Чтение онлайн

— Ваша сестра уже взрослая. — Ник нажал скрытую кнопку, открывавшую секретную панель. — Почему бы вам не позволить ей принимать собственные решения?

— В большинстве случаев Цинния способна распознать характер человека. — Лео осторожно ступил в потайной офис. — Но вы — схематик.

— Она вам сказала? — Ник пересек комнату, чтобы открыть дверь маленькой личной ванны.

— Да.

Ник разглядывал свою разбитую губу в зеркале над раковиной. Тонкая струйка крови текла по подбородку. Он открыл воду.

— Какое значение имеет то, что я схематик?

— Вы серьезно? Быть схематиком уже само по себе достаточно плохо. Но в довершение ко всему Цинния выказывает схематикам особое расположение. — Лео начал шагать по комнате. — Она чувствует жалость к ним. Думает, что они чувствительны, и их не понимают. Бог знает почему.

Ник посмотрел на свое отражение. Глаза, которые смотрели на него из зеркала, могли бы принадлежать призраку. Чего бы он ни хотел от Циннии, но только не жалости.

Он наклонился над раковиной, чтобы смыть кровь.

— Ваша сестра говорила вам, что мы партнеры?

— Партнеры? Это все чертова синергия, и вы это знаете. — Лео ткнул в него пальцем. — Парни вроде вас не заключают партнерства, особенно с такими женщинами, как Цинния. Вы используете людей.

Ник закончил смывать кровь и вытерся полотенцем.

— Что вы знаете о таких мужчинах, как я?

— Вы — талант-схематик и вы управляете казино. По мне, так этого вполне достаточно. Слушайте, я пришел сюда сказать вам, чтобы вы оставили мою сестру в покое.

— Почему бы вам не сказать ей, чтобы она оставила в покое меня?

— Я пробовал сделать это. — Лео сдвинул брови. — Но она вбила себе в голову, что должна узнать, кто убил Морриса Фенвика, и верит, что вы можете помочь ей. Проблема заключается в том, что если Цинния решает что-то сделать, ее почти невозможно отговорить. Ей свойственно упрямство.

Ник сочувственно улыбнулся:

— Я заметил.

— Вы соблазнили ее прошлой ночью, не так ли? Отвезли ее в старое имение Гаррета и там добились своего.

— Я ездил с ней в новое имение Частина, а не в старое имение Гаррета.

— Проклятие, мне все равно, как вы его называете. Я знаю, как вы заполучили этот особняк. Для людей в нашем городе он всегда будет старым имением Гаррета. И я говорил не об этом, а о том, что вы сделали с моей сестрой.

— Цинния сказала вам, что я соблазнил ее?

— Она отказалась обсуждать это. — Лео вышагивал вперед-назад. — Сказала, что это не мое дело. Она думает, что может справиться с вами. Но я видел сегодняшний выпуск «Синсейшен». Как и почти все остальные в Нью-Сиэтле. То, чем вы с ней занимались, весьма очевидно.

— Я сожалею о фотографии в газете. — Ник бросил полотенце в корзину. — Я пробовал предотвратить это.

— Она сказала мне, что вы вынули пленку из камеры фотографа, но очевидно, что вы этого не сделали. Вероятно, вы солгали ей.

— Зачем мне лгать?

— Будь я проклят, если знаю. — Лео пожал плечами. — Вы — схематик. Какой дьявол может знать, что у вас на уме? Возможно, вы хотите, чтобы ее имя связывали с вашим. Возможно, вы решили, что это — отличный способ гарантировать ее сотрудничество в этом так называемом партнерстве. Я предполагаю, что она нужна вам, чтобы помочь найти тот журнал, который вы ищете.

— Неплохая теория заговора. — Ник выключил свет в ванной и подошел к столу. — Если бы я не знал наверняка, то решил бы, что вы сами имеете задатки таланта-схематика.

— Частин, я хочу, чтобы вы оставили мою сестру в покое. Вы слышите меня?

— Я вас слышу. — Ник остановился у края стола. Опершись руками о крышку, он подождал, пока Лео не посмотрит на него. — Но вы только что сами сказали мне, что ничто не остановит Циннию, если она решит что-то сделать.

— Она всегда была независимой. — Рот Лео вытянулся в мрачную линию. — Но после смерти наших родителей, клянусь, она выработала стальную силу воли. Именно ей пришлось заниматься банкротством, которое к тому же сопровождалось грязными публикациями в газетах. От других членов семьи не было никакого толку и даже хуже — тетя Вилли и другие бесновались, злились и вели себя так, будто потерять компанию куда страшнее, чем потерять родителей.

— Ясно.

— Большинство наших родственников постарались скрыться. Они заявили, что не могут терпеть подобное унижение. Именно Циннии пришлось иметь дело с ломившимися в двери кредиторами, репортерами и другими хищниками.

— Такой опыт либо закаляет, либо разрушает человека.

— Да, но на этом неприятности не закончились. Полтора года назад она влипла в другую историю.

— Итонский скандал.

Лео остановился у стены и ударил по ней ладонью:

— Итоны использовали ее, чтобы скрыть свои сексуальные игры втроем с политиком Дарией Гардинер из партии «Нравственные ценности основателей». Газеты представили все так, будто у Циннии была связь с Рексфордом Итоном. Но все это сплошная ложь.

— Итоны с Дарией Гардинер играли в любовь на троих? Интересно. — Ник отложил в памяти этот факт, чтобы проанализировать позже. Во время последней избирательной компании Гардинер пыталась использовать «Частин Пэлас» как пример той разновидности бизнеса, которую была намерена искоренить в Нью-Сиэтле.

— И теперь у членов семьи хватает наглости оказывать давление на Циннию, чтобы она вышла замуж за состоятельного человека. Они не заботятся о ее счастье. Их заботит только восстановление их положения в обществе.

Ник слушал, как изливается долго сдерживаемая злость. Гнев Лео вибрировал в воздухе. Удар в челюсть несколько минут назад был следствием не только фотографии, опубликованной в сегодняшнем выпуске «Синсейшен». Это была кульминация копившейся в младшем брате на протяжении нескольких лет досады на свою неспособность защитить сестру.

— Лео, я понимаю, о чем вы мне говорите. Я знаю, что вы хотите позаботиться о Циннии. Как и я. Но как вы сами сказали, она настроена найти убийцу Фенвика. Это может быть опасным занятием.