Чтение онлайн

— Ты мне за это ответишь, — все еще шипя, сказал он. Из его рта, теперь больше напоминавшего пасть, закапала слюна, которая чуть светилась в темноте. — Ты поплатишься.

Уже не было на поляне дона Толомео, на его месте находилось что-то немыслимое, извивающееся, шипящее и размахивающее длинными склизкими щупальцами. Задыхаясь, Сайлас смотрел на ужасное зрелище. Какое-то время он не мог оторваться от него, липкая, тугая паутина вылетела из тьмы и опутала лорда по рукам и ногам. Пытаясь выбраться или разрубить ножом тугие нити, Сайлас катался по мокрой траве. Но на воздухе «паутина» быстро затвердела и лишила пленника малейшей возможности пошевелиться. Откуда-то донесся тихий свист, и то, что когда-то было доном Толомео, склонилось над неподвижно лежавшим Бонсайтом. Лорда обдало смрадным дыханием, и он отключился.

…Играла легкая музыка, воздух был наполнен ароматами неведомых пряностей. Сайлас ощущал легкость и даже как будто парил в воздухе. Глубоко вздохнув, он открыл глаза и сразу закрыл их снова. То, что он увидел, было слишком для его измученного сознания. Он действительно парил, распятый между нитями паутины, подвешенный между полом и потолком, небом и землей. Но самым ужасным было улыбающееся лицо Эллины, которая, восседая в высоком кресле, подобном трону, курила длинную сиреневую сигарету в мундштуке и, задумчиво улыбаясь, смотрела на своего пленника.

— Ну вот мы и снова вместе, — тихо сказала она. — Я рада.

— А я нет, — отозвался Сайлас. — Что тебе нужно на этот раз? Ты оставила меня на смерть там, в древней России, тогда я был тебе не нужен. Теперь ты не убиваешь меня, а тащишь в свое логово. Может, ты хочешь напиться моей крови? Может, вы еще и вампиры ко всему в придачу? Не советую, уж кто-кто, а ты точно от этого сдохнешь, моя кровь — чистый яд для таких тварей, как ты!

Он перевел дыхание, а Эллина тихо рассмеялась.

— Нет, мы не вампиры, — произнесла она задумчиво, — хотя нужно попробовать, а твоя кровь уж точно не убьет меня. Свыкнись наконец с мыслью, что такие жалкие создания, как вы, не сможете навредить нам. И на смерть я тебя не оставляла. Если бы я хоть на какое-то время допускала, что тебя могут убить, я бы немедленно забрала тебя оттуда!

Бонсайт в удивлении открыл глаза.

— Эй, ты, кажется, окончательно завралась, хоть это и не удивительно. Я был в нескольких шагах от гибели. А теперь искренне жалею, что не сделал эти несколько шагов. Или у тебя опять какие-то планы?

— План был только один, — спокойно ответила женщина, поднимаясь со своего трона и подходя к лорду вплотную, — и теперь он осуществился. Ты сделал все, как было задумано, и ты здесь! Боюсь, пришлось тебя немножко обмануть там, в этой странной стране с таким диким названием. На самом деле мы не болеем вашими болезнями и не умираем от ваших примитивных инфекций. Да и количество населения нас интересует в последнюю очередь на фоне того, что может нам дать ваша светлость. Не понимаешь?

Сайлас в ужасе смотрел на Эллину. Он медленно покачал головой, хотя страшная догадка уже начала проникать в его мозг.

— Я вижу, ты начинаешь понимать, — удовлетворенно кивнула женщина, проводя длинным тонким пальцем по его щеке. — Нам нужен ты, и хоть пришлось затратить уйму сил и энергии, чтобы довести тебя до нужного состояния, оно того стоило. Прыжок через время и пространство! Без специальных приспособлений, без энергетических затрат, без всего!!!

Ее лицо начало меняться, и Бонсайт отвернулся, боясь увидеть кошмарный оскал настоящего облика инопланетянки. Но Эллина взяла себя в руки и продолжила с торжеством в голосе:

— Сколько веков и планет мы искали такого, как ты! Сколько было опытов и экспериментов, чтобы создать такого! Я не буду тебе объяснять, как тебя вычислили, поверь мне на слово, это очень и очень непросто. Но я скажу тебе, откуда мы знали, что ты существуешь, должен существовать: много-много столетий из поколения в поколение передавалась легенда о существе, которое могло перемещаться через пространство и время одним усилием воли. Он мог вести за собой весь наш флот, всю нашу цивилизацию, и мы были счастливы и благополучны тогда, перелетая из века в век, с планеты на планету, как бабочки перелетают с цветка на цветок! Но по непонятным причинам существо погибло. И наша раса стала умирать. Чтобы предотвратить гибель, мы стали развиваться технически, но каких трудов и усилий нам это стоило!

Она прервалась, чтобы затянуться своей длинной сигаретой, и отошла от Бонсайта, погрузившись в свои мысли.

— Да, — протянула она, — это было тяжелое, непростое время. Но один из наших ученых уверовал в древнюю легенду. Он начал работать и нашел принцип, по которому можно отличить нужную нам особь, а самое главное — доказал, что такие существуют. Это был поистине прорыв! Мы отправились на поиски. И мы нашли. Я же говорила, что мы никогда не отступаем. Сложно было заставить тебя сделать Прыжок. Но нам это удалось с помощью страха, ответственности, постоянного давления. И теперь ты здесь.

Она замолчала, а Бонсайт пытался прийти в себя от всего услышанного. Сердце у него в груди бешено колотилось, мысли путались, во рту пересохло.

— То есть ты хочешь сказать, — с трудом произнес он, — что я должен помочь вам перемещаться во времени и мирах, чтобы вы могли нести гибель всему живому и набивать свою ненасытную утробу?!

Он произнес это и сам не поверил тому, что сказал. Все происходящее казалось Сайласу бредом и галлюцинацией.

— Вы же питаетесь или питались мясом и прочими «дарами природы», — пожала плечами Эллина, вновь подходя к Бонсайту почти вплотную. — А чем, по-твоему, вы так сильно отличаетесь от куска мяса? По крайней мере для нас вы просто пища. И смирись с этим. Ты ничего не можешь ни изменить, ни исправить.

Сайлас дернулся в нитях своей «паутины», но женщина только рассмеялась, похлопав его по щеке. Эллина отбросила сигарету в сторону, потянулась и вышла из помещения, бросив через плечо:

— Смирись с этим.

Сайлас еще раз дернулся на нитях, крепко державших его за руки и за ноги, и от бессилия расплакался. Соленые слезы бежали у него по щекам, разъедая воспаленную кожу. «Ты ведешь себя, как ребенок, — послышался ему резкий голос отца, — возьми себя в руки! Ты же Бонсайт, а Бонсайты никогда не сдаются!»