Шрифт:
Горожане
Это история самого скучного человека в мире. Хотя, вам придется просто поверить, мою жизнь вам прожить не удастся, как и мне вашу. Не думаю, что это большая трагедия. Но истории скучных людей не всегда так плохи, не спешите, закрыть эту книгу —дело одной секунды. Согласитесь, открывать книгу потом приходиться долго.
—Хочешь я расскажу тебе секрет? В этом мире не так уж много людей. А чистокровные и вовсе что-то сверх. Еще тысячу лет назад все было с точностью наоборот.
Два черных глазанамаленькой крысиной мордочке следили за рассказчицей.
–Откуда я это знаю? Все просто, я ведьма. Моя мать назвала меня Мария, но это совсем не похоже на имя ведьмы. Так что меня зовут Мари. Приятно познакомиться.
Крыска пискнула.
–Знаю, ты наверняка скажешь, что ведьма, это не аргумент , и будешь в корне не права. Ведьмы на то и ведьмы, чтобы все знать. Ну, почти все. По сути вместе с силами ведьме по наследству передаются и все знания, что были у предшественников. Мне повезло с родословной. Моя мать первая в роду из непосвещенных. Бабушка родила ее в страшное время, а буквально через год ее повесили вместе с дедушкой, за колдовство. Мой дедушка колдовать не умел, но кого это волнует?Моя мама уцелела и попала в приют, ее спасла соседка. Большая русоволосая баба без мужа назвала беловласую малюткусвоей дочерью. Скажете, дура, но судьи были и того глупее…
Крыска чистила шерстку.
–В прочем так моя мать и выросла, потом вышла замуж, родила фиг пойми кого и из жалости выбросила отродье дьявола в лес… Повезло что местные эльфы меня спасли. Милый народ. Жаль, слабоват. Из армии только мечники да лучники, а откуда они в захолустной деревушке? Вот и горят домики, а вместе с ними и лес. Странные народ, эти люди, все вопросы огнем решает? Будто других вариантов нет.
– Сука, с кем говоришь?
Голова девушки влетела в земляной пол под натиском кулака. Холодная кровь смешалась с едким соленым песком. Крыска исчезла в щель между досок.
Девушка сплюнула грязную кровь.
–Урод, чуть зуб не выбил.
Второй удар не заставил себя ждать. Мари засмеялась.
–Друг это мой , Чарли, фантом, убьет он всех вас.
Следующий удар был сильнее. Из окровавленного рта вырывался лишь задушенный крик боли.
– Смотри, сынок, и учись. С дьяволом иначе нельзя, он по-другому не понимает.
Парень лет 15 со скользкими , жирными, только выползшими из задубевшей прыщавой хари усиками, как облезлая ветка, качнулся за спиной мужика.
–Давай, сынок.
Тяжелая рука упала на плечо подростка и задергалась в ободряющей конвульсии. Ключица с болью выскочила из-под отцовской ладони. Криво торчащий кадык невольно дернулся.
Удар был непростительно слаб. Голова Мари невольнокачнулась под костлявой ступней. Девушка потеряла сознание. Она устала.
****
Из-под тяжелый век, покрытых вязкой тягучей кровью, пробивался тусклый оранжевый свет, отовсюду несло жаром. Кислый запах пота пробивался сквозь кровяную корку.
« Пыточная? Нет, откуда. Ни черта не видно. Кузница? Точно, по-другому и быть не может. Когда же это кончится?»
Шаги. Звук будто издалека.
«Говорят о чем-то, суки…»
– Ну что, сознаваться будешь?
–Не в чем,– из остатков сил собрала девушка.
– Вот тварь, ты у меня все расскажешь.Давай.
– Может не надо? Ребенок же…– заступился высокий, с женским отливом голос.
– Ты не дури мне тут. Эта дрянь ведьма, на волосы только глянь, как из могилы вышла.
Голос хмыкнул в ответ. На несколько бесконечных минут все стихло, только потрескивали где-то вдалеке раскаленные угли.
Истошный крик наполнил комнату. Налитые кровью глаза широко раскрылись, но не могли ничего увидеть, кроме адской боли. Алый металл впился в руку, выжигая на голом теле клеймо.
– Ну что, будешь говорить?
–Я … не… ведьма… – еле слышно выдавил голос.
– Сука…Еще раз.
«Нет…»
Каменные стены несколько мучительных часов пропитывались криками Мари. Не было уголка деревни, где бы не были слышны отголоски боли. Девушка уже сбилась со счета, сколько раз она теряла сознание, сколько раз раскаленный металл прожигал ее кожу.
– Может хватит? – почти умолял кузнец, чьи инструменты нещадно пускали в ход.
– Да, пожалуй. Поставь ей последнее, а завтра на рассвете повесим на площади.
– Куда ставить? Уже и места свободного нет…
– А вон, по миж глаз.
–А если помрет?
« Да сколько можно? О чем они спорят? А этот кузнец, смотри как разошелся. Совесть что ли проснулась. Хах. Да у него же вон, уши оборванные. Уголовник? Нет, ноздри то целы. Пожалел , видать, Эльф несчастный».
–Под суд пойдешь. Вместе с этой сдохнешь.
– Да я же не против, просто, ну не могу я…Юра?
Из прохода вывалился мальчишка со слегка вьющимися русыми волосами слегка закрывающими уши, как у маленькое, едва начавшей осознавать себя девочки.
– Подслушиваешь?
Мальчишка опешил.
– Молодец, учись. Вырастешь— получше отца будешь.
– Выйдем, это не детский разговор.
Еще пару ласковых, и двое исчезли, оставив мальчишку наедине с ведьмой.
« Идиоты. А он чего смотрит? Пялится. Боится? »
– Мальчик…– Мери с ужасом осознала, что голос не слушает ее, но она позвала снова: —Мальчик.
Юра с брезгливым страхом приблизился к истерзанномутелу, в котором едва угадывалась девушка.
– Я Мария. А тебя как зовут?
– Юра…– дрожал и ломался голос.
– Красивое имя… Ты любишь своих родителей, Юра?
Мальчик кивнул.
– Моих родителей убил тот человек, который ушел с твоим отцом, я их тоже очень любила…
– Староста?
– Да, – с болью выдавила Мери, – А меня обвенил в колдовстве, но я не ведьма, веришь?
Мальчишка кивнул.
– Спаси меня,– жалостно потянула Мари, фокусируя свои окровавленные глаза на расплывчатом силуэте мальчика.