Чтение онлайн

Из моего кармана высунулся дымчатый котенок и мяукнул.

– Ой какая прелесть! Откуда он?
– Ингрид протянула руку и тут же отдернула руку, когда ее ударило разрядом статики. Запахло озоном. Элементаль испуганно зашипел и тут же налил лужу прямо мне в карман.

– Этот шметерлинг - "ссущность" бури.
– прошипел я, скинул испорченную куртку и пересадил котейку в кожаную сумку.

– Элементаль?!
– хором воскликнули Рене и Ингрид.

– Типа того. Поехали?
– Я уже залез на лошадь.

До Царьграда оставалось еще пол дня пути

В тот день только три человека осознали произошедшее, кроме членов моей группы. Ой, прошу прощения, случайно ввел в заблуждение. Трое разумных существ, так будет корректнее.

Весь шторм Жанна Арк-ан-Сьель провела в море. Точнее под ним. Пока повелители вод и маги ордена спасали Оркус и армии кланов, ее драккар спокойно лежал на глубине тридцати метров. Четверо волшебников удерживали защитный купол вокруг корабля. А она расслабленно лежала на влажном песке морского дна и слушала, что поведают ей волны.

Первый всплеск дикой магии воздуха случился около двадцати лет назад. Повелители вод были встревожены не на шутку. Сила шторма, спровоцированного выбросом магической энергии была сопоставима с мощнейшими ураганами северных морей. К счастью, тогда буря ушла в сторону безлюдного, опустошенного войной с богами Гелласа. После этого республиканскими повелителями вод была организована постоянная сеть наблюдения.

Воздух был близкой для водных магов стихией, а море всегда чутко реагировало на ветер. Поэтому несколько лет спустя Республике удалось избежать многих жертв, когда южные острова архипелага оказались во власти урагана. К глубочайшему сожалению повелителей вод, центр прорыва волшебства располагался совсем недалеко от Республики. Изменить это было невозможно.

Как известно, если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе. И начались лихорадочные поиски места для переселения. У каганата были выкуплены территории вокруг Булони. Основано несколько поселений на континенте Аэрин, засушливом и покрытом вулканами. Но этого было мало. Прокормить всех жителей эти земли не могли.

Тогда консулы обратились за помощью к империи Нидерле и получили категорический отказ. Правителю двуединого государства Царьграда и Конунгбурга, сюзерену Ароса и Оркуса было абсолютно неинтересно помогать своим главным торговым конкурентам.

Третий шторм окончательно превратил южные острова в необитаемую пустыню и уничтожил часть восточных департаментов. По расчетам, следующий должен был стать для обитателей островов последним. И вот тогда началась подготовка к вторжению. Строились корабли, ковалось оружие, выбирались места для эвакуации. Сеть шпионов опутала Нидерле. Консулы старались как могли. Сезар готовился к войне. Красси просто подкупил магистрат Оркуса. Помпадур пропадал то в каганате, то в королевствах запада и севера в поисках союзников.

Но буря пришла раньше обещанного...

Жанна оторвалась от размышлений. Волны начали бить в унисон. Море и ветер наконец-то помирились и решили поиграть с сушей.

В поведении бури было что-то странное, она двигалась не так как предсказывали расчеты. Что-то манило ее на юге Империи. Жанна улыбнулась, тем лучше! Вместо того, чтобы только опустошить побережье, ураган уничтожит противника полностью. И звериным воинам кланов достанется вся страна целиком.

А потом ураган исчез. Не рассеялся, исчерпав свои силы. Он не был сломлен, и раздавлен противоположной ему силой. Пропала дикая магия питавшая и направляющая его. Как исчезает из стакана путника жарким летним днем вода. Пришедшая Жанне в голову метафора, заставила ее вздрогнуть. Интуиция подсказала что именно это и случилось. Ураган просто-напросто выпили досуха. Не оставили даже капли магии воздуха на дне!

Кто мог это сделать? Ответ только один - люфтфервальтенд. Ни один волшебник не мог поглотить энергию чуждой ему стихии. Как? Уровень мастерства для того, чтобы подчинить себе такую силу был ей непредставим. Идея о том, что буря сама хотела найти себе хозяина, ей в голову даже не пришла.

Третий вопрос был самым главным. Как маг теперь распорядиться этой силой, какое воплощение она найдет? Неизвестно. И эта неизвестность пугала мадемуазель Арк-ан-Сьель.

А в этот момент, сущность бури наконец согрелась и тихонько мурлыкала, засыпая в сумке.

Последняя сотня выживших бойцов армии великого княжества Арос были заперты воинами республики в одном из многочисленных ущелий восточных склонов Картийских гор. Клан Лиса был достоин своего тотемного животного. Воины преследовали партизанский отряд Трикса день и ночь. Не давая спокойно отдыхать, заставляя, бросать обозы и убивая, убивая, убивая... Хотя, посмотрим правде в глаза, больше половины потерь составляли дезертиры и раненые, которых приходилось оставлять.

Горцы не очень рвались помогать республике. Но память о жестоком подавлении мятежа гордым сыном кочевого народа Вестфолла, Триксом Треллони, толкала их на путь мести.

Холмы, покрытые труднопроходимыми лесами, бурлящие горные речки - мелкие, всего по пояс. Но течение в которых сносило с ног. Комары, волки, стрелы местных, вылетающие внезапно из кустов, топоры воинов Лиса. Все требовали дань кровью.

На десятый день преследования Трикс понял, что бежать дальше, как заяц, просто нельзя. Сил не оставалось ни у кого. Даже двужильный Тайскринн начал прихрамывать. Другой бы дал последний бой где-нибудь на поляне посреди леса всей тысяче, или сколько их там теперь осталось, преследователей. Но герр Треллони был не таков! Он не был волком или тигром, чтобы сходится в схватке. Он не был псом, чтобы ползти на пузе и просить пощады. Он был хорьком. Злым. Хищным. Вонючим (я бы на вас посмотрел, после десяти-то дней бешенной гонки!).

И поступил Трикс, как хорек. Нашел щель, спрятался в ней, и шипел на окружающих, изредка выбираясь по ночам за пропитанием.

Наверное, никто из магов республики не смог бы гарантированно победить Тайскринна в бою один на один. Но пятеро второсортных волшебников и несколько сотен человек не оставляли ему шанса в открытом бою.

К утру первого дня у входа в ущелье возвышались неплохие укрепления. Лисы, бросившиеся с утра на штурм, оставили на камнях перед стеной пару десятков человек мертвыми призадумались, и перешли к осаде.