Шрифт:
В окрашенных в коралловый волосах Жизель сверкал восходящий луч солнца. Туманным утром она остановилась перед городскими воротами и замерла, рассматривая металлические узоры. Чемоданчик был полон до краёв, капли товара звонко падали на брусчатку. Она не знала, Прага это или Вильнюс, или какой-то другой город. Она не говорила ни на одном языке, она общалась иначе. Всем торговцам доступен тайный язык – язык продажи. И его она знала в совершенстве.
Её родиной был Восток. Та его часть, что ещё не успела стать страной, так давно это было. Она выросла и покинула родные края, но перед этим научилась древнему искусству восточных торговцев. Уходя она взяла с собой в дорогу единственную ценность – тайное знание. Она научилась заглядывать покупателям в глаза и видеть тайные желания. Она поняла, что ей и суждено, – продавать мечты.
Жизель зашла в город. На улицах толпились люди в серых плащах и капюшонах. Жизель обогнула толпу и осмотрелась. Люди ждали открытия ярмарки. Она увидела множество киосков и палаток, украшенных яркими флажками, воздушными змеями, которые держались в воздухе на каком-то своём собственном ветре. Люди стояли молча, не общались меду собой. Даже уличные собаки неподвижно сидели и смотрели на флажки и змеев.
Жизель прошла перед толпой в сторону киосков. Она увидела пузатого пучеглазого человечка в камзоле и подошла к нему. Человечек непрерывно строчил в длинном свитке. Он то поднимал голову и глядел на палатки, то пальчиком водил по гирлянде из флажков, видимо, чтобы сосчитать. Жизель встала перед ним и откашлялась. Человечек посмотрел коротко на неё и продолжил записывать:
– Чего изволите? Мы открываемся через четверть часа. Двенадцать змеев…
Жизель подняла чемодан так, чтобы человечек мог понять, что она тоже торговка.
– Вы хотите присоединиться к нашей ярмарке? Но у нас уже нет мест! Тринадцать рядов…
Жизель указала длинным пальцем на дальний конец одного из рядов. Там стояла пустая не украшенная палатка. Человечек сощурился и весь подался вперёд, рассматривая, что показывала эта молчаливая дама.
– Ну и дела! А я её не посчитал. Что ж, она свободна. Вам повезло. Можете занять её, раз такие дела. Так, двадцать шесть…
Жизель коротко поклонилась человечку и пошла в сторону палатки. Внутри она увидела стол, складной стул и миску. В общем, всё, что и было нужно. Она разложила стул, так как была уже не молода, и простоять целый день вряд ли смогла бы.
Раздался свисток, заиграла бодрая музыка и толпа начала заполнять пёстрые ряды ярмарки. Со всех сторон начали слышаться призывные крики: «Подходите, свежие пряники, кофе! Лучше, чем у ваших матушек!», «Детвора, подбегай! Воздушные шарики, куклы, свистки, и даже паровоз!», «Давай ко мне, красавица, изделия из самого Китая! Гребешки, бусы, зеркала!», «Эй, мужчины, для вас услуги лучшего цирюльника в мире! Прибыл из самой Англии!». Толпа начала расходиться и искать себе развлечений. Собаки принюхивались и искали съестное.
К палатке, где разместилась Жизель, подошла пара рыжих мальчишек в таких же, как и все, серых плащах. Один из них откинул капюшон и сказал другому, уставив палец на Жизель:
Конец ознакомительного фрагмента.