Чтение онлайн

Причем, как это не удивительно, но при обучении я столкнулся с трудностями! Если скажем «учился» счету крайне быстро и уже для своих родителей официально считал до 100 и мог делать простейшие действия: сложение, вычитание и даже немного умножение и деление, то вот с письмом были проблемы. Мелкая моторика пальцев была не развита! Более того в начальных классах, очень строго смотрят за чистописанием и красотой почерка. Потому мог часами выводить буковки. Зато мне появилось занятие в детском саду, моя воспиталка нарадоваться не могла! Еще бы мальчик не шалит, а сидит себе в уголке со своими тараканами и рисует мелом. Точнее не мелом конечно, а ручкой в прописях.

Кроме всего прочего я «штудировал» учебник математики за 1-й класс и довольно успешно его проходил. К лету собирался закончить полностью. Можно было бы и быстрее, но зачем шокировать родителей, что сын гений? Потому закончу по математике программу 1-го класса к лету, а летом и 2-й класс осилить смогу. Что объяснит мои будущие успехи в школе. Ибо как я уже и говорил, мне по школьной программе получать пятерки и тем более 4-ки проблем нет! Причем не важно знаю я материал или нет. Есть опыт прошлой жизни, мы даже умудрились школу закончить и написать выпускные экзамены не хера не зная…

Итого за делами время ускоряло свой разбег. Я же с нетерпением ждал лета, ибо летом получу куда больше свободы. Да и деньги, что зарабатывал до обеда, не просто так их копил мне они очень пригодятся…

Глава 5

Лето или жизнь в деревне

Автор выражает особую признательность за поддержку проекта таким замечательным людям как: Кудасов, Сергей Медведев. Когда-то и скалы падут на равнины и человек вообще смертен, но данные люди будут вечно жить на страницах моих книг.

Все развивалось, как и в моей прошлой жизни потому вначале мая меня отправили в село к бабушке. Мой последний «свободный год» перед школой. Повторилась и история моего заселения в «домик для гостей», как его называли в мое время в 21 веке, а сейчас называют простым словом «времянка». Первое мое переселение было вызвано почти истериками, что я дескать «большой» и хочу свой домик, бабушка же меня очень сильно любила и потакала в любых капризах, сейчас же обошлось без истерик. Заявив бабуле, что я как Ленин, мне нужен свой дом, стол и вообще у меня тетрадки и учебники, вызвал улыбку у родителей и бабули и разрешение владеть «своим домиком», мне даже отдельный ключ от него выдали. Что впрочем не означало, что ключ единственный и только у меня есть…

Однако слово «усадьба» в 21 веке воспринимается, как некое «дворянское гнездо», где вальсы Шуберта и хруст французской булки. Врать не буду, вальсы Шуберта были, ибо у нас была такая раритетная техника, как патефон. Благодаря элементарной пружине, он позволял производить музыку совсем без электричества в любой точке нашей усадьбы, касательно пластинок они были классическими нашлись и вальсы Шуберта в том числе и потому, что часть старых, списанных пластинок из школы для патефона, бабуля забрала из класса музыки. Детям еще ставили пластинки, но виниловые для проигрывателя, а это мягко скажем далеко не одно и тоже. Естественно в школьной музыкальной библиотеке было много классики в том числе и вальсы Шуберта, которые я и ставил по вечерам, ибо по приколу. Бабулька же нарадоваться не могла, какой «унучок» утонченный, даже ей эта классическая музыка была не понятна. Но обо всем по порядку.

Усадьба

Бабушкина усадьба официально оставляла 0.4 гектара, но пользуясь некоторой необязательностью исполнения законов и самогоном («жидкая валюта» в СССР) тракторист, что распахивал каждый год огород, чуть по чуть припахивал к нашему участку земли. Много кстати было нельзя, ибо будут огромные куски с травой, а если чуть зацепил, ну бывает… В итоге год за годом самозахватом бабуля оттяпала для своей усадьбы примерно 0.7-.075 гектара земли, точно никто не мог бы сказать, ибо землемера по понятным причинам никто не вызывал.

