Черта
Шрифт:
Четыре садилось внутрь – четыре и полегло здесь...
Рёв, крик, ужаааас разодрали мою грудь… мозг вскипел едкой кислотой, пуская больные пузыри.
Умерла…
Мою Шаен убили…
И неважно уже за что, кто… Я – ВИНОВАТА! Она мне доверилась – а я не смогла ее уберечь. НЕ СМОГЛА!!!
Рассудок поплыл, оставив в сознании лишь один факт: ЕЕ БОЛЬШЕ НЕТ.
***
Не знаю, почему меня несет к нему.
Или знаю?
Всё просто…
…мне больше не с кем это обсудить. МОЕ ГОРЕ ИЗЛИТЬ!
Не с кем, со знающим, понимающим, поделиться…
Ни для кого из близких мне людей, Шаен не была важна, ничего того, что вызвала у меня, не было в их сердцах
– обычный, простой, ничем не запоминающийся человек, такой же работник «Ириса», как и несколько сотен здесь, вот кем она им была…
А для меня – ДРУГ. Друг, коих оччччень мало…
… Тимур, я мчу к Тимуру выплакаться, излить душу
… и получить хоть капельку прощения за свою вину.
Знаю, понимаю! Я ничего не сделала такого, что могло бы вызвать ее разоблачение… или смерть.
Но от этого не легче. Не легче!
Все время кажется, что что-то я упустила, что могла что-то большее…
… могла этого не допустить.
Тимур
– он последняя связь, напоминание о ней.
Он единственный знал ее… так хорошо (да! мало – но … достаточно!!!)
чтобы запомнить навеки….
… иду, иду, иду к своему палачу и милостивцу за прощением, иду.
***
Робкий стук в дверь.
– Тим, к тебе можно?
– О, Лера? Да, конечно. А что там за кипишь наверху? А то… - криво улыбнулся, - я тут закрутился, все никак не выберусь разузнать.
– Так ты еще не слышал?
– (глупый вопрос, но это максимум… на что я сейчас способна).
(вмиг стал серьезным Авдеев - волнение смело веселье)
Тяжело сглотнула я.
Глубокий вдох - но едва решилась издать звук, выдавить из себя жуткие слова, как вдруг рыкнула дверь.
Нарочно игнорирую. Не оборачиваюсь. Не реагирую. НЕ СЛЫШУ, в конце концов.
… отказываюсь отвлекаться сейчас на что-либо…
Взгляд упорно прикипел к Тиму.
– Шаен погибла.
… ее вертолет взорвали.
(и будто кто волной его окатил, будто кто жидким азотом обдал,
ужас вмиг вытиснул кровь из сосудов– посинел, побледнел Тимур, глаза округлились от шока)
(тяжело сглотнул;
взгляд невольно упал куда-то вниз, уткнулся в пол, бессмысленно теряясь в размышлениях)
Заблестели, заблестели глаза, и губы болезненно сжались, запрещая отчаянному стону вырваться наружу.
– Тим, она мертва… - казалось, это уже я прошептала себе – дабы втолковать, вдолбить, осознать наконец-то правду!
шаг ближе, несмело коснулась его плеча.
Вздрогнул, отпрянул в сторону.
Тут же выстрелил взглядом в глаза.
Слезы, слезы дрожали на его ресницах, боясь сорваться вниз.
– Я ее любил. Больше жизни любил…, - (тихий шепот, могильным голосом) -
ВСЕГДА любил…
и сейчас люблю…
Я не хотел признаваться… даже самому себе, что это так,
… что существую с тех пор,… как она ушла, … лишь одной мечтой – увидеть ее снова, обнять...
Сбылось?
И что?
О ГОСПОДИ!, она даже созналась мне в своих чувствах!!
Зачем они так со мной?
Эту ночь… эту ночь я провел с женщиной, которую боготворю...
И теперь… теперь – она мертва.
Застонала, запищала у дверях…
(резко обернулась я на звук)
– Юля? – только теперь мне дошло, кто это был, наш… невольный слушатель.
Глава Восемьдесят Четвертая
***
(Лера)
– Юля! Юленька! Подожди!
– Отвали от меня!!
– нервно дернулась, вырывая свой локоть из моих рук. – Я не хочу с тобой разговаривать!
Рывок – и побежала прочь.
Замерла я.
(больно вдруг так стало в душе, запекло в груди, под сердцем…
меня, меня обвиняют в том, что я жалею, страдаю из-за гибели своего друга!!!
ДА ПРОПАДИ ВЫ ВСЕ ПРОПАДОМ… за такие слова…)
– Да!
Да, Юля!
Шаен мне была очень дорога! ОЧЕНЬ! – вдруг зарычала ей в спину.
(застыла та; резко обернулась…
… колкий взгляд в глаза, глотая слезы)
– Но она – мертва. И винить, запрещать мне страдать по ней, – это бесчеловечно!
(тут же продолжила я)
– Ну, валяй тогда! Раз она тебе важнее!
Валяй!
Жалей, страдай, сколько хочешь!
А Я ЕЕ – НЕНАВИЖУ!!!!!!
***
– СУКА, ты что натворил???
– Стах! Стах, прошу, отстать. Отпусти его!
– Я спрашиваю, урод паршивый, почему Юля вся в истерике?
– Отвали! – гневно дернулся, вырвался Тимур из его хватки.
Резко пнул, освобождая себе проход – и тут же выскочил долой из кабинета.
…
Кинулась я за ним.
Кинулась – да тщетно: след уже простыл.
Ищу, ищу – заглядываю в каждую комнату.
Нет Тима…
…
– Тимур! Молю, открой! Авдеев! Прошу!
Мне тоже больно!
Не надо!!!
– Уходи, Лера.
ОСТАВЬТЕ МЕНЯ В ПОКОЕ!!!!!!!
Резко стукнула ногой со всей дури в дверь – запищало полотно на петлях, зарычало, зашаталось.
Замерла, замерла, растерялась я от увиденной картины. Оторопела.
Буквально секунда – и тут же кинулась к нему.
Жадный удар – и выбила пистолет из его рук.