Чтение онлайн

И вот сейчас Кираг вновь видел перед собой ту, что приходила к нему во снах, о которой он грезил наяву, лишь ненадолго забываясь в объятьях других женщин. Калишская княжна стала еще прекраснее. Хотел ли он ее? Определенно. Он получит эту женщину во что бы то ни стало.

Эйлин улыбнулась, словно озарив теплым светом всех присутствующих. Она смущенно опустила глаза, теребя пояс голубого, расшитого речным жемчугом сарафана, и на ее нежных щеках выступил смущенный румянец.

– Прошу простить меня за опоздание, братец, - сказала она нежным, словно перезвон колокольчика голосом.
– Я не знала, что у нас гости.

– Дорогая сестрица, - улыбнулся ей Раен, указывая на место рядом с его супругой.
– Познакомься – это князь Кираг, владыка большого Туроского княжества, что лежит на Севере. Ну а это – моя сестра Эйлин, княжна Калишская.

– Рада познакомиться, князь Кираг, - уважительно поклонилась девушка, не поднимая глаз.

– Я счастлив познакомиться с такой красавицей, - ответил ей князь достаточно приятным баритоном. Воистину, голос нравился Эйлин гораздо больше, чем его хозяин.
– Князь Раен, вы по-настоящему богатый человек, ведь вас окружают два таких сокровища. Бриллианты чистой воды – прелестная жена и восхитительная сестра.

Кираг поднялся со своего места и, обойдя стол, подошел к Эйлин.

– Вы позволите сопроводить вас к столу, княжна? – спросил он, подавая руку девушке. Знал, что отказа не будет. Ни в чем.

– С радостью, - отозвалась красавица. Она вложила свои тонкие пальчики в его широкую ладонь.

«Только бы не запаниковать. Все будет хорошо. Бояться нечего» - мысленно убеждала себя Эйлин, направляясь к столу рука об руку с туроским князем. Уже, усадив девушку, Кираг не спешил отпускать руку, задержав ее в своей дольше положенного, потом нежно погладил пальчики и наконец поцеловал. Эйлин вся внутренне сжалась, почувствовав прикосновение его губ на своей коже. Отец-Заступник, в этот момент она готова была провести в саинарских степях не только год, но и всю оставшуюся жизнь, лишь бы подальше от этого человека. Княжна не понимала, почему туроский князь неизменно вызывал у нее страх, но своим интуитивным ощущениям привыкла доверять. Вернув, наконец, руку, она поспешила начать разговор, чтобы сгладить неловкость последнего момента.

– Князь Кираг, - обратилась к нему Эйлин, позволяя служанке наполнить свою тарелку.
– Вы проездом или вас привели к нам дела?

– У меня неотложное дело к вашему брату, княжна, - усмехнулся Кираг.
– Ведь он является вашим официальным опекуном, не так ли?

– Именно так, князь Кираг, - Эйлин пыталась ничем не выдать своего волнения. – Однако, я не понимаю, какое отношение имеет опекунство моего брата к вашему делу?

– Дело в том, прекрасная княжна… - Кираг снова попытался взять ее руку в свою, но Эйлин поспешила вооружиться столовыми приборами.
– Все дело в том, что я намерен попросить у него вашей руки.

– При всем моем уважении, князь Кираг, - вмешался в разговор брат, - я обещал нашему отцу перед его смертью, что Эйлин сможет выйти замуж по своему выбору или, как минимум, согласию.

Карие глаза заледенели. Северному гостю не понравился ответ Раена, его не устраивал подобный расклад, но он продолжил тем же ровным любезным тоном:

– Тогда мне стоит переадресовать свой вопрос, князь. – Кираг посмотрел на девушку и улыбнулся. Но то была не искренняя улыбка, а лишь вынужденная вежливость.
– Княжна Эйлин, не окажите ли вы мне честь, стать моей княгиней?

В темно-карих глазах она увидела такое, что ей захотелось сбежать из зала. Определенно, князь Туросии не привык спрашивать женщину, а уж что-то у нее просить было для него чем-то постыдным. Теперь между ними стояло не только сватовство, но и унижение Кирага, которое он не забудет.

Ответ последовал не сразу, с некоторой заминкой.

– Ваше предложение настолько неожиданно для меня, - заговорила Эйлин, тщательно маскируя свой испуг под растерянность, - что я право не знаю, как вам ответить.

– Я не тороплю вас с ответом, - быстро добавил туроский князь, видя замешательство своего наваждения.
– И я готов подождать.

– Лишь через месяц мы будем праздновать мое восемнадцатое лето. Вы, безусловно, достойный во всех отношениях человек, князь, - Эйлин, пытаясь уговорить князя, даже сама положила ладошку на его руку, - но я бы хотела просить вас об отсрочке…

– Как долго мне ждать, прекрасная Эйлин? – было видно, что Кираг едва сдерживает гнев. Его глаза потемнели еще больше, губы сомкнулись в упрямую линию, а лежащая на столе рука сжалась в кулак так, что костяшки пальцев побелели.

– О-о, если бы вы были столь великодушны! – воскликнула девушка, внутренне ликуя, ведь туроский князь сам своими словами загнал себя в ловушку.
– Я бы просила об отсрочке в год и один месяц длиной. И в день своего девятнадцатого лета, я с радостью стану вашей женой, князь Кираг, если ваше желание останется таковым.

– Можете не сомневаться, княжна, - Кираг отвечал сдержанно и даже холодно, не смотря на ярость, клокотавшую у него внутри. Подумать только! Он, князь Великого княжества, армия которого за день сравняет всю Калишу с землей, пошел на поводу у девчонки. Но, видят Боги, она достойна этого ожидания. Он подождет, а уж потом пощады не будет.
– Мои намерения останутся неизменными.

– Я благодарна вам, князь, за понимание, - как можно теплее улыбнулась ему Эйлин, и его сжатые губы дрогнули в подобии ответной улыбки, - вы такой чуткий человек!

– Не стоит благодарностей, княжна, - ответил Кираг чуть мягче.
– Это ожидание станет для меня невыносимо трудным испытанием. Вы слишком большое искушение, Эй-лин.

Последние слова он сказал, глядя ей в глаза. А от того, как князь по слогам произнес ее имя, у Эйлин по спине побежали струйки холодного пота, а внутри все похолодело от ужаса.

– Что же, раз мы уладили дело, по которому я сюда прибыл, - казалось, к Кирагу вернулось хорошее расположение духа, но Эйлин чувствовала, что это ощущение ошибочно. Князь не просто злился, он был в бешенстве. И именно поэтому сейчас сбегал, чтобы не испугать прежде времени свою будущую жену, - то я предпочту откланяться. До скорой встречи через год и месяц!

С этими словами туроский князь покинул светлицу. Молчание нарушали лишь короткие отрывистые приказы Кирага, доносившиеся со двора, потом скрип ворот, топот копыт и дальше все смолкло. Первым нарушил тишину брат.