Чтоб грани страха перейти...
Шрифт:
– Ну конечно!
В светлых волосах блестят снежинки. И платье – кипельно-белое – так и блестит. Кругом восторженно уставились.
– Маргерит! Mais c’est formidable!(2) Я так рада за тебя! За вас обоих!
– Извини?
Проследила за взглядом.
На безымянном пальце – тонкая серебряная полоска, кельтский узор.
Ох, Мерлин, уже и забыла!
– А… Нет, это…
– Как романтично! Вы такая чудесная пара! Между прочим, я сразу догадалась, еще в Хогвартсе! Когда была свадьба?
– Ну… вообще-то она еще только будет…
– И не со мной! Как бы мне этого ни хотелось!
– О… Я думала… Рождественские подарки… елка…
– Джим просто любезно согласился помочь мне дотащить эту громадину. Одна я бы не справилась.
– О…
– Пойду-ка я принесу нам выпить. Грог, не так ли? Мэгги, как обычно?
– Угу.
– Я мигом. Не скучайте!
– Как твоя работа в Гринготтс?
– хотелось перевести тему.
– Чудесно! Конечно, гоблины немного… bizarre… si tu entendes ce que je veux dire…(3) Но банк – это очень престижно, родители просто счастливы… К тому же, - улыбка странная, почти мечтательная, - я могу улучшать свой английский.
И в самом деле. “Р” теперь даже с какой-то преувеличенной четкостью…
– У тебе отличный английский!
– Ах, merci(4)…
– Джим.
– А ты, Маргерит? Ты теперь учишься на мракоборца?
– Да, мы с Джимом оказались в одной лодке…
– Они приняли только нас двоих, представляешь?
– О… месье Грюм должен гордиться. Je veux dire, le vrai(5) месье Грюм…
– Он гордится. Верно, Мэг?
*
В вагоне не протолкнуться.
А на часах-то уже… Ох, Мерлин!
– Где тебя черти носили?!
– На занятиях…
– Что, до ночи?
– Нет, я встретила в министерстве Тонкс, и мы…
– Что? Решили прошвырнуться по Лондону? В пабе посидеть? Да вы рехнулись обе!
– Аластор…
– Война на носу! А эти две дуры…
Большая горячая ладонь прижала крепко.
– Мэг! Мэг!
– Что?
– Мы выходим!
– Черт…
Двери хлопнули сзади.
На улице тихо, ни души.
Снега по колено.
– Слушай, ты видела утреннюю заметку в “Пророке”? Что Стерджиса Подмора арестовали?
– А ты его знал?
– Встречал иногда в министерстве. Странно, да? Его поймали ночью у входа в Отдел Тайн. Говорят, - на всякий случай тише, - говорят, он хотел выкрасть что-то очень важное. На нем была мантия-невидимка…
– Аластор, Мерлина ради… что?..
Комод нараспашку, на полу кучей – джинсы, футболки, измятый килт, носки вперемешку с вредноскопами.
– Подмор, ублюдок! Не удосужился вернуть мне мантию. Он что, дери его тролль, думает? Они на деревьях растут?!
– Может быть…
– А-а! Поди глянь на чердаке. Должна быть еще одна… Сраные ублюдки!
Джим переложил елку с одного плеча на другое.
– Знаешь, я сегодня слышал, как Бруствер говорил кому-то, что в министерстве… ну, не все ладно. Этот придурок Фадж не верит или не хочет верить, что Сама-Знаешь-Кто вернулся. Как будто Седрик, черт возьми, сам умер! Вот так просто взял и…
– Джим…
– Извини, Мэг.
– Джим, я тебя понимаю. То, что Фадж пудрит всем мозги, твердит, что все прекрасно, а на самом деле…
Перехватил взгляд.
– Будет война, да, Мэг? Как ты думаешь, нам ведь разрешат сражаться? Ну, не заставят ждать три года, пока мы получим этот дурацкий диплом мракоборца?
– Я думаю, если до этого дойдет, понадобится любая помощь.
Кивнул успокоенно. И снова переложил с плеча на плечо елку.
*
Из прихожей клацнуло знакомо.
Вздрогнула. Открыла глаза.
За окном черно – метель кончилась. И свечи погасли давно. Только огоньки елки. Макушка в потолок, на широких лапах раскрашенные деревяные олени, звезды, снеговики, ангелы. Жаль, пряников не успела испечь. Но, может, утром…
– Ты какого дементора не спишь?!
– Тебя ждала. А который час?
– Два ночи.
Тяжело прохромал в комнату, ткнул палочкой в затухающие угли.
– Гиппогриф задери! Где ты это откопала?
– На чердаке. Я люблю магловские игрушки, они такие славные. А еще я нашла там… Вот…
Снимок старый и немного нечеткий.
Молодая волшебница улыбается, машет рукой. Рядом – высокий волшебник. Стоит прямо, глядит серьезно. Мальчишка лет пяти – рыжие вихры, клетчатое пальтишко. Плюшевого медвежонка прижал к груди.
– Я подумала… может, не стоит ей пылиться на чердаке…
– Я про нее забыл. Это… кхм… снято в Дублине. Там, на заднем плане, наш дом. Та еще была халупа.
Видно только чуть покосившуюся ограду и стены в плюще.
– Отец мой… Занимался магическими животными, преподавал в Хогвартсе. С Хэмишем они дружили. Даже на остров Дрир собирались, ловить квинтолапа.
– А это – мама?
– Да.
– Красивая… Как ее звали?
– Марен.
– Марен… - захотелось повторить.
– Ты на нее похож.
– Может. Был когда-то.
– И сейчас.
Большая ладонь скользнула по волосам и вниз, к плечу. Тепло, почти жарко.
В очаге хлопнуло.
– Да чтоб их всех!
Мелькнули из языков пламени ярко-алые перья. Упал в ладонь запечатанный конверт.
– Что это?
– Альбусова почта. Тролль дери, если опять что с его драгоценным Поттером…
Письмо пробежал здоровым глазом. Сжал губы – тонкая складка. Сейчас лучше не расспрашивать.
– Одевайся. На Артура напали.