Чтение онлайн

– Рад за тебя!
– я повернулся снова к Горбовскому. Ингрид залипла над плечом Лехи. Поединок джидаев ее загипнотизировал.
– Леонид, Андреевич, куда вы меня теперь пошлете?

– Туда, - Над столом появилась голограмма Земли.
– По иронии судьбы, Артур, вам в компании с Рене придется заняться терраформированием Земли. Через неделю расчеты закончатся, и вы отправитесь вниз. Облагораживать Австралийский архипелаг и разгонять облака радиоактивного пепла в стратосфере.

Рутина. Наверное, это одна из самых страшных вещей, которая может случится с человеком. Серые будни, повторяющийся ритуал сборов на работу, пятничных пьянок и поездок за город на выходные. Однообразие. Предательски незаметное течение времени медленно и исподволь приводящее тебя в могилу. Один евразийский писатель в далеком двадцать первом веке написал гениальную фразу: 'Он уже взрослый, разум ему больше не нужен', или что-то подобное. И был прав. Мы живем инстинктами. Действия забиваются в подкорку, и ты сам не замечаешь, что осознанность твоей жизни постепенно стремится к нулю.

Я разместился в жилом модуле антарктического купола вблизи космопорта вместе с Рене. Каждое утро мы садились в гиперзвуковой флаер и отправлялись на Австралийский архипелаг. Мы рисовали зачарованные круги на земле и волшебные фигуры на стратостатах. Ни я, ни Рене не были выдающимися волшебниками. Да чего греха таить, в том, что касается настоящего волшебства, а не тупого боевой магии, был откровенно убог. Мы были слабы. Но зато брали количеством заклятий и оптимизацией наших усилий. Труды Чарльза Кларка не пропадали даром. Медленно, но верно мы формировали изолированную систему течений и воздушных потоков в южной части Тихого океана. Вечером мы уставшие возвращались в купол, пили пиво и ложились спать.

На выходных я отправлялся обратно в Мир, чтобы оказаться в пустом доме, который снимала для себя и Лехи Ингрид. Прочитать ее записку о том, что она опять задержится в библиотеке или лаборатории. Пройтись по трактирам, напиться, поесть настоящей еды вместо безвкусной питательной кашицы купола...

Вальехо был столицей одноименного полиса. Империя хозяев огня в отличие от державы властителей тверди не выдержала проверку временем и распалась на несколько десятков княжеств, герцогств и других мелких государственных образований, расположенных по северным склонам хребта Лерна. Этот город Ингрид выбрала не просто так. Именно в нем располагалась башня архимага алых с длиннющим незапоминающимся именем, и главная резиденция ордена с крупнейшей библиотекой и самыми оснащенными лабораториями.

Я старался как мог, но время шло, и мы постепенно отдалялись друг от друга. Да, у нас оставалось общая цель, исправить ту ошибку, которую мы совершили в Люфтштаде. Но я с ревностью видел, что даже с четырнадцатилетним Лехой ее связывает больше, чем со мной.

Мягкая северная зима, сменилась весной. Начался местный аналог мая, когда до нас дошли новости о событиях в Конунгбурге и начале войны.

Мы сидели в трактире недалеко от ее дома.

– Квер, ты слышал про пробуждение эльфлингов под Конунгбургом?

– Да, милая, наверное, какие-то безответственные контрабандисты упустили свою добычу из сада порождений или друиды напортачили.

– Я через пару дней выезжаю, ты присоединишься ко мне?

Я прикинул свое расписание. Второй круг чар около Новой Зеландии был почти завершен и переселение добровольцев из куполов уже началось, но с другой стороны принимать участие в боевых действиях против эльфийских отродий мне совсем не хотелось. Ни я, ни Ингрид, да и никто в Мире не осознавал тогда всю серьезность положения.

– Ин, сколько магов алом ордене?

– Около тридцати тысяч, - ответила она.

– Скажи, твое участие что-нибудь кардинально изменит? Готов поспорить что ты даже не успеешь туда доехать до конца зачистки!

– Наверное, ты прав.
– Она медленно наматывала спагетти на свою вилку.
– Я просто соскучилась по своему дому...

– Милая, давай я закончу через месяц свою работу, и тогда смогу составить тебе компанию.

– Правда? Это было бы замечательно, я как раз завершу серию экспериментов.

За зиму в Конунгбурге почти полностью пропали крысы. Чуть позже стали исчезать кошки и собаки. В погребах из-за странной плесени портились сыры и ветчина. Комендант цитадели был обвинен на заседании гофкригсвурстшнапсрата [24] в халатности из-за пропажи почти годового запаса питания для гарнизона из подвала.

В начале весны стали пропадать бродяги и выпивохи. Несколько тел с проломленной изнутри грудной клеткой если кого и заставили задуматься, то не городскую стражу. Охранникам правопорядка было проще скинуть неопознанные трупы в реку, чем расследовать преступления.

Описание смутных ночных теней с удлинёнными головами и костистыми гребнями на спине и длинными хвостами считали очередной пьяной галлюцинацией ночных гуляк.

На деревьях начали распускаться почки. Среднесуточная температура перешла критический порог для начала второй фазы вторжения. Переход от сапрофитической формы к хищничеству. Свежевылупившиеся солдаты роя с добычей уже не церемонились. Да за первую ночь их работы по сбору органики было убито больше сотни горожан.

Такую резню стажа игнорировать уже не могла. Но толку от усилий было мало. Они даже не смогли обнаружить трупы. Только пятна свежей крови на стенах домов и мостовой говорили о произошедших трагедиях.

Магистрат объявил комендантский час. Тайная государственная полиция усиленно искала республиканских шпионов, устроивших провокацию. На ночных улицах появились армейские патрули из корпуса генерала Корнилова, переброшенного с границы с Каганатом в ходе подготовки к летнему наступлению.