Чтение онлайн

Перед ним, угрожающе вращая полуметровыми глазищами, мотая тремя здоровенными головами и сильно дыша огнем из трех жуткого вида зубастых пастей, стоял, переливаясь в свете яркого пламени гладкой серо-зеленой блестящей чешуей, огромный, непостижимый, ужасный бегемот.

Иван вытаращил глаза не хуже новоявленного зверя, потом закрыл их и снова открыл: однако трехголовый бегемотище остался на месте, мотая в разные стороны своими головами — каждая с пивную цистерну величиной, — скрежеща зубами — как у акулы, в несколько рядов, — и время от времени облизываясь тремя змеиными раздвоенными языками.

Постояли, помолчали. Иван стал потихоньку приходить в себя. Бегемот… как бегемот. Большой, конечно, спору нет, даже огромный… и голов у него целых три, и чешуя, и огонь… но в остальном-то — обычный зверь, такие в Африке водятся. Вот только зубы великоваты, пожалуй. Все впечатление зубы портят.

Изучаемый Иваном бегемот тем временем смирно стоял на месте, только переминался с ноги на ногу и пошевеливал головами. Даже огнем пыхать перестал.

Потом все его шесть глаз уставились на Ивана, видимо, только сейчас впервые его заметив. Три морды приняли вид разочарованный и даже обиженный. Средняя голова слабо дохнула огнем и заговорила гулким басом:

— Это что же такое я вижу?! Как это, пардон, прикажете понимать?! А где остальные?.. Где люди? Где лошади? Где девицы, наконец?!.

Иван оторопел.

— Какие девицы?.. — ошалело спросил он.

— Ты что, маленький? — укоризненно спросила правая голова приятным баритоном. — Всем известно, что конь — на обед, молодец — на ужин…

— А девицы? — машинально повторил Иван. Левая голова конфузливо хихикнула. Средняя покосилась на нее строго и сказала, обращаясь к Ивану:

— Девицы — на завтрак, разумеется. Что же я, по-твоему, не завтракаю?

— Да нет, я так… — смешался Иван, потом спохватился: — Эй, да это из байки про Змея Горыныча!.. А ты-то…

Он замялся, пытаясь подыскать нужное определение. Левая голова бегемота хмыкнула, правая сплюнула, средняя укоризненно покачалась.

— Ну вот, — грустно сказала правая, обращаясь к средней. — Опять какой-то мифический Горыныч… Приходят тут всякие невежи, несут разную ерунду… Надоело.

— Надоело, так не ешь! — гаркнула средняя голова. — Пойди грибов погрызи. Понравились небось в прошлый раз грибы-то?..

Левая голова опять хихикнула, а правая отвернулась в сторону и, фигурально выражаясь, повесилась. Наверное, с грибами была связана какая-то неприятная для нее история.

Левая голова хихикнула громче.

— А ты чего регочешь? — набросилась на нее средняя. — Кто в прошлый раз на пригорке всю траву сожрал, а? Говорили же — не надо, дурья твоя башка, плохо будет от травы! И что вышло?..

Левая голова сконфуженно хрюкнула.

Ивану это надоело.

— А ну кончай трепаться! — гаркнул он.

Все три головы разом посмотрели на Ивана. Ушки, непропорционально маленькие по сравнению с остальными частями тела зверя, встали торчком.

— Прекращайте лишние разговоры, — тоном ниже сказал Иван. — Давайте биться.

Бегемот целиком удивился.

— Чего делать? — высоким тенорком спросила левая голова.

— Ну, сражаться… Подходи! — Иван взмахнул мечом. Головы переглянулись.

— Может, он это… того? — нерешительно спросила правая и выразительно пошевелила ушами.

— Нет, он просто не в курсе. И к тому же невоспитан, — Лазала средняя, грустно улыбнувшись.

— Пойми, — сказала она, обращаясь к Ивану. — Здесь давно никто не бьется. Город присылает нам излишки — то, что ему не нужно, а я даю в обмен то, что не нужно мне. Вот и все. Спокойно, тихо, без хлопот.

— Я те дам — без хлопот, — сказал Иван, помахивая мечом.

— Вот втопчу тебя сейчас в землю, — грустно сказала средняя голова бегемота, — тогда узнаешь… И не по пояс втопчу, а по самую маковку!

— Да иди ты! — обиделся Иван. — Тоже мне животное…

— Ну все, — кротко сказала правая голова. — Придется тебя съесть.

— О! — обрадовался Иван. — Другое дело. А то все разговоры, разговоры…

— Вот дурак, — с досадой сказала правая голова, — а туда же — битву ему подавай…

— Парень, ты что, ничего не понял? — укоризненно сказала левая голова. — Тебя ж просто используют! Ты же небось вообще не в свой город попал и не заметил даже, а они, молодцы такие, не растерялись: видят — перед ними дурень, так надо его, дурня этого, послать куда поближе, и он, дурень этот, за нас всю работу и сделает… а мы сразу двух зайцев убьем — и дурня, и бегемота… Хорош каламбурчик? — хихикнула вдруг голова.

— Как это — не в свой город? — потерянно спросил Иван. — А где же тогда мой?..

— Этого я не знаю, — развела ушами левая голова. — Надо было на речке спрашивать…

— Да на какой речке? — заорал Иван. — Не было никакой речки!..

— Была речка, была, — успокаивающе сказала правая голова. — Не знаю только, какая там тебе положена: огненная, студеная, песчаная, высохшая… не суть важно. Главное — без речек тут у нас не обойдешься…

— Вот ты спросонья ввалился не в свой город, — вступила в разговор средняя голова, — а тебе сразу и предложили: иди, мол, на битву, а мы тебе награду… Было дело?

— Было, — признал Иван.

— То-то, — довольно кивнула голова. — С наградами у нас тут дело обстоит хорошо. Правда, не всегда дают то, что обещают…

— Это если неправильно просишь, — вставила левая голова.

— А я ничего и не просил, — возразил Иван.

— Да? — хмыкнула средняя. — Мне кажется, ты ошибаешься. Это только во сне не совсем волен поступать так, как хочешь, а здесь…

— А зачем ты вообще сюда биться пришел? — перебила правая голова. — Неужто из-за этой самой награды?