Чтение онлайн

Цинния сделала несколько шагов вперед и остановилась. Она была слишком удивлена, чтобы ясно мыслить.

— Как ты узнал об этом?

— Как я узнал? Вот как я узнал.

Мощь огромной сырой волной ударила по плоскости подсознания.

Схематик искал концентратора.

Требовал концентратора.

Охотился на концентратора.

Взывал к концентратору.

Цинния прекратила дышать, когда почувствовала присутствие психического поиска. В этом было что-то волнующе знакомое. Кто-то тянулся к ней как никакой другой талант когда-либо. Инстинктивно она ответила совершенно четким кристаллом. Поток великолепной силы обрушился на него, проявляясь в больших волнах управляемой психической энергии.

Она знала этот талант. Она знала этого мужчину.

— Это был ты, — прошептала Цинния. — Ты вампир.

Она оборвала фокусную связь, а затем включила свет. Почему-то такой простой поступок застал Ника врасплох. Инстинктивно он подавил рвущуюся бурю сконцентрированной им в плоскости подсознания силы. Созданный Циннией кристалл сверкнул и исчез.

— Великолепно! Просто здорово! — Цинния всплеснула руками. — Достойный конец прекрасного дня. Я не позавтракала, потому что пришлось потратить утро на фанатичного профессора и скопище кровососущих растений. Я не пообедала, потому что должна была провести скучнейший вечер, фокусируя при обработке статистики. Я захожу домой, мечтая лишь о бокале вина и бутерброде, и что же меня ждет? Психический вампир в гостиной. Это уже слишком. Я — пас.

Она послала Нику испепеляющий взгляд, а потом гордо прошла на кухню. Она дернула дверцу охладителя и достала бутылку зеленого вина.

Ник быстро переоценивал кое-какие факты, наблюдая, как она роется в выдвижном ящике в поисках штопора. Все шло не так, как он запланировал. Он ненавидел подобные ситуации. С тех пор, как он понял, что журнал — подделка, он думал только о том, как обвинит в этом Циннию. Он испытал жуткую ярость, когда понял, что остался в дураках. Но разочарование от очередной неудачи в поисках было и того хуже. А от мысли о предательстве Циннии все внутри переворачивалось.

Она его подставила. Другого логического объяснения не было. О н так и не понял, почему ему стало так больно, когда сегодня с утра он заставил себя признать правду. Он уже очень, очень давно не разрешал кому-то или чему-то так сильно на себя влиять. Он пришел в бешенство оттого, что так эмоционально отреагировал, а ведь должен был предвидеть такую возможность с самого начала. Ему вообще не следовало доверять Циннии.

Однако несмотря на факты, в тот момент ему больше всего хотелось дать ей шанс оправдаться. Раньше, когда он размышлял в своем секретном кабинете, он представлял дюжину разных вариантов этой встречи. И в каждой она отчаянно, изо всех сил убеждала его, что Полли и Омар обманули и её тоже. Ему хотелось, чтобы она умоляла, говорила о своей невиновности. Хотя логика подсказывала, что Цинния увязла в подлоге по самые её изящные ушки.

— Где настоящий журнал? — очень мягко спросил он. — Ты его кому-нибудь продала? Или оставила себе? Ты купилась на ту старую сказочку о том, что экспедиция отца нашла богатейшее месторождение огненного кристалла? Ты думаешь, что журнал выведет тебя к тому месту? Если так, то ты совсем не так умна, как я предполагал.

— Боже, неужели я могу пасть в твоих глазах еще ниже, чем уже есть?

— Никто не может предать меня и избежать наказания, Цинния.

— Частин, не сотрясай воздух понапрасну, пытаясь запугать меня. — Она обошла вокруг барной стойки, держа бокал с вином за длинную ножку, подошла к старинному дивану около окна и опустилась на него с радостным вздохом. Облокотясь на спинку, она вытянула ноги на подушках. — Я так устала, что у меня нет сил бояться.

— Лучше бы тебе собраться с силами, так как я не шучу.

Она медленно и задумчиво отпила глоток вина и посмотрела на Ника поверх бокала:

— Если журнал, который ты купил вчера вечером у Полли и Омара, — фальшивка, тогда я в полном недоумении, как и ты.

— Ты подготовила сделку. — Прямой взгляд Циннии нервировал его. — Ты принимала участие в операции. Единственное, чего я никак не пойму, почему, пять кругов ада, ты думала, что тебе это сойдет с рук?

Она подложила руку себе под голову:

— Ты действительно веришь в эту ерунду или это просто свойственная схематикам паранойя даёт о себе знать?

— Я не параноик, — сказал Ник сквозь зубы. — Но я очень хорошо определяю структуры, даже без помощи концентратора. Не надо быть талантом-схематиком, чтобы увидеть связи в данной ситуации. Даже маленький ребенок, взяв карандаш, сумеет понять, что к чему, и связать концы с концами.

— Тогда я предлагаю тебе пойти поискать маленького ребенка, так как у тебя самого плохо получается. — Она сделала второй глоток вина и закрыла глаза. — Господи, как же я устала. Ненавижу статистику.

Ник пришел в ярость. Он вскочил со стула и подошел к дивану.

— Смотри на меня, черт возьми.

Она открыла глаза.

— У меня нет настроения, мистер Частин.

Он сел на диван и выхватил бокал из ее руки.

— Ты действительно думала, что несколько поцелуев и обещание хорошего секса собьют меня с толку?

— Какое еще обещание? Я согласилась только на ужин. — Она приподняла брови в смешливом изумлении. — Кстати об ужине. Полагаю, что сегодняшнее твое представление означает его отмену?

Ник услышал треск. Жидкость потекла по его руке. Он опустил взгляд и с удивлением обнаружил, что сломал хрупкую ножку бокала. Он уставился на руку, потрясенный столь очевидной потерей самоконтроля. Кровь и зеленое вино капали с его пальцев на деревянный пол.

— О, святые небеса. Посмотри, что ты наделал. — Цинния поднялась с дивана и пошла на кухню. — Подойди к раковине. Я помою тебе руку, а потом ты можешь убираться в свою пещеру.

Гнев и отчаяние выплеснулись из него в возгласе:

— Цинния!

Он мысленно потянулся к ней, как утопающий за соломинкой. Ник ощутил знакомую пространственную дезориентацию. На него нахлынуло чувство облегчения, когда он уловил ее отклик. Как жаль, что он не сидит. Ничем неограниченная близость сбивала с ног.

Цинния ничего не сказала. Она открыла кран и построила кристалл в плоскости подсознания. Он был совершенно прозрачным и очень мощным. На этот раз Ник не спешил. Он чувствовал, что кристалл сможет выдержать полный диапазон его таланта. Еще никогда в своей жизни он не использовал свой психический талант на полную мощность. Больше он не мог сопротивляться и нетерпеливо послал талант, преломляя его через грани кристалла. Конструкция в подсознании даже не дрогнула. Он направил поток необработанной психической мощи и преобразовал его в точно настроенные волны энергии. Эта энергия могла быть использована им так же, как его руки или уши, или глаза. Энергия была столь же естественна и управляема, как любые другие его чувства.