Чтение онлайн

– На том берегу за лесом военный полигон, и неоткуда там волкам взяться, там сплошной бетон и ангары полуразрушенные. Но всё бы ничего, как прибежали вечером оба родителя с криками, что девочка их пропала. Мы всех на ноги подняли и бросились искать. Полицию вызвали. На две группы разделились: одна в нашем лесу искать стала, вторая вдоль реки. Пока полиция приехала, мы уже всё кругом исходили. Следователь орал, что следов на снегу теперь не разобрать. Вызвали кинолога с собакой. Дали ей шапочку понюхать, и действительно повела в лес, а оттуда к реке и к тому месту сразу, где лёд тогда разорвало. Села собака как приклеенная напротив и гавкает, не уходит. Родители в слёзы, ну, думают, под лёд девочка провалилась. Но нет, она из лесу с другого берега вышла навстречу, стоит рукой машет. И так спрашивали и эдак, где была и что случилось, но девочку было не разговорить, она словно язык проглотила. Все твердила про какого-то друга, с которым весело играть было. Пара эта съехала в тот же день, едва полиция всё оформила. Куда-то они там пожаловались, в общем приехала местная газета, и тут же заметку тиснули. И главное газета бесплатная, реклама одна, считай, из одних объявлений и состоит, но заметку про наш отель напечатали. Что-то про "…страх и холод сковал жителей Истры…".

– Очень интересно. На этом, я полагаю, всё не кончилось?

– Верно полагаете, – кивнул управляющий, – не успели мы дух перевести, как приехали на их место уфологи. Странные такие. Двое, на старой ниве, в одинаковых растянутых свитерах. Походили с рамками по берегу и по речке. Лунки просверлили. Кажется, даже порыбачили и уехали недовольные, что ничего не нашли и что клёв был не очень.

– Наверное, любители совсем, – заметил журналист.

– Да, но сразу после них и явились эти трое. Подтянутые, высокие и неразговорчивые. Внедорожник битком набит оборудованием. Даже прицеп с лодкой своей был. Сняли коттедж этот на месяц. Река как раз подтаяла уже, лёд раскрошился, и они по ней с эхолотом плавали. Один гребёт, второй показания снимает, третий с берега в машине по каким-то приборам их данные контролирует. По берегу всё вокруг камерами с датчиками движения завесили. Ну только у нас рыбаки народ смекалистый, спёрли в первую же ночь половину камер. Утром их уже на железнодорожной станции по пять сотен продавали, – засмеялся управляющий.

– Многовато странного для одного места, а что тут раньше было? Только не говорите, что индейское кладбище, – предостерёг Артём.

– Нет, не кладбище, – мрачно сказал Пётр Петрович, – лагерь был Гулаговский. А там всякое бывало: и голод, и бунты, и расстрелы массовые, и в реке топили.

– А потом что же?

– Ничего, власть сменилась, был лагерь НКВДшный, а стал пионерский. А как новая пора наступила, так его продали и под парк отель переделали.

– Понял, а дальше-то что было?

– С чем, с лагерем?

– Да нет, с мужиками этими, что тут жили.

– А! Дык пропали они, ни слуху ни духу. Сначала подумали, лодка перевернулась, и в реке утонули, но нет, смотрим, вот она целёхонькая стоит к берегу привязанная. Потом посмотрели, и машина на месте, значит, не уехали. Всё обыскали, не нашли. Полиция приехала опять. Говорят, задёргали мы их со своими поисками. Вещи парней этих обыскали, но документов не нашли никаких, кого в поиск объявлять не ясно, менты справки и протоколы свои оформили, да уехали. В номере три костюма для дайвинга с заправленными баллонами ещё мокрые стояли, но самих парней так и не нашли, – Пётр Петрович замолчал, довольный произведённым на слушателя эффектом.

Конец ознакомительного фрагмента.