Чтение онлайн

— Кстати, в новых поступлениях есть несколько све­жих вестернов, — сказала Фредерика. — Идёмте со мной и запасётесь.

— Прекрасная мысль, — согласился доктор. — Только мне придётся проявить вежливость, и всё лучшее заберёт Филиппина.

— Нет, доктор Тед, на этот раз можете забирать всё. Мне хочется чего-нибудь потруднее...

— У меня есть новый Ивлин Во, — предложила Фредерика.

— А вы сами читали?

— Нет, но могу рекомендовать и не читая.

— Хорошая девочка, — сказал доктор Скотт, — и хороший бизнесмен. Ну, гроза, кажется, прошла сторо­ной. Не уйти ли нам, пока она не вернулась? — он с трудом встал из низкого кресла.

Они вместе вышли, и Филиппина подумала, догадыва­ются ли доктор и Филиппина об её глупых страхах или они просто добры. Но она обрадовалась, когда пригласи­ла их зайти и они согласились. Фредерика провела их в гостиную.

— Ох, я только что вспомнила, что вчера на адрес Фермы пришли книги. Должно быть, вы их заказывали, Филиппина — сказала она.

— Да. Что за книги?

— О травах и тому подобном. Пойду поищу их.

— Не беспокойтесь, — ответила Филиппина. — Я их не заказывала. Должно быть, это миссис Саттон. Она в основном читает такие книги. Но сейчас вряд ли нам нужно что-нибудь, кроме лёгкого чтения. — Верно, — согласился доктор Скотт. — Ну, берите ваш роман, а я возьму свои вестерны. Этой молодой леди нужно поспать.

Фредерика сходила за книгами и, когда вернулась, её гости сразу встали.

— Последнее слово совета, мисс Винг, если вы меня простите, — на прощание сказал доктор Скотт. — При­мите горячую ванну, проглотите мою таблетку и сразу ложитесь. И до утра ни о чём не думайте.

Когда они ушли, Фредерика последовала совету докто­ра Скотта, но перед сном у неё было о чём подумать. Почему-то она никому не рассказала о своей случайной встрече с Роджером. Ей хотелось расспросить о нём доктора Скотта и Филиппину, но какой-то инстинкт удержал её. Может, это и к лучшему. И так слишком много разговоров в Южном Саттоне, штат Массачусетс.

Всю воскресную ночь где-то вдалеке гремел гром, на горизонте вспыхивали зарницы. Утром, проснувшись, Фредерика по-прежнему ощущала тяжесть в воздухе; по небу бежали грозовые тучи. Она медленно оделась, чувст­вуя, как предстоящий день давит на виски. Может, это пилюли доктора Скотта, или душное утро, или просто дурацкий характер, думала Фредерика, медленно бродя по дому и стараясь распланировать работу на день. Кофе поможет. Кофе действительно помог, но Фредерика не успела позавтракать, как пошли клиенты. К одиннадцати не пришёл на работу Кристофер, и Фредерика чувствовала себя так, словно всю ночь провела в комнате для пыток. И напоследок, когда ей показалось, что наступила передышка, хлопнула входная дверь и появились священ­ник с женой.

Поздоровавшись, преподобный Арчибальд и миссис Уильямс принялись неторопливо разглядывать книжные полки, а Фредерика стояла рядом. Она знала, что, подобно всем остальным, они пришли расспрашивать. И теперь покорно смотрела им в спины и думала, хватит ли у неё духа сказать, что она сегодня не позавтракала, и попросить подождать её, пока она сварит свежий кофе и пару яиц. И вот когда она уже набралась храбрости, чтобы высказаться, священник повернулся к ней и спро­сил, нет ли у неё последней книги Бертрана Рассела. Книга была, но в конюшне, в последней партии, которую Крис доставил в субботу. Она ещё вчера должна была распаковать их.

— Мне придётся сходить за ней на склад, — сказала Фредерика. — Или пришлю её к вам попозже, когда придёт Крис, — с надеждой предложила она.

Я предпочёл бы просмотреть её здесь, если не возражаете, — настаивал мистер Уильямс. — Конечно, если это нетрудно.

— Нет, конечно, совсем не трудно, — ответила Фреде­рика через плечо, уже выходя. Лучше покончить с этим побыстрее, и тогда, может, они зададут наконец свои вопросы и уйдут.

Она без труда отыскала книгу, попутно заметив, что склад нуждается в срочном внимании. Неужели Крис так и не придёт? Фредерика вернулась к преподобному и миссис Уильяме; священник сел в удобное кресло в гостиной, а миссис Уильяме сразу начала свой обстрел вопросами. Фредерика чувствовала, что вот-вот упадёт в обморок. Она с трудом выдержала утро, а теперь ещё эта лавина. Сесть она не посмела, решив, что это может быть понято как приглашение остаться. И прислонилась к книжному стеллажу за собой.

— Вы говорите, тело было в гамаке дорогой Люси? Фредерика не говорила этого, но пробормотала что-то похожее на «да».

— О, дорогая мисс Винг, можно мне краем глаза взглянуть на него? У нас сегодня встреча в женском совете, и все, конечно, будут меня расспрашивать.

— Простите, миссис Уильяме, но, видите ли, полиция забрала гамак, — и тут, увидев на лице миссис Уильямс выражение «кошки-готовой-проглотить-канарейку», по­няла, что допустила серьёзную ошибку.

— Полиция, вы говорите? И что же это значит? «Ну почему я не сказала «доктор Скотт»? — подумала

Фредерика.

— Мне кажется, полиция всегда занимается такими делами, — покорно ответила она.

— О! — лицо миссис Уильямс помрачнело, потом снова прояснилось. Ей пришла в голову новая мысль. — А крови не было? Ну, на гамаке, на земле или... или... или... — она неопределённо махнула рукой... — или на теле? — последнее слово она произнесла шёпотом заго­ворщика.

— Я... просто не знаю.

— Не знаете? Но ведь вы обнаружили тело? Ну, я уверена, кровопролитие было. Кэтрин была нехорошей женщиной и заслуживала смерти... Интересно, допрашивали Джеймса Брюстера? Тяжесть греха... — мрачно добавила она.

Священник поднял голову от книги, и поток слов миссис Уильяме на мгновение прервался. Это был шанс, и Фредерика им немедленно воспользовалась. Она быстро сказала:

— Не возражаете, если я удалюсь ненадолго? Посетители появились раньше, чем я рассчитывала, и я даже не позавтракала. И... и я плохо себя чувствую на этой жаре.

— Конечно, мисс Винг, — сахарный голос миссис Уильямс стал кислым. Но Фредерика слишком устала, чтобы думать об этом. Однако, когда она направилась на кухню, хлопнула задняя дверь и Марджи чуть не сбила её с ног в коридоре.

— Тебе что-нибудь нужно, Марджи? А, ты пришла помочь. Твоя помощь мне понадобится.

— О, нет, простите, я не могу остаться, но маме понадобилось кое-что из кладовки, поэтому я и забежала.

Фредерика заметила, что лицо у девушки под красными пятнами угрей очень бледное, и что она вся дрожит от возбуждения — или страха. От чего именно, сказать было невозможно. Но теперь Фредерика уже ни о чём не могла думать. Она резко сказала:

— Да, Марджи, если нужно. Но лучше приходи в нерабочие часы за своими личними вещами. Я занята, и меня раздражают твои неожиданные приходы и уходы.