Чья правда?
Шрифт:
Айдаровъ.
Н?тъ, я этого не могу допустить. Ужь это было бы слишкомъ малодушно... и все-таки безполезно.
Марья Ивановна.
Ну, такъ, по крайней м?р?, мы вм?ст? выдержимъ угрозу. (улыбаясь) Помните, какъ въ д?тств? бывало?
Айдаровъ.
Вы все еще сомн?ваетесь во мн??
Марья Ивановна.
Н?тъ; но я хочу заодно съ вами отстоять наше счастье. Вы сказали, что сегодня переговорите съ Прасковьей Александровной. Условимтесь же теперь, въ какое время; в?дь мы уже больше не увидимся наедин?.
Айдаровъ (нер?шительно).
Я думаю, всего удобн?е вечеромъ, когда вс? разойдутся.
Марья Ивановна.
Хорошо. Такъ сегодня вечеромъ, (робко и умоляющимъ голосомъ) Вы будете тверды... не правда ли? Подумайте, этой одной тяжелой, невыносимой минутой мы купимъ покой и счастье на всю жизнь... (В?ра Серг?евна входитъ безъ шума и останавливается въ дверяхъ. Марья Ивановна видитъ ее и внезапно м?няетъ тонъ.) Сегодня ничуть не тепл?е вчерашняго; я смотр?ла: было двадцать градусовъ на солнц?.
Александръ Серг?евичъ съ удивленіемъ смотритъ на нее, оборачивается, видитъ сестру и подходитъ къ ней. Въ начал? сл?дующей сцены онъ въ явномъ смущеніи, теряется, тогда какъ Марья Ивановна вполн? влад?етъ собой.
ЯВЛЕНІЕ II.
Т? же и В?ра Серг?евна.
Айдаровъ.
В?ра! Ты такъ тихо вошла... Ты... раньше обыкновеннаго сегодня...
В?ра Серг?евна.
То есть, поздн?е. Я проспала... У меня вчера голова бол?ла. А жаль: день ясный, можно бы хорошо поработать (подходитъ къ мольберту и открываетъ картину).... А ты давно зд?сь?
Айдаровъ.
Н?тъ, я только-что... Я тоже поздно всталъ, посл? вчерашняго бала.
В?ра Серг?евна (многозначительно Марь? Ивановн?).
И вы только-что пришли?
Марья Ивановна (сначала смотритъ на каминные часы, потомъ отв?чаетъ совершенно равнодушно)
Теперь десять минутъ одиннадцатаго, а я была уже зд?сь въ четверть...
В?ра Серг?евна (перебивая).
Довольно! Къ чему такой подробный отчетъ (садится и принимается писать)... Что же это самовара еще н?тъ? Не усп?ли вел?ть подать, или забыли?(Марья Ивановна звонитъ. Входитъ лакей.) Самоваръ!
Лакей уходитъ и возвращается съ самоваромъ. Марья Ивановна садится къ столу и завариваетъ чай. Александръ Серг?евичъ сидитъ напротивъ нея.
В?ра Серг?евна (черезъ плечо).
Чаю мн?, скор?й!
Марья Ивановна наливаетъ ей чашку, несетъ и ставитъ на столикъ около мольберта. Въ боковую дверь входитъ Сотниковъ.
ЯВЛЕНІЕ III.
Т? же и Сотниковъ.
Сотниковъ (въ дверяхъ).
Только трое на лице? А я думалъ, что перещеголялъ сегодня самыхъ отчаянныхъ лежебоковъ и л?нивцевъ. Здравствуйте! (здоровается со вс?ми и садится къ столу.) Все мои проказы вчерашнія... В?дь я стариной тряхнулъ: танцовалъ... право...
В?ра Серг?евна.
Неужели, дядя?
Айдаровъ.
Да, и можно сказать, что дядюшка вс?хъ нашихъ кавалеровъ за поясъ заткнулъ.
Сотниковъ.
Ну это, брать, не мудрено. Всего-то васъ два съ половиной челов?ка танцуетъ. Э... эхъ вы, нын?шніе!... Ну вотъ хоть бы ты, на прим?ръ,-- ну, къ чему ты на балы ?здишь? Всего-то ты дв?, три кадрили протанцовалъ вчера.
Айдаровъ.
Какой я танцоръ!... Я ?зжу на балы не по своей охот?...
Сотниковъ.
Дай то сказать, балы-то нын?шніе... Какъ это все изм?нилось, упало. Ну, хоть бы ужинъ вчерашній! (д?лаетъ гримасу.)...
Айдаровъ.
Разв? не хорошъ былъ?.. Я и не зам?тилъ.
Сотниковъ.
Ужина не зам?тилъ!.. Такъ посл? этого вы и не стоите лучшаго. Н?тъ, въ наше время не то было. Мы и поплясать охотники были, да зато и поужинать -- мастера. Насъ не посм?ли бы такъ кормить...
В?ра Серг?евна.
Значитъ, балъ не удался?
Айдаровъ.
Н?тъ, не то чтобы... Не хуже другихъ.
Сотниковъ.
Ну такъ хороши и другіе. По-моему, совершенно не удался. Оживленія никакого, вяло такъ все это... Да и не могло быть иначе. Въ мое время ни одна хозяйка не допустила бы, чтобъ ея баломъ фрачник? дирижировалъ,-- ужь непрем?нно нашъ братъ, гвардеецъ. Зато любо было посмотр?ть. Бывало, къ мазурк?
– - у насъ уже все огнемъ горитъ. А теперь и мундировъ совс?мъ не видать, рам? что за карточными столами, на старикахъ.