Цыц!
Шрифт:
— Я должна ему сочувствовать или радоваться за него?
— Ты ничего не должна, но он хороший парень! Я редко говорю так о нашем брате артисте, но это правда. Из интеллигентной семьи, по первому образованию биолог, умный, что тоже редкость…
— Мамочка, я не хочу!
— Лилёнок, ты же с ним не знакома! А я бы хотела, чтобы ты приехала к нам в Минск на выходные, чем черт не шутит…
Если бы ты знала, мамочка, как со мной пошутил черт!
— Нет, мамуля, я не смогу при всем желании. В субботу у меня две презентации.
— Лилёнок!
— Мамочка, но я просто обязана там быть!
— Ну, как хочешь… Ничего, я что-нибудь придумаю.
Лиля прекрасно знала, что придумает мама. Леонтович в отличие от Полины Сергеевны живет в Москве и мама непременно передаст с ним какой-нибудь белорусский сувенир. А тот либо забудет, либо передаст его через десятые руки. Это в том случае, если мама не вступила с ним в заговор… Почему бы ей не объяснить брошенному красавцу, что развод — это трамплин? Или в качестве подкидной доски выбрали меня? Ну что ж, если так, то я вместо себя подсуну, пожалуй, кого-нибудь из наших незамужних девчонок. Думаю, на Леонтовича клюнет любая… Хотя у наших вкусы иногда странные…
Ринат терпеть не мог работать в самолете. Но частенько не было выхода. Вот и сейчас он летел в Гонконг с ноутбуком. Если ситуацию в Гонконге не удастся разрулить за два дня, то придется еще лететь в Сингапур, а не хотелось бы… Почему-то тянет в Москву, к этой смешной дурочке… Она боится напомнить мне, что мы знакомы. Чудачка, но какая милая… И умненькая вроде бы. И хорошенькая. Конечно, ей далеко до Полины… Но после встречи в Париже, она стала далеким прошлым. Но, похоже, это рок… Надо ж было мне попасть на ее дочь… смешно, ей Богу… И она мне здорово нравится… Нравится то, что будучи вполне привлекательной, не пошла в актрисы. Нравится, что хорошо разбирается в своем деле. А впрочем, к чему это все? Она мне просто нравится, потому что не похожа на других баб, которые встречались на моем пути. Ерунда! Нравится, потому что нравится и все! Точка. Хочет делать вид, что она не она, пусть. Я ей подыграю. Если ей так легче, что ж… Вполне могу простить ей эту маленькую и вполне невинную ложь. А вообще-то она лгать совсем не умеет. И этим тоже очаровательна. Интересно, как взглянула бы Полина на эту ситуацию? А впрочем, мне на это уже наплевать.
На работу, если не было каких-то сверхсрочных дел, Лиля обычно ездила к одиннадцати. У них это разрешалась. Марина считала — главное, чтобы работа была выполнена. А где именно ее выполнять, это не так важно. Тем более, что иной раз рабочий день затягивается до глубокой ночи. Поэтому с утра Лиля работала дома. С восьми до десяти она многое успела. И уже собралась выходить из дому, как звонил телефон.
— Алло!
— Лиля, это Артем!
— Привет, — недрогнувшим голосом отозвалась она.
— Лиля, прости меня…
— Давно простила.
Ее тон ужасно ему не понравился.
— Лилечка, милая, надо встретиться… Поговорить.
— О чем?
— О нас…
— О чем тут говорить?
— Лиля…
— Что Лиля? — не без раздражения переспросила она.
— Лилечка, ты сердишься, значит, ты не права.
— Я не Юпитер!
— Короче, когда и где?
— Никогда и нигде! — выпалила она. Ей вдруг весь этот краткий роман показался несусветной глупостью.
— Лиля, но что случилось?
— Зинаида Гиппиус говорила — если надо объяснять, то не надо объяснять!
Если он сейчас спросит, кто такая Зинаида Гиппиус, я брошу трубку.
— Лиля, так нельзя… Я виноват, но высшей меры никак не заслуживаю. Я настаиваю, нам надо встретиться и я попробую объяснить тебе, несмотря на Зинаиду Гиппиус… черт бы ее взял вместе с Мережковским.
Это Лиле понравилось. Она была девочкой из интеллигентной семьи. Интересно, а Ринат слыхал про Зинаиду Гиппиус? Скорее всего нет. К тому же он уехал, и еще я его боюсь.
— Ладно, давай встретимся. После работы.
— Я за тобой заеду. Во сколько?
— Позвони мне часов в шесть, я скажу.
— Спасибо!
Странно, подумала Лиля. Он же мне так нравился… У него такой голос… А я больше не вибрирую… А Ринат… Стоит только мысленно произнести его имя и такая вибрация начинается… Как будто я мост, а по мосту идет в ногу рота солдат. Или роты мало, чтобы мост рухнул? Надо полк? Боже, какая я дура… И как все странно в жизни. Разом пусто, разом густо… Опять зазвонил телефон. А это кто?
— Лиль, ты еще не ушла? — спросила Мила.
— Выхожу. А что?
— Хочешь, до работы подброшу? Мне как раз в ту сторону?
— Хочу!
— Тогда через десять минут спускайся!
— Договорились!
Такое случалось нередко. На пути от ее дома до издательства риск попасть в пробку был минимален. Лиля уставилась в зеркало. Наверное, не стоит совсем отвергать Артема… Хотя о замужестве речи уже быть не может. А почему? Я что, собралась замуж за Рината? Глупости какие… Я просто не хочу замуж! Вообще! Я хочу прыгать с трамплина… Мне это понравилось… Я наверное слишком рано вышла замуж и мне было так скучно… А прыгать с трамплина весело и кто знает, вдруг я выиграю в этом виде спорта очень ценный приз? Какой приз ты хочешь выиграть, идиотка? Рината? Да, очень ему нужна не первой молодости московская пиарщица… С его-то возможностями… Чушь собачья.
— Лиль, ну ты где? — позвонила снизу Мила.
— Прости, бегу!
— Ты чего такая? Что-то случилось за ночь?
— Нет. Просто только что позвонил Артем. Хочет встретиться.
— Пойдешь?
— Пойду, — немного неуверенно проговорила Лиля.
— Большого восторга не слышу. Концепция что ли поменялась, как в том анекдоте? У нас опять Ринат в предмете?
— Да нет… Сама не знаю… А впрочем, не буду ничего загадывать…
— Правильно. Кстати, мне сегодня приснилось, что ты заблудилась в джунглях…
— Фу, какая гадость… Не хочу в джунгли.
— Никто тебя туда и не гонит. Кстати, а давай-ка мы с тобой в этом году махнем куда-нибудь в теплые края? Ты теперь девушка одинокая, никакие мужья под ногами не путаются, поедем вдвоем…
— Но я смогу только после ярмарки. Не раньше середины сентября.
— Роскошно! А куда, Лилька?
— Мне в общем-то все равно, лишь бы теплое море. Только в Турцию не хочу.
— Ну еще бы! Твой муженек обожал эту Туретчину. Можно в Грецию, можно в Испанию, в Израиль, в Тунис, в Египет…