Чёрные сны
Шрифт:
Он всё ещё смотрел ей вслед, стискивая зубы, прокручивая в голове то, что он ощутил в её свете прямо перед её уходом…
Когда сильные пальцы стиснули его бицепс, заставив подпрыгнуть.
Блэк повернулся, напрягшись, и увидел те стеклянные глаза, сурово смотрящие на него, и узкие губы, поджавшиеся в недвусмысленно хмуром выражении.
— Можно тебя на пару слов? — прорычал Ревик. — …Кузен.
Блэк моргнул, уставившись на него.
Затем он нахмурился.
— Не сейчас, — сказал он, покосившись на дверь длинного дома. — Мне нужно…
— Да. Прямо сейчас.
Блэк повернулся, посмотрев на него.
— Нет, — сказал он. — Я думал, мы вот-вот начнём что-то с ведьмой-врачом…
Но другой видящий его не слушал.
Крепче стиснув его, Ревик наполовину повёл, наполовину волоком потащил Блэка в сторону от сероглазого видящего, похожего на человека, и его сногсшибательной жены с тайской внешностью. Он повёл Блэка мимо горстки других видящих, в сторону выхода из этого просторного помещения.
Высокий мужчина вывёл его на свободный участок комнаты — может, в двадцати метрах от двери, которая вела наружу — и отпустил его.
И он сделал это не деликатно.
Он отпустил его почти с толчком, от которого Блэк едва не потерял равновесие.
Жест был достаточно грубым и агрессивным, и содержал в себе достаточно пинка светом, что Блэк напрягся ещё до того, как повернулся.
— В чем, блядь, твоя проблема, чувак?
— Забавно, что ты спросил, — прорычал Ревик. — Я собирался задать тебе тот же вопрос, черт подери.
Блэк уставился на него.
Когда другой не продолжил, он нахмурился.
— В каком смысле? — спросил Блэк. — Что именно я сделал не так в этот раз, кузен, ибо я делал именно то, что…
Но Ревик не желал его выслушивать.
Похоже, он вообще его не слушал.
— Что она сделала? — прорычал Ревик. — Почему ты на неё злишься?
Блэк уставился на него.
Затем, осознав, что имел в виду другой видящий — а точнее, кого он имел в виду — Блэк стиснул челюсти.
Его голос превратился в рычание.
— Объясни мне, как что-либо, касающееся меня или её, вдруг стало твоим делом… кузен, мать твою.
И вновь Ревик, похоже, не смутился.
Резко показав в его сторону, он заговорил низким, злым голосом, акцентируя свои слова сердитыми щелчками языка.
— Ты сделал это нашим, блядь, делом, — сказал он. — Вот только что. Она нужна нам здесь. Более того, ты только что не на шутку взбесил моего хорошего друга… которому столько наших людей обязано жизнью и светом, что ты и за тысячу блядских реинкарнаций не выплатишь такой долг.
Голос Ревика зазвучал твёрже и немного громче.
— …А его не так-то просто взбесить. Балидор настолько невозмутимый, что взбесить его — это настоящее достижение, блядь.
Помедлив, он добавил ещё суровее:
— …И ты также оскорбил его жену.
Прежде чем Блэк успел что-то сказать, Ревик показал в его сторону почти агрессивным взмахом запястья, указывая на структуру в свете Блэка.
— Вы завершили связь, — прорычал он. — Я понимаю, что ты щенок, но у тебя же проблемы отнюдь не с дерьмом незаконченной связи… она твоя пара. Вы полностью вместе. Но всё в твоём свете говорит, что ты злишься на неё. Более того, я видел, как ты ведёшь себя с ней как мудак… уже дважды… даже не осознавая, что ты это делаешь. Оба раза это было с супругами других мужчин, к слову говоря. Оба раза это было с поразительным идиотизмом, который сложно учинить без предварительного плана…
Блэк почувствовал, как его лицо заливает жаром.
Прежде чем он открыл рот, старший мужчина перебил его.
— Обычно мне было бы посрать, — прорычал Ревик, резким жестом приказав Блэку замолчать. — Разве что я надрал бы тебе задницу, если бы ещё хоть раз посмотрел так на мою жену. Но при таких обстоятельствах… и учитывая, как ты молод, мать твою… видимо, слишком молод, чтобы знать, как подобает обращаться со своей супругой, блядь… я дам тебе бесплатный совет, младший кузен.
— Не хочу я твоих советов, блядь… — зло начал Блэк.
— Какая ж, блядь, жалость, — рявкнул другой. — Иди и поговори со своей женой, маленький брат. Выясни немедленно, почему ты её наказываешь, и исправь это. Пока Балидор не решил грохнуть тебя за то, что ты пялишься на сиськи его жены… или пока я не выбил из тебя всё дерьмо за то, что ты заглядывался на задницу моей жены.
Помедлив — может, чтобы дать его словам отложиться в сознании — он жестом показал на просторное помещение и добавил:
— Всё это для неё. Ты ведь это понимаешь, верно? Эти священные видящие? Конструкция, которую они создали здесь? Они вышли из пещер для неё. Некоторые из них прервали тридцатилетние медитации для неё. Они сделали это для того, чтобы спасти её жизнь, черт подери… и твою заодно… пока один из этих пространственных прыжков её не убил. Или для тебя это уже неважно, кузен? Может, тебе скучно, а? Раз ты взял в привычку трахать взглядом жён других мужчин, мы не можем не задаваться вопросом, всё ещё ли спасение её жизни важно для тебя?
Блэк почувствовал, как его злость превратилась в ожесточённую ярость.
Его лицо покраснело, руки сжались в кулаки.
Однако Ревику явно и на это было посрать.
Не дожидаясь ответа Блэка, он слегка толкнул его в грудь, и следующие его слова донеслись низким рычанием.
— В чём бы ни была твоя проблема, разберись с ней. Немедленно. И прекрати, блядь, врать мне. И ей. И себе. Все видящие здесь только что видели, как ты это сделал… и все до единого знают, что ты сделал это, чтобы ранить свою жену.