Чтение онлайн

— Es schau’n auf’s Hakenkreuz voll Hoffnung schon Millionen der Tag fuer Freiheit und fuer Brot bricht an.

— Женя! Ева!.. Что случи..

— Все случилось! Все! Я разговаривала, разговаривала, разговаривала! С покойником, с покойником! Получилось!..

Инструментальная тема из к/ф «Ва-Банк».

Композитор Хенрик Кузьняк.

(2`44).

В комментариях особо не нуждается

Пятница, 15 августа 1851 AD. Восход солнца — 7.31,

заход — 17.18. Луна — III фаза, возраст в полдень — 17,9 дней.

Ночные наблюдения были успешны. Не без гордости занёс полученные цифры в свой потрёпанный дневник. Все-таки получилось! Я, Ричард Макферсон…

Чтобы успокоиться, пришлось вызвать в памяти кислые физиономии коллег из Королевского Географического общества. Тут же отпустило.

Ночная работа проделана вовремя — к утру роскошное звёздное небо исчезло за подступившими с севера тучами. Зима! До весны, до первых оранжевых побегов, уже подать рукой. Но все-таки ещё зима.

В Талачеу мы прибудем завтра. Сегодня же почти весь день стояли — Рахама через гонцов вёл переговоры с не слишком доверчивым местным рундо. Днёвка оказалась небесполезна. Бедняга Куджур, так пострадавший от мерзких цеце, немного отдохнул — и мы все вместе с ним. Наш пёс, оценив ситуацию, спал без задних ног почти весь день, при этом достаточно громко похрапывая. Просыпался он лишь два раза — к обеду и ужину. Поистине, Чипри доволен жизнью!

Пользуясь свободным временем, а также убытием (надолго ли?) моей спутницы-лихорадки, записываю то, что было пропущено вчера. Мистер Зубейр приглашал меня вовсе не для того, чтобы рассказать о стране Миомбо-Керит (она же Читабо). Точнее, не только для этого.

Рахама умен и наблюдателен. В отличие от многих негров и арабов он прекрасно отличает португальца от француза, англичанина же — от шотландца. Вполне вероятно, он не поленился навести справки о своём спутнике. И вот результат. Отдав дань вежливой беседе, он внезапно переменил тон и без особых обиняков предложил стать его компаньоном.

Предложение мистера Зубейра сводится к следующему. Сейчас англичане прочно закрепились на побережье, вытесняя оттуда арабских купцов. Оживились и португальцы, прежде терпевшие таких, как Рахама. Торговля упала, более того, традиционные пути, по которым доставляют к побережью невольников, оказались под угрозой. Мистер Зубейр считает, что лет через десять работорговля в этом районе будет прекращена. Но именно в этом (!) районе. Огромные внутренние области Южной Африки пока недоступны ни англичанам, ни португальцам. Достаточно надёжно обосноваться там — и проложить новые пути к восточному побережью с выходом несколько южнее острова Занзибар, где можно будет расширить уже существующие гавани. В глубине же материка, в земле миомбо, следует построить несколько крупных укреплённых факторий, предварительно договорившись с местными рундо.

Этот план уже выполняется. Будущая война — его часть. Средства, включая оружие, у нашего хозяина в изобилии. Более того, он поделился неким, по что тайным, замыслом. По заказу Рахамы во Франции строят два лёгких вооружённых парохода (!!!), которые он собирается доставить на Замбези. Пароходы станут плавающими крепостями, обеспечивающими мистеру Зубейру контроль над тысячами миль прибрежной территории. По сути, создаётся целое государство, имеющее все шансы просуществовать не один десяток лет.

Жаль, всего этого не слышал мой друг Дэвид Ливингстон. Вот оно, пришествие цивилизации на Чёрный континент!

Зачем Зубейру я?

Кажется, он ведает о моих неприятностях с властями, случившихся ещё в студенческие годы. Мои мечты о независимой Шотландии Рахаме едва ли известны, зато неодобрение колониальной политики правительства Её Величества я никогда не скрывал. Посему мне предлагается оставить службу Британской Короне и стать «джентльменом удачи» в одной связке с нашим хозяином. Зубейру будут полезны мои знакомства среди колониальной администрации Южной Африки и Анголы, мои картографические знания — и сам факт, что с ним сотрудничает «белый».

По поводу рабства Рахама высказался просто. Оно было и будет, пока в этом есть хозяйственная необходимость. Негры в любом случае станут продавать (а если не найдут покупателя — убивать!) своих сородичей. Так с чем спорить, с чем бороться?

Ответа я пока не дал. Просто сказать «нет!», а заодно произнести гневную речь о торговле людьми. Но этим я ничуть не облегчу положение — ни бедных невольников, ни своё собственное.

Между прочим, единственным серьёзным препятствием для осуществления своих планов Рахама считает вовсе не англичан, не португальцев, даже не арабских сородичей-конкурентов, а страну на севере. Ту самую — Читабо. Миомбо-Керит.

Услышанного вполне хватило бы для многодневных раздумий (есть о чем!), но главный сюрприз ждал меня вечером. Прежде чем рассказать о нем, не могу не доставить себе удовольствие, процитировав собственные строки. «Даймон, о котором я не решался писать в дневнике, вновь здесь, со мною». Как быстро привыкаешь даже к самому невероятному! Что мне записать теперь? Толпа не нашедших покоя духов обступила меня со всех сторон…

Конечно, не толпа. Случилось именно то, о чем предупреждал удалившийся неведомо куда Даймон. Со мной заговорил некий дух определённо женского пола. Сородич Даймона, а если совсем точно, его дочь.

Её зовут Евгения. Вероятно, правильнее написать «звали», но не хочется думать о молодой девушке (ей двадцать лет), как об умершей. По-английски говорит бегло, лучше чем Даймон-отец, зато и акцент куда сильнее. Прислушавшись, я наконец-то понял. Духи, не дающие мне покоя — русские! Правда, моё предположение было тут же отвергнуто. Не русские — украинцы, из страны, находящийся в мире духов в южных пределах нынешней Российской империи. Но в любом случае я почти угадал.

Следует заметить, что дух по имени Евгения был очень взволнован. Как я понял, произошла история, почти аналогичная той, что случилась с учеником незабвенного Роджера Бэкона. Мой Даймон, что бы он не говорил о себе — великий чародей, даже в мире духов. Он уехал по своим чародейским делам, любопытная же девица поспешила прочитать заклинание. Когда мы заговорили, она, кажется, сильно испугалась. Евгения, как и её отец, считала, что разговаривает с покойником (!!!)