Чтение онлайн

— А я и не собираюсь прыгать. Что я вам, лягушка, что ли? — не к месту заметил Сайлас, хватая Робера за шкирку и рывком поднимая на ноги. — Пошли!

— Куда? Ты с ума сошел? — Тюржи попытался сопротивляться, но с яростью лорда было лучше не спорить. Он поднял его, как котенка, и потащил на лестницу.

Когда они добрались до крыши и вышли на свежий воздух, перед ними открылась вся панорама ночного Парижа. То тут, то там мелькал одинокий огонек, но в основном город темнел громадами домов. Под ними в узости улицы возбужденно двигались люди с факелами, может, решали, с какой стороны лучше подпалить. Наконец решили, и огонь расцвел с обоих концов здания.

— Ну, теперь молись, — сказал Сайлас, расчехляя Челнок.

Тюржи с недоумением и ужасом смотрел на приятеля. Сайлас еще раз посмотрел на Париж, на людей, копошившихся внизу, обхватил Робера за плечи, выставил на панели время и место прибытия и решительно сдвинул рычаг.

Свежий морской ветер ударил им в лицо. Они стояли на каменном берегу, слегка присыпанном песком. Каменистые гряды спускались с пологого берега в море и скрывались под водой. Пахло морем и водорослями.

— Где мы?! — отшатываясь от Сайласа и падая на песок, спросил пораженный поэт. — Как мы здесь оказались?! Ты и на самом деле колдун!

Он попытался отползти как можно дальше от лорда. Сайлас, который очень устал и, честно говоря, не надеялся, что Челнок сможет переправить их двоих, жестко придавил край одежды Тюржи ногой к земле. Ему уже надоели все эти подозрения в колдовстве, за последнее время его уже дважды чуть не сожгли за это.

— Слушай меня внимательно, — сказал он. — Я не колдун. И заруби себе это на носу. Представь, что пройдет много-много времени, и люди научатся делать вещи, которые вы себе сейчас и вообразить не можете. Одна из них — это гулять по времени, как вы гуляете по улице. Не пытайся себе это представить, просто поверь. Поэтому сейчас мы с тобой под Марселем. В 1347 году. И мы собираемся остановить чуму.

Тюржи смотрел на Сайласа с таким выражением, как будто тот только что на его глазах сошел с ума. Потом он медленно обвел глазами каменистый берег и беззвучно опустился на землю в глубоком обмороке. Бонсайт перетащил его под сень ближайших деревьев, устроил поудобнее, а сам сел рядом. Постепенно обморок Робера перешел в нормальный сон. Они действительно слишком мало спали последнее время. Сайлас еще раз внимательно осмотрел пустынный берег и прикорнул рядом с приятелем.

Утро застало их крепко спящими под корявыми прибрежными деревцами. Море неспешно накатывало на берег, кричали чайки, возбужденно добывая себе завтрак, песок уходил в море и возвращался с каждой новой волной. Лорд проснулся первым и решил искупаться в такое прекрасное утро. «Кто знает, может, последний раз в жизни удастся поплавать», — подумал он. Он с трудом зашел в воду, скользкие камни так и норовили скинуть его с себя. Вода оказалась по-весеннему прохладной и упоительно соленой, водоросли опутали ноги, но лорд, не обращая внимания на холод, бросился в волны и с наслаждением почти полчаса плавал, фыркая и отплевываясь. Плавая, он думал о том, что ни о какой осторожности речи быть не может. Что, остановив заражение Европы, он неизбежно нарушит ход истории. Хотя с другой стороны — он ведь с самого начала собирался это сделать. Разве не так? Но он спасет Тюржи от Эллины. Выиграет хотя бы этот раунд. Возьмет верх над мерзкой тварью. А потом, может, Робер и есть ключевая точка?

Когда он вышел на берег, Тюржи уже не спал, а сидел и задумчиво смотрел на Сайласа, который, скользя на камнях, выбирался из воды.

— Ты здорово плаваешь, — сказал Робер, когда лорд наконец подошел к месту, где оставил свою одежду.

— Я с детства обожаю воду, — невозмутимо ответил Сайлас.

— И как же ты собираешься остановить чуму? — с напускным спокойствием поинтересовался поэт. — Мне по-прежнему все это кажется дурным сном, но если я не могу проснуться, то я согласен участвовать в этом безумии.

— Я рад, что ты со мной, — просто сказал Бонсайт, пожимая руку своего спутника. — Сейчас мы с тобой отправимся в Марсель. Позавтракаем. И пойдем в порт, где сядем и будем тупо ждать, пока на горизонте не покажутся три корабля, направляющиеся из Турции. Потом мы с тобой уничтожим эти корабли, поскольку кроме богатых товаров они везут «черную смерть». Я не уверен, что мы сможем совсем остановить чуму, но крылышки мы ей подрежем. А теперь иди, умывайся, а то на твою заспанную рожу смотреть тошно!

Тюржи спокойно выслушал этот монолог и послушно отправился к воде, но по всему было видно, что он движется, как во сне, и не совсем доверяется реальности, в которой оказался.

Сайлас сверился с компьютером. Ожидаемые суда были на подходе. Он приблизил изображение и рассмотрел на палубе главного из кораблей движущиеся фигуры. Один из матросов был явно болен и двигался с большим трудом. Боцман прикрикнул на него и вытянул по спине «кошкой», но он тоже чувствовал себя не лучшим образом, и удар не прошел. «Боже мой, — подумал Бонсайт, — во что я лезу, зачем мне все это? Нужно было усыпить Тюржи и держать его где-нибудь в подвале, пока вся эта кутерьма не закончится!» Но Сайлас был настоящим Бонсайтом, и вызов, брошенный ему в силу обстоятельств, не мог остаться без ответа. Он даже чувствовал некий азарт и предвкушение борьбы. Вернулся Робер, и через некоторое время они уже шагали по пыльной дороге в направлении города.

Марсель оказался грязным, донельзя скученно застроенным и пропахшим рыбой городком. Перекусив хлебом и сыром, путники отправились в порт, где заняли наблюдательный пост на груде сваленных бочонков. Потихоньку обратившись к компьютеру, Сайлас выяснил, что интересующие его корабли на подходе. Так они сидели до вечера, почти не разговаривая и пребывая в нервном возбуждении от предстоящего им дела.

— А как ты собираешься их уничтожить? — спросил Тюржи.

— Увидишь, — пристально вглядываясь вдаль, ответил Сайлас.

Он и сам не совсем представлял себе, что будет делать, но в его скрытом арсенале было достаточно средств, которые могли помочь ему потопить злосчастные суда. Над морем расцвел багрово-красный закат, волны неспешно накатывали на берег, дневная суета порта сменилась ленивыми окриками грузчиков.

— Вот они, — поглядев на небольшой раскрывшийся экран, севшим голосом сказал Сайлас. Он указывал на горизонт, где показались три темных силуэта. Прошло около часа, прежде чем корабли подошли ближе и бросили якорь на рейде. Это оказалось неожиданностью для лорда. Неизвестно почему, он думал, что они войдут в порт. Теперь он пребывал в растерянности.

— Как же нам теперь до них добраться? — спросил он, ни к кому особенно не обращаясь.

— Давай возьмем лодку, — нетерпеливо ответил его спутник.

— У кого? Ночь на дворе.

— Да ни у кого! Возьмем и все, — раздражаясь, ответил Робер. — Украдем, если хочешь. Если ты собираешься потопить три огромных корабля со всей командой, надеюсь, тебя не замучает совесть из-за позаимствованной посудины!

— Пошли, — мотнул головой, соглашаясь, Сайлас.

Они выбрали из множества причаленных лодок одну, которая обоим показалась наиболее надежной, и тихо отошли от берега. Грести пришлось, на удивление, долго, силуэты кораблей, так четко выделявшиеся на фоне ночного неба, долгое время совсем не приближались, а наоборот, как будто становились все дальше и дальше. Они гребли уже более часа, когда борта кораблей стали вырисовываться четче. Вскоре они подплыли вплотную. На палубе головного судна царила тишина.