Чтоб грани страха перейти...
Шрифт:
– А Розмета! Да на эту курицу и Империус накладывать не надо! Побежит за первым встречным кобе… Кхм!
– Но разве она что-то…
– А то нет! Римус говорит, она следила за Альбусом и обо всем сообщала малфоевскому щенку. Вчера ночью она предупредила его, что директора в школе не будет, – тогда он и впустил Пожирателей… Черт, надо было все-таки набить из него спорран!
Повернулась, взгляд поймала. И догадалась как будто.
– А ведь Поттер был прав. Тогда, на Рождество. Когда говорил, что Снейп с сопляком Малфоем что-то затевают. Дери меня гиппогриф, мы должны были его послушать!
– Мы и послушали! Рассказали Дамблдору…
– Срать хотел Дамблдор… Черт! Надо было сразу…
– И что бы ты сделал? Посадил шестнадцатилетнего мальчика в Азкабан?
В правом, светло-голубом глазу странное…
Подошла, потянулась.
– Аластор…
– Почему ты никогда не спрашивала…
– Я думала, ты не хотел… и не знала, как.
Отвернулся. Медленно, приволакивая ногу, добрел до кровати, присел на траченое молью одеяло.
– Надо рассказать тебе кое-что. Давно надо было.
– Ты про…
– Эти ублюдки из министерства только и ждали случая, чтоб от меня избавиться. Еще с той поры, как я обзавелся этим, - мотнул головой: железный ботинок торчит из-под брючины.
– И если б не Альбус… Старуха Багнольд к нему прислушивалась, а уж Фадж по первости и почесаться без него не мог.
Кивнула. От деда слышала и о Милисенте Багнольд, состарившейся на посту министра магии и, по уверениям Хэмиша, к концу впавшей в маразм, и о сомнительных способностях Корнелиуса Фаджа.
– Но… сколько… шесть лет назад я их все же допек. Да так, что Альби сам первый обалдел.
– Ты так говоришь…
– Ладно, без шуток. Ты уже поняла, главное, для чего эти штуки сделаны… - В узловатых пальцах мелькнула палочка.
– Убивать. И кто будет тебе говорить обратное… Да, мне не очень приятно это утверждать, но… Иногда у тебя просто нет выбора.
– Кассандра?
– В точку, зайчонок, ты молодец… Ты тоже скоро научишься не видеть в них людей. А этот ублюдок… Он жил рядом. Друг семьи, вместе лепили куличики во дворе, родительские сопли, умненький мальчик, будет как папа… Меня от него затошнило сразу – друг детства, бесполая тварь… Как меня бесила его вежливость! Здравствуйте, мистер Грюм, до свиданья, мистер Грюм! Кассандра думала, что я ревновал. Мы ссорились! А он просто мешался под ногами. Будущий хранитель министерских реестров, мальчик с голубыми глазами идиота!.. И конечно же, в тот день он действовал строго по инструкции! Этим он мне доказывал, что ни в чем не виноват! Как же! “В случае опасности – срочно пошлите сову в министерство!”
– Так…
– Один огненный шар, и от его почты остались жареные окорочка. Он думал, этой паршивой совы хватит, чтобы прикрыть себе задницу!
– Значит…
– Шар был сигналом. А потом он орал у них под дверью, изображая раненого. Этот трус звал Кассандру! Старик Трелони снял защиту… А такие вещи Пожиратели чувствуют кишками. Дальше все просто. Трелони, видишь ли, не посылал сову в министерство. Полез сражаться сам, старый дурак… А их была целая дюжина, не считая этого лживого ублюдка. Он-то в кусты уполз – чтоб не видеть.
– Но как ты узнал?..
– Ну, я, как смог, навестил в Азкабане парочку новичков. Гаденыша сдали с потрохами! Волдеморту он уже был не нужен. Попадись он мне тогда… Но он удрал, конечно. Как паршивая крыса. Все по каким-то углам. Боялся, что найду. И правильно.
Мэгги cжала губы.
– И нашел. Знаешь, где? В Лютном переулке, тролль меня задери! Пришел продавать какое-то фамильное дерьмо, видать, порядком поистратился по заграницам. Почти тридцать лет прошло, но я бы эту тварь и на том свете узнал!
– Но ты ведь не…
От его смеха по спине побежали мурашки.
– Утром примчался Альбус. Белее своей бороды. Следов не осталось. Еще бы им остаться после Авады! Никто ничего не видел. Но – подозрения… Они мне там в министерстве еще что-то вякали про то, как он раскаялся, да как скрывался от Пожирателей. Ублюдки!
Глаз не отвести.
– Альбус вмешался, как всегда. Уговорил Фаджа. Ну, вроде как почетная отставка, выслуга лет, все это чертово дерьмо…
Грюм встал спиной и открутил фляжке голову.
– Хочешь спросить, почему я тогда не успел? Трелони уже с жизнью распрощался, спрятал за собой дурочку Сиви…
– А…
– Я думал, что спас ее… Мне пытались разжать руки… платье оторвали вместе с кожей… Она кричала… а я не успел. Адское пламя, Мэг… У нее были такие белые зубы… а я видел сразу все – тридцать два… Встать хотел… Знаешь, о чем я думал?
– Грюм дико улыбнулся.
– Куда-то потерялась нога, надо бы найти.
Сзади скрипнула дверь.
– Сиди здесь.
Она осталась и не помнила, сколько прождала.
Утренний свет лезет в окна – зажмурилась.
Вздрогнула.
Руки больно взяли из кресла.
В нос ударил виски.
Белое пятно ожога на правой ладони крепко прижало к себе.
========== III ==========
Солнце уже высоко над Черным озером.
И мрамор в жарких лучах – холодно и спокойно.
Ладонью провела от затылка, вдохнула, прикрыла глаза.
Не думать.
Не вспоминать.
И все равно – как сейчас…
У самой кромки воды – школьные мантии, растерянные лица. Красный от возмущения Джим. У Седрика руки онемели – не разжать. Огромный кельпи жует губами ленту, глядит – как на хозяйку. На изрезанном шрамами лице – усмешка. И во взгляде – впервые как будто…
Воздух у самого уха лопнул.
Привычно клацнула нога, горячие пальцы стиснули плечо.
Подняла голову: туча стрел уже опадает в ослепительном небе.
– Чертовы клячи…
Хватку разжал, повернулся.
– И не надо мне говорить, что кентавры умный народ! Сам знаю…
– Ну, хоть этот цирк наконец кончился.
Мэгги огляделась.
По толпе прошло легкое движение. Мелькнуло позеленевшее лицо Гарри, а рядом почему-то – тонкий, летящий Скримджер…
Грузная фигура в потрепанном походном плаще стоит, тяжело опершись на палку, прислушиваясь к бормотанию Крауча-старшего. На губах усмешка, магический глаз вертится по сторонам, седая бровь нахмурена… В тот день видела в последний раз – до этого. До сундука. До…