна на парк, домашний запах уюта и чистоты. На стенах висели фотографии самой хозяйки комнаты: веселая, смеющаяся красивая девочка с лукавым взглядом больших добрых глаз. На письменном столе в красивой прозрачной рамке – тоже фотография: Катя снята вместе со своей близкой подругой Олей Померанцевой. Катя улыбается, обнимая подругу за шею, Леля же смотрит в объектив слегка надменным взглядом уверенной в себе молоденькой красавицы, прекрасно знающей себе цену. Лицо – точно как у куклы: бледное, с тщательно наложенным румянцем. Помада на губах блестит, словно светится. Глаза накрашены так, что занимают почти половину лица: огромные ресницы, линии черного густого карандаша для век тянутся к вискам…

Рита подошла к окну, раздвинула слегка занавески и тут вдруг увидела то, что боялась увидеть… Это стояло на подоконнике… Страшный символ смерти. Теперь она точно знала, когда умерла Катя.

– Ну, что, нашла что-то интересное? – услышала она за спиной голос Арины и вздрогнула, отпрянула от окна, чтобы та не увидела то, что двумя днями раньше, возможно, и произвело бы на нее сильное впечатление. Сейчас, пожалуй, Арина лишь удивилась бы, если бы вообще придала этому значение…

– Да тут все интересно, – уклончиво ответила она. – Но одно я поняла: в этом доме Кате жилось хорошо. Она была счастлива здесь. И в душе у нее, быть может, до последнего времени, пока она не познакомилась с Померанцевой, тоже был порядок.

– А как ты поняла про Померанцеву?

– Просто догадалась. Понятное дело, что в комнате ничто не сообщило мне о пагубности этого знакомства…

Она не могла, не хотела рассказывать Арине про кассету, где личная жизнь Ольги Померанцевой покачивалась в ритме бесконечного полового акта, разве что партнеры менялись… Ну не могла Рита поверить в то, что Леля была влюблена в Валентина! Здесь было другое. Вполне определенный образ жизни, куда они попытались втянуть Катю. И вот что из этого вышло: четыре трупа…

Она едва сдерживалась, чтобы не поделиться своими мыслями и предположениями с Ариной. Но торопиться в таком деле было нельзя. Тем более когда на кон поставлена личная жизнь такого чистого и открытого существа, как Арина.

– Трудно будет Марку разобраться в этом запутанном деле, – Рита намеренно произнесла эту ничего не значившую фразу, чтобы не спровоцировать Арину на какие-то опасные, требующие конкретных ответов вопросы, касающиеся квартиры и комнаты Кати. – Это только в кино все быстро распутывается, и важные свидетели появляются на экране с завидной быстротой, неожиданно, как из ларца… Да, кстати, а что этот друг детства?.. Ты сказала, что его приход смутил Леню…