Слева вдоль участка шел один сад, но состоял он из различных деревьев: сначала шли яблони, затем сливы, далее 2 высоченные березы, что поили нас березовым соком по весне. затем грузи и айва, немного вишни и в конце сада орешник. Справа же вдоволь участка располагался исключительно вишневый сад в котором росла всего одна, зато крайне старая яблоня, настолько старая, что никто не знал ее сорта и даже первого владельца. Вдоль дороги со стороны дома, но не доходя до дома, росли кустарники: малина красная, малина розовая, малина белая, красная смородина, черная смородина, крыжовник и все это богатство закрывал своим телом забор. Далее шел дом и были насаждения возле дома. В частности две красивые аккуратные рябины. Было приятно любоваться зимой за чашкой какао сидя возле окна, где стоит новогодняя «елка» (сосна), как снегири с красными грудками объедают красные гроздья рябины. Так же рос огромный штрифель, яблоня которая ближе к осени радовала огромными, сочными, красными яблоками, которые я часто брал с собой в школу укладывая в портфель. Было и две яблоньки белого налива. Сбоку же, как скромная сиротинушка притаилась настоящая китайская вишня, маленькая, но со сладкими плодами, как глупые японцы назовут «сакура», но весной она разумеется очень красиво цвела…

Слева же (еще до сада) начиналась дорога, что вела к месту где располагался огромный стог для скотины, но т. к. там легко мог проехать целый трактор с телегой, были и ворота ведущие на хоздвор. Именно там находились сараи со всякой живностью. Далее нужно переходить «за забор», перед окнами дома под кронами деревьев большая (не высокая, а длинная) птичья клетка для цыплят, она стационарная т.е. вмонтирована прямо в землю и снять ее просто невозможно. Справа от дома начинались строение (не доходя вишневого сада) погребец большой, угольный сарай, дровяной сарай, времянка, возле же хоздвора был малый погребец, но внутри усадьбы вроде как и с левой стороны, но с другой стороны хоздвора, где была дверь для входа хозяина. Как бы входа было два, первый ворота на хоздвор для машины, они очень большие и проходили машины и крупный скот и с другой стороны пройдя по тропинке, можно было попасть через обычную дверь, зайти и решать хозяйские вопросы, не раскрывая огромных ворот.

Что крайне удобно при забое поросенка. Заходишь через малую дверь закрываешь за собой и выпускаешь поросенка во двор, бежать ему некуда, ну и происходит забой. Надо понимать в селе очень свободно относятся к жизни и смерти, но такое никак не связано с садизмом. Для примера резать поросят меня лет с 10 стали учить и привлекать например помочь «подержать», но!!! Связано такое с пониманием, что колбаса, мясо и сало на деревьях не растут. Вот только и боровка никто мучать желания не испытывал. Потому ценилась «легкая рука», когда убивал в один удар и поросенок не мучается. Селянину, если он адекватен не мучения скотины нужны, а получить мясо. Более того т. к. люди разные встречались и садисты за многие века, всякое бывает, но таких в селе не уважают и презирают…

Задумавшись об этом я расхохотался. Если бы сейчас сюда моих «ровесников» мальчишек 6-ти лет из 21 века они наверное бы поседели. Ибо наверное мы в их понимании выглядим, как кровавые упыри и маньячилы ха-ха-ха… Заходишь к поросеночку, успокаиваешь…

— Боря, Боря, Боречка, ай мой хороший, дай за ушком почешу, тот к тебе привычен т. к. ты кормишь даже слегка жмется к тебе млеет от ласки… Хренакс нож в сонную артерию и уложить истекать кровью, чтобы она в тазик сливалась, понятно мужики держать помогают…