Чудак
Шрифт:
И тогда, Бог даст, не будет войны. И не погибнут миллионы. Что-то будет, но совсем иначе. Может быть, даже хуже, кто знает. А может, и наоборот. Но в любом случае мои родители не познакомятся — именно война свела их в своё время вместе в один город. И не будет меня, любимого. Впрочем, собой я могу пожертвовать, это не страшно, во всяком случае, попытаться можно. Но ведь тогда не познакомятся и родители моей жены. И она не родится. И у нас с ней не будет Вовки. И закадычного друга Петра в этом мире тоже не будет. И большинства тех, кто сейчас живёт.
Останется старшее поколение. Вы можете себе представить, что наши старики есть, а нас при этом нет, и никогда не было? Мир тот же и не тот одновременно. Назовите его, если хотите, альтернативным, но какой же он альтернативный, если в нём останется моя мама. Она будет самой собой, а не собственной копией. И она выйдет замуж за неизвестного мне человека, и у неё родится сын, а может, дочь. Мои брат и сестра. Я могу дать им жизнь. Я могу дать жизнь миллионам. Отняв её у тех миллионов, что живут сейчас. Чем я тогда лучше Гитлера? Обыкновенный самодур с комплексом Бога.
— А кто-нибудь соглашался попробовать изменить историю? — спросил я Сергея.
— Конечно, — ответил он печально. — Я сам изменил её однажды, теперь хотелось бы вернуть всё, как было прежде.
Мы долго ещё разговаривали. И, знаете, это противоречит всему, что я до этого написал, но я согласился. Мир, из которого пришёл Сергей, мне понравился больше нашего, хотелось бы, чтобы он стал таким, как прежде. В этом мире не было Второй Мировой. Обошлось. Конечно, не всё в этом мире гладко. И Европа выглядит несколько иначе, чем сейчас, но что с того? В мире до сих пор мир. Сейчас я сижу у Сергея в комнате и читаю учебники истории. Завтра я отправляюсь в путь, в прошлое. А когда вернусь, опишу своё путешествие. Об этом будет третья часть рассказа. Я назову её «Рождение нового мира».