Чтение онлайн

– Я в душ, – объявляет Юра, закрыв за нами дверь.

– Хорошо, я пойду постель поправлю.

Оказавшись в спальне, первым делом вытаскиваю из кармана телефон и жадно читаю сообщение.

«Привет, принцесса, которую так нельзя называть. Помнишь меня?»

Моё сердце начинает биться с такой силой, что мне кажется, будто его стук способен услышать даже Юра, принимающий душ.

«Помню. Откуда у тебя мой номер?»

«От общих друзей. Но если ты против, я не буду тебе писать».

«Я не против. Это Юлька тебе дала?»

«Юлька мне не давала, да я этого и не хотел бы»

Я смотрю на экран и совершенно глупо улыбаюсь. Наиль не просто не поставил точку в нашем с ним небольшом безумии, но, наверное, хочет продолжения, раз уж пишет мне.

«Ты сейчас дома?»

И зачем я вообще об этом спрашиваю? Это ведь совсем не моё дело. Но мне нужно это знать, иначе точно не успокоюсь.

«Дома. А ты?»

«И я дома»

«Хорошо. Какие планы на завтра?»

«Пока не знаю. Может, по магазинам прогуляюсь. А вообще у меня концерт будет. Послезавтра».

«Вот как? И на чём играешь, помимо нервов?»

«На виолончели. Тебе такое нравится?»

«Честно? Вообще нет. Queen и всё такое, как ты помнишь»

Я помню. Даже успела перекинуть себе несколько песен этой группы, чтобы послушать на досуге, когда останусь одна. Это своего рода душевный онанизм – слушать ту музыку, которую любит Наиль, и представлять, что мы делаем это вместе.

«Ладно. Мне сейчас спать нужно. Ты ещё напишешь?»

Я бы с удовольствием продолжила этот разговор, но слышу, что в душе уже перестала литься вода, а это значит, что муж скоро придёт ложиться спать. И вряд ли будет рад тому, что я уткнулась в телефон.

«Напишу. Спокойной ночи, Кира»

«Спокойной ночи, Наиль»

К моменту, когда Юра приходит ко мне, выпив свой традиционный стакан сока на кухне, я успею забраться в постель и притвориться, что уже сплю. Когда рука мужа ложится на моё бедро, мне приходится призвать всю свою выдержку, чтобы не выдать себя ни звуком, ни движением. И когда Юра убирает ладонь, я неслышно выдыхаю.

Он ведь имеет право на всё – например, разбудить меня, навалиться сверху и трахнуть. И я вряд ли стану протестовать, потому что это… нормально. Нормально отдаваться своему мужу, делать вид, что кончаешь от его ласк. А самой считать минуты до того момента, когда всё наконец закончится.

Но он не предпринимает никаких попыток взять своё. Просто засыпает рядом, и теперь я испытываю облегчение. Знаю, что поступаю неправильно. Понимаю, что всё это мерзко и совсем не так, как должно быть, но ничего не могу с собой поделать.

Похоже, когда я нахожусь рядом с Наилем, все плюсы меняются на минусы и наоборот. Он просто, по щелчку пальцев, делает со мной то, что я не разрешила бы вытворить даже собственному мужу. И мне это, чёрт бы всё побрал, нравится.

В небольшом концертном зале, который снял для меня муж в самом центре города, царит полумрак. Гости одеты неброско и со вкусом, но при этом очень дорого. Почему-то именно сейчас отмечаю этот факт, хотя, сама ни в чём никогда не знала отказа. Но теперь сравниваю и думаю о том, может ли, например, такое себе позволить Наиль. Или мои друзья, к которым сбегаю по поводу и без.

У Юли и Паши тоже есть приглашения, но я очень сомневаюсь, что друзья приедут. Это не для них, да и чувствовать будут себя не в своей тарелке. Но и не отправить им одну из чёрно-золотых ламинированных карточек, выпущенных ещё вчера, я не могла.

Когда свет гаснет, я окидываю зал быстрым взглядом. Ни единого лица, сосредоточившись на котором, я могла бы расслабиться и просто играть. Меня окружают те, кто скоро станет аплодировать мне стоя, даже если моя музыка будет напрочь фальшивой. Те, кто не знают, насколько нужной и важной может быть простая возможность коснуться смычком струн.

Я начинаю играть, закрыв глаза. Погружаюсь в ту мелодию, которую знаю досконально. Я ею живу. То поднимаюсь на высокой волне, то падаю вниз, но мне не страшно, я не разобьюсь. Буду лишь захлёбываться от восторга, пусть у всего этого есть синтетический привкус.

Когда же открываю глаза… вижу Наиля. Господи, я что, сошла с ума, раз придумала его себе? Здесь и сейчас. Он сидит на третьем ряду, улыбается мне так знакомо и порочно, что я мгновенно сбиваюсь. Приходится напомнить себе, где я нахожусь, хоть мысли и начинают метаться с одной на другую. Как он здесь оказался? Наверняка Юлька… кто же ещё? А что будет, если вдруг рядом окажется мой муж? Наиль даст ему понять, что нас на самом деле связывает? И почему я этого совсем не боюсь?

Теперь я играю для одного лишь Наиля. Мне даже не страшно, что кто-то заметит это и, сопоставив одно к одному, поведает Юре, что происходило на моём концерте. Но время идёт, а ничего не происходит. Меня лишь только всё больше засасывает в этот безумный водоворот, в котором так невыносимо сладко тонуть.

Когда концерт подходит к концу, я с сожалением разрываю наш зрительный контакт. Ко мне на сцену поднимаются гости, дарят роскошные букеты, произносят какие-то насквозь фальшивые фразы. Выносят огромную корзину бордовых роз… Знаю, что она от Юры, которому совершенно плевать, что мне нравятся полевые цветы.

– А у меня всё очень скромно. – Наиль, поднявшийся ко мне в числе последних зрителей, протягивает простенький букет ромашек, которому я рада так, что едва сдерживаюсь, чтобы не растечься лужицей прямо ему под ноги. Но совсем не цветы тому виной, вернее, не только они. Наиль рядом, пусть на несколько бесконечно долгих мгновений, но рядом… и так просто снова поверить, что у нас с ним всё может быть иначе.

– Как ты здесь оказался? – шепчу быстро, когда он касается щеки подчёркнуто вежливым поцелуем.

– Это всё Юля. Но вообще я хотел посмотреть на твоего мужа.

Он отстраняется, на губах – мальчишески-озорная улыбка. А у меня в голове миллион вопросов, но начать задавать их сейчас – равносильно подписанию смертного приговора самой себе.

– Ты сейчас домой? – шепчу жадно быстро и коротко.

– Да. А есть предложения?

– Нет. Сегодня ничего не могу. Напишешь мне?

– Да.

Он уходит, а я смотрю Наилю вслед, и на губах, как приклеенная, улыбка. С нею же и принимаю новый букет цветов и заверения, что сегодня я была великолепна. Пусть так, лишь бы поскорее отстали от меня и дали возможность побыть наедине с собой. Чтобы могла проверить, не написал ли мне уже Наиль